Двор чудес - Кестер Грант

Я бледнею даже под слоем белой пудры.

Принц смотрит на Сен-Жюста:

– А это кто?

– Никто, – отвечаю я.

Слышу, как Сен-Жюст что-то тихо ворчит у меня за спиной.

– Проводите его обратно на бал, – приказывает принц.

Сен-Жюста крепко берут под локоть и уводят. Он даже не пытается сопротивляться, а я не смотрю ему вслед. Если хочу защитить его, то должна сделать вид, что он мне никто. Вообще-то, у меня особо нет выбора: принц берет меня за руку и тянет в покои королевы так стремительно, что я не успеваю сказать больше ни слова.

– Что ты здесь делаешь? – спрашивает он.

– Я пришла сюда, чтобы найти инспектора, – говорю я.

Улыбка сходит с лица принца, а Жавер пристально смотрит на меня, напряженно хмурясь.

– Кто ты такая? – спрашивает она.

– Мое имя – Нина Тенардье, инспектор.

– Ты пробираешься в Тюильри на самый большой бал сезона только для того, чтобы найти инспектора? – спрашивает принц с недоверием. – Я ждал и надеялся несколько лет, что услышу от тебя хоть словечко. – Он смотрит так напряженно, что это уже перестает мне нравиться. – Вы с Этти – мои единственные друзья в жизни. Только вы меня не боитесь. Я думал о тебе каждый день и каждую ночь.

Приподнимаю бровь.

– Каждую ночь?

Он слегка краснеет.

– Да, каждую ночь, – смело отвечает он. – Я даже хотел, чтобы ты исполнила свою угрозу и однажды ночью проникла во дворец, чтобы перерезать мне горло. Все что угодно, лишь бы снова увидеть тебя.

У меня нет времени на всю эту болтовню; чувствую, как во мне снова закипает раздражение, и от нетерпения встаю на цыпочки.

– В ту ночь, когда мы уехали отсюда, Этти похитили, и у меня ушло два года на то, чтобы найти, где ее прячут.

Принц смотрит на меня.

– Похитили? – Он широко раскрывает руки и делает несколько шагов ко мне. – Нина, мне так жаль. Ты знаешь, кто забрал ее?

Я скрещиваю руки на груди.

– Бывший заключенный по имени Жан Вальжан. Ходят слухи, что инспектор пытается выследить его уже несколько лет. А я нашла его убежище.

Вздрогнув, Жавер пристально смотрит на меня.

– Я подумала, что инспектор захочет узнать об этом, – заканчиваю я с невинным видом.

– Почему ты не пришла ко мне за помощью сразу, как это случилось? – спрашивает принц, и в его голосе снова слышится обида.

– И что бы ты мог сделать? Ты не большой специалист в поиске преступников и уж тем более ничего не смыслишь в исчезновениях бедняков.

Я ответила слишком быстро, и он, задетый, обиженно моргает.

– Я мог бы стать тебе хорошим другом.

Закатываю глаза.

– Мне не нужны друзья. Мне нужен тот, кто знает, как справиться с Вальжаном. Мне нужна она, – указываю на инспектора.

Принц вздыхает и трет лоб.

– Через два дня я отправлю солдат, чтобы спасти Этти от этого Валь… – начинает он.

– Нет, – прерываю я его. – Ты не понимаешь. Этти в опасности! Нужно действовать сейчас же.

– Скажи мне адрес, и я поставлю там стражу, чтобы она была в безопасности.

– Если Вальжан поймет, что его обнаружили, он снова исчезнет. – В отчаянии поворачиваюсь к Жавер. – Скажите ему!

Жавер смотрит на меня холодно. Она понятия не имеет, кто я такая и можно ли мне доверять, но по ее реакции на Мэра на Понт-Нёф и разговору с другим офицером Сюрте, который мне удалось подслушать, она очень хорошо знает Вальжана.

– Эта девушка права, – говорит она наконец. – Вальжан большой мастер в том, чтобы скрываться от полиции. Лучше вообще ничего не делать до тех пор, пока мы не будем готовы его арестовать.

– Хорошо, тогда вы поведете роту солдат, чтобы арестовать его, сразу, как мы разделаемся с бунтовщиками.

Не могу позволить им воплотить такие планы. Они уничтожат всех революционеров. Сен-Жюст, Грантер и все молодые люди погибнут, а вместе с ними рухнет и мой замысел.

– Но Этти в опасности сейчас! – восклицаю я с неподдельным отчаянием.

– И Франция тоже! – рявкает в ответ принц. – Если этот город окажется в руках у революционеров, за ним последует вся страна, и каждый человек из правящего класса будет отправлен на гильотину. Так что ты уж меня прости, но судьбу Франции и спокойствие своих людей я ставлю выше судьбы одной девушки.

– Одного друга, – тихо говорю я.