Драконова Академия. Книга 1 - Марина Индиви

Я его сейчас убью.

Первой мыслью, мелькнувшей у меня в голове, было именно это. А второй – что я никогда не замечала за собой какой-то особо кровожадной кровожадности, но в случае с архимагом Равеном во мне пробуждались совсем темные чувства.

Да что ж это за Средневековье-то, а! Порталами они ходят, а наказания отменить не додумались.

– По какому праву, – очень мило интересуюсь я, хотя очень мило в данном случае как улыбка акулы, – вы поднимаете руку на моего брата? Или находите того, кому приказываете ее поднять?

У Хитара натурально отвисает челюсть. Надо отдать ему должное, подбирает он ее довольно быстро, а потом шипит:

– Ты-ы-ы…

– Я тебе сейчас соусницу на голову одену, – комментирую я, подхватывая соусницу. Потом ставлю ее на стол, понимая, что сие действо лишено смысла, подхватываю тарелку. Сбрасываю крышки со всех блюд и начинаю накладывать еду: ту, что выглядит привлекательно. Макс, глядя на все это безобразие, резко поднимается и делает то же самое.

– Ты что устроила?! – похоже, архимаг посадил горло, потому что продолжает шипеть, как змея. – Немедленно прекрати, и тогда, может быть, я забуду…

– Немедленно заткнитесь, архимаг, – сообщаю я. – И тогда, может быть, я забуду. То, что вы мне сейчас выдали.

– Осмелела, когда стала невестой Драгона?! – не посадил, потому что снова рявкает.

– Мне Драгон не нужен, чтобы показать тебе драконову мать. И клянусь, еще раз сделаешь что-то подобное, я тебя с ней познакомлю.

Похоже, в школах архимагов не учат, что женщина может разговаривать так, но главное, что она может так действовать. Хитар открывает и закрывает рот, как дракон, у которого кончилось пламя. Не знаю, кончается ли у драконов пламя, но лично у меня – кончилось терпение! Поэтому я пинком ноги открываю дверь (руки у меня заняты тарелками) и выхожу в коридор, где слуги едва успевают отскочить. Мне совершенно без разницы, кто нас подслушивал и какой урок для себя вынес, но надеюсь, до них дошло: за попытки наказывать я могу и руки повыдергивать. И вставить туда, откуда ноги растут. Но главное – те, до кого дошло, теперь донесут это до остальных.

Вот и отлично!

– М-да, – говорит Макс, но говорит как-то весело. Он догоняет меня почти сразу, в руках у него – полная тарелка еды. – Не знаю, чему вас там учат в Академии, но я тоже туда хочу.

Улыбаюсь, и запал как-то разом сходит на нет. Правда, потом снова мрачнею.

– Прости, что так получилось.

– Да это не из-за тебя. Я просто не удержался и стал аплодировать. Когда ты вышла.

Мысленно жмурюсь. Да, характер нашего опекуна – нечто среднее между мягким стулом и Долорес Амбридж, повезло так повезло. Хотя насколько я поняла, Ленор вообще победительница по жизни. Не говоря уже о том, что я должна вести себя тише воды ниже травы, а тут…

Перевела взгляд на брата: если он что-то и думал на эту тему, то явно оставил все свои мысли при себе.

– Хочешь, вместе позавтракаем? – предложила я.

Он приподнял брови.

– Лен… а тебя точно не подменили?

Ты только сейчас об этом задумался?

– Почему? – спрашиваю осторожно.

– Потому что мы с тобой не дружим. От слова совсем. Я, конечно, понимаю – неделя в Академии, тоска по дому…

– И почему же мы, по-твоему мнению, не дружим? – решила, что лучшее в данной ситуации – вести себя как ни в чем не бывало. На дядю Хитара я уже прооралась, уверена, Ленор этого никогда не делала. Если сейчас начать пасовать и откатываться к роли невинной жертвы, будет только хуже.

– Ты тряпка, – выдает Макс. – Ну, то есть была. Хитар постоянно при тебе родителей обсирает, а ты только глаза в пол. Мне все время приходилось их защищать! Перед всеми! Перед теми, кто приходит в наш дом, на его сраные праздники! Перед твоими жалкими друзяшками и в школе! А ты вообще ничего не говорила! Вообще! Какого драха ты молчала, если можешь – так?! Все это время!

Вот чего я точно не ожидала, так это то, что он так психанет. Брат резко разворачивается перед лестницей, чудом не зацепив меня, даже приходится перехватить тарелки поудобнее.