Молот Времени. Право сильного - Сергей Лисицын

Казалось бы, этакий концерт должен был надежно разогнать всех болотных чудовищ, вышедших на ночную охоту, если те обладали минимальным чувством самосохранения.

Однако ж нет... Одно, по крайней мере, чудовище оказалось нетипичным – и заглянуло на огонек. А я, к стыду своему, лежал пластом и никак не участвовал во встрече гостя – весьма напоминавшего ублюдка жабы и ящерицы, вымахавшего до неимоверных размеров.

Впрочем, управились и без меня, быстро и грамотно. Когда я наконец кое-как поднялся и поплелся осмотреть лагерь, с трудом волоча ноги, – неподвижная туша жабоящерицы смутно виднелась в свете костров.

Подошел, пригляделся... Да, и при жизни была не красавица, а уж теперь...

Над громадными челюстями, составлявшими большую часть башки, потрудились наши синекожие друзья, добывающие новые свидетельства великих подвигов. А над черепом твари чуть раньше, насколько я мог судить, потрудилась кирка Афилея. Но кто и зачем отрубил хвост – судя по обрубку основания, весьма-таки немалый – оставалось только гадать.

Гадал я недолго, вскоре над нашей стоянкой поплыл божественный аромат жарящегося мяса.

Калрэйн? Ну точно... Тьфу, нашел же время для кулинарных изысков.

Я решительно направился к костру ассасина, намереваясь объявить ему суровый выговор. В том же направлении потянулись и синекожие...

С каждым шагом аромат усиливался. Я невольно сглотнул слюну и отложил выговор до следующего прегрешения. Отчего бы, в самом деле, еще раз не поужинать?

* * *

Хвост и в самом деле оказался преизрядных размеров, и запек его Калрэйн изумительно. Хватило всем, включая носильщиков и великана. Наелись в буквальном смысле до упаду... И я тоже. Появись здесь и сейчас псы Кронга, науськанные мстительным алхимиком Т΄манном, я бы только выругался и остался сидеть на месте. Не появились. И на том спасибо.

Лишь Гаэларих не участвовал в незапланированном ночном пиршестве – измотанный своим ритуалом, маг забился в палатку, где сложили большую часть его магических причиндалов, и затих... Надеюсь, уснул.

Объевшиеся носильщики-м΄гану уселись по своей обычной манере в кружок и, непрерывно сплевывая, жевали какие-то листья, мерно двигая челюстями и выпуская на землю длинные струи зеленой слюны.

Зато не пытались стащить что-нибудь из палаток. И не пробовали посмотреть, а что же такого интересного в тюках. И даже не галдели, наперебой хвастаясь подвигами в недавней схватке с вынырнувшим из ниоткуда чудищем.

Остатки достоинства сохранял только старый Моорун – не то вождь, не то старейшина м΄гану, плохо разбираюсь в их иерархии. Великий воин, естественно, – нижний ярус его многорядного боевого украшения болтался на уровне колен, и даже в ушах висели гроздья чьих-то зубов, вытягивая мочки чуть не до плеч.

Стоял он чуть в сторонке от соплеменников, приняв позу воина, а не объевшегося грязеруха, – уперев в землю свое кривоватое копьецо и отставив левую ногу. Я поманил его к себе, кивнул на тихо жужжащий неразборчивыми голосами кружок:

– Бежать хотят? Боятся?

Моорун пожал плечами:

– Великие воины нет бояться! Но им страшна, большой сай-суг΄гана...

– А тебе?

– Тоже мала-мала страшна. Но я не побежать. Ты платить обещать – ты платить. Я ходить. Я обещать.

– Всем отдыхать, – приказал я. – Завтра раннего подъема не будет, выступим не раньше полудня.

И повысил голос, обращаясь к носильщикам:

– Я вас награждаю, храбрые воины, победители болотного зверя! Каждому по кружке эля!

Несколько бочонков дешевого и дрянного эля мы закупили в приграничной фактории, после того, как добрые люди нам намекнули: синекожие, мол, готовы родную мать продать за эту кислятину.

Великие воины загомонили, славя щедрого сай-суг΄гану. Или, может, наоборот, проклиная за жадность, – отчего по кружке, не по две? – логику м΄гану понять порой не легче, чем их тарабарщину...

Но общее настроение явно поднялось – на рассвете они никуда не пойдут, а сейчас будут сидеть у костров, пить эль и рассказывать о подвигах. Что еще нужно настоящему отважному мужчине?!

А я подошел к палатке Гаэлариха, прислушался... Не спит. Изнутри слышалось шебуршание и позвякиванье, виднелся отсвет свечи. И я решительно направился в гости к магу.

* * *

Откинув полог, я первым делом увидел ноги и обтянутый фиолетовой мантией зад. Остальные части тела мага были погружены в объемистый сундук, оббитый непромокаемой кожей, – в таких хранился его инвентарь. В сундуке что-то побрякивало и раздавалась придушенная ругань. Я громко откашлялся. Фиолетовый зад нервно дернулся. Гаэларих с трудом распрямился и обратил ко мне налитое кровью лицо.

– А, Хигарт, это вы... Оклемались от своей ритуальной наркомании? И кто вас только надоумил...

– Есть тут одна... Но речь не о ней. Каковы результаты, мэтр магистр?

Маг уселся на один из сундуков, рукой указал мне на другой. Я присел, устроился поудобнее. Гаэларих развернул карту, я присмотрелся: на ней теперь появилась вторая линия, пересекающаяся с первой. О месте их пересечения я мог сказать одно: никогда там не бывал. Очередная гнусная и позабытая богами дыра... Утешало лишь, что искомое место здесь, неподалеку, топать пешком в густонаселенный Западный Уорлог не придется.

Магистр пояснил:

– Судя по всему, наша цель – горное плато, с местного наречия его название переводится как Сердце Уорлога.

– Горное?! – изумился я. – Откуда тут горы?

Маг кивнул, улыбнулся.

– Именно. Горное плато. Горы тут были, очень давно. Холм, на котором мы находимся – тоже гора, разрушившаяся в незапамятные, доисторические времена. Но это плато недавнего происхождения...

Я почесал в затылке. Плато посередь болот. Ну да ладно, все-таки сухое и твердое место, надоело чавканье болотной грязи под ногами...

– Но вы хоть знаете, что оно из себя представляет?

– Сведения крайне скудны. Никто не исследовал до сих пор как следует эти места... Остается полагаться на местные предания и сведения, полученные из крайне ненадежных источников, вроде бродячих купцов и охотников за кладами.

– И что же они говорят? Купцы, охотники и предания?

– Ничего определенного. Якобы возникло это плато не то перед самым Катаклизмом, не то сразу после него... Кое-кто из местных поговаривает, что его возникновение и стало причиной Катаклизма. Разумеется, это просто глупое суеверие.

– А какого оно размера, это «сердечко»?

– Вроде бы не очень большое, почти правильный круг диаметром в несколько лиг... Но, опять же по слухам, скальные обрывы там отвесные, неприступные...

«Ну и как прикажете на него взобраться?» – подумал я. Но ничего не сказал. Придумаем что-нибудь...