Академия Дальстад. Убойный спецкурс - Полина Никитина

«Да уж», — подумала я, глядя, как де Ареон снимает колпаки с больших тарелок и по столовой разливается дразнящий аромат овощей и жареного мяса, — «никогда бы не подумала, что ты можешь быть таким скромным. Где тот самый самовлюблённый зазнайка? Неужели подменили?».

Кристиан зря прибеднялся: вкус приготовленного им ужина оказался выше всех похвал! Быстро опустошив содержимое своей тарелки, я не удержалась от вопросов, мучивших меня с того момента, как я очнулась в доме декана.

— Теперь расскажи мне всё по порядку. Что произошло с того момента, как я потеряла сознание на боевом поле? Кто выиграл?

Де Ареон кивнул, жестом показал мне «сиди» и попросил подождать ещё пару минут. Сам же собрал в стопку все тарелки и приборы, отнёс на кухню и вернулся через несколько минут с подносом в руках, на котором возвышался чайник, две чашки и тарелка с маленькими пирожными.

— Соревнование закончилось без результата, — коротко ответил декан, разливая по чашкам чай с ягодным ароматом — Алистер дал мне два выходных дня, а так как я отказывался покидать территорию Академии Дальстад до тех пор, пока ты не будешь в порядке, он разрешил взять мне тебя с собой.

— С чего это ректор де Волман проявил такую щедрость? — удивилась я, обхватив ладонями горячую, но не обжигающую чашку с чаем, — я думала, после недавних событий он, наоборот, запретит выходить за территорию академии без веской причины.

Лицо Кристиана буквально на мгновение скривилось в злобной гримасе, словно он вспомнил что-то неприятное, и, после паузы, он сказал:

— Это был его способ защитить Альсара и всю его чёртову сборную. Ублюдку Аллену повезло, что меня вовремя остановили.

— Подожди, — я резко перебила де Ареона, — только не говори, что соревнование было прекращено?

— Было прекращено, — кивнул слегка помрачневший декан.

— Крис! — воскликнула я, резко отодвинув от себя чашку с чаем, чуть не пролив его на столешницу. — Я же просила!

— Да, просила, — снова кивнул де Ареон и с вызовом посмотрел мне в глаза. — И что с того? Всем уже было не до этого проклятого соревнования. Декан факультета боевой магии грубо нарушил правила, подвергнул опасности жизнь человека и вместо того, чтобы извиниться и принять поражение, он с невозмутимой рожей заявил о том, что его атака была направлена именно на «боевика», а то что ты была рядом — ну это так получилось. Ректор и король приняли его объяснения и пришли к соглашению, что да, это трагическая случайность. Я не мог этого так просто оставить. Будешь винить меня за это?

— А ты подумал об остальной команде? — возмутилась я, сжав до боли в руке чайную ложечку, чтобы проконтролировать себя и не сорваться на Кристиана, — они не должны были прекратить борьбу за победу только из-за того, что выбыли двое, пусть даже нечестным путём.

— Они меня поддержали, — сдержанно ответил Кристиан. Было видно, что ему неприятно продолжать этот разговор, но меня это лишь распаляло.

— Крис, думаешь Ариас де Волман будет играть честно? Это соревнование было тренировкой перед атакой сумасшедшего некроманта с его подельниками, и мы его провалили!

— Обвиняешь в этом меня? — прищурился де Ареон.

— Да, — я смело выдержала его взгляд. — Я обвиняю тебя, Кристиан де Ареон, в халатности и пренебрежению к адептам и преподавателям спецкурса. Не Альсара. Ты должен был не поддаваться на провокацию врага и привести нас к победе. Ты прекрасно понимаешь, что я буду главной целью Ариаса де Волмана, когда он решит напасть открыто. И если он убьёт меня, ты побежишь на него с голыми руками чтобы отомстить за де Савеллину, наплевав на жизни своих учеников и коллег?

— После того, что я видел сегодня, я не хочу, чтобы ты участвовала в сражении с де Волманом, — тихо ответил Кристиан и, не выдержав, отвёл взгляд.

Это стало последней каплей в чаше моего терпения. Вскочив на ноги, я упёрлась руками в бока и нависла, словно тень, над сидящим деканом.

— Умоляю, скажи, что я ослышалась. Чего ты не хочешь?

Де Ареон откинулся на спинку стула, как будто желая оказаться подальше от меня, но всё же повторил, медленно и с паузами:

— Я. Не хочу. Чтобы ты участвовала. В сражении. С де Волманом.

Всплеснув руками, я нервно рассмеялась:

— И на каком основании, уважаемый декан? Разве не я — главное действующее лицо всей этой кампании по устранению Ариаса?

Не выдержав моего напора, Кристиан встал и положил ладони мне на плечи. То ли желая успокоить, то ли сдержать меня, если я вдруг захочу стукнуть его по голове.

— Я сегодня чуть с ума не сошёл, увидев тебя, лежащую без сознания, бледную, с посиневшими губами. Да ещё эта садистка из больничного крыла, я думал, она тебя точно доломает.

— Я тебя поняла, — кивнула я, растянув губы в зловещей ухмылке. — Получается, когда придёт время сражения с Ариасом, я буду стоять в стороне, а лучше — отсиживаться в безопасном месте, пока мои ученики и коллеги будут драться не на жизнь, а на смерть с опасным врагом. И со страхом в душе ожидать — вернётся ли живым тот самый декан, что не пожелал видеть среди сражающихся де Савеллину?

— Я не совсем это имел ввиду, — покачал головой Кристиан, но меня было уже не остановить.

— Крис, я ценю твою заботу, но ты подумал о том, что у каждого из спецкурса тоже есть близкие и любящие люди, которые также не желают, чтобы их дочь, сестра, брат, сын, любимый человек, в конце концов, погиб от рук сообщников де Волмана? Чем я отличаюсь от них?

— Он в первую очередь сделает всё, чтобы избавиться от дочери Катарины! — повысил голос де Ареон.

— А я сделаю всё, чтобы избавиться от убийцы моей мамы! — не выдержав, закричала я во весь голос, затем резко сбросила с плеч ладони Кристиана. — И ты мне не помешаешь, де Ареон.

— Вот поэтому я и не хочу, чтобы ты бездумно бросилась в атаку на врага и пострадала! — закричал в ответ декан. Грудь Кристиана тяжело вздымалась, пальцы были сжаты в кулаки, а губы слегка дрожали. Помотав головой, он произнёс дрожащим от напряжения голосом: — Ты должна быть более осторожна, де Савеллина. Ты смелая и отважная, но ты не должна брать на себя роль героя, как это было сегодня на поле. В этом есть и моя вина, если бы я знал, что ты задумала провернуть с этим костяными чудовищами, я бы…

— Знаешь, кого ты напоминаешь мне сейчас, Кристиан? — горько усмехнулась я, сложив руки на груди точь-в-точь как декан, и не став ждать ответа, произнесла: — Реймана де Савеллина. Считаешь, что вправе запретить мне что-то, как это делал мой отец по отношению к маме? Я вот не хочу таких же отношений.

— Я не…

— Не слишком ли мы поторопились, декан? — с болью в голосе спросила я, боясь услышать ответ. — Зная, что впереди опасное сражение, в котором может погибнуть один из нас, а может и оба, мы решили пойти на поводу у наших чувств? И к чему это привело? Что мы стоим и ругаемся в твоём пустом доме?