Чего хотят демоны - Андрей Белянин

Смуглая рука резко выдернула нож наружу, тут же нанося второй удар. Одновременно с этим Креол сунул в морду Гасителю Света горящий факел. Тварь зашипела ещё сильнее, исступлённо колотясь всем телом о землю. Старый Халай не обманул и здесь — спросонья чудовище-вампир и в самом деле оказалось вялым и неуклюжим. Пожалуй, сейчас с ним справится и ребёнок.

Через несколько секунд всё закончилось. Тяжело дыша, Креол посмотрел на испачканные в буроватой крови руки. На земле неподвижно лежит труп.

Шестнадцатилетний юноша в одиночку победил ужасного Гасителя Света.

— Желудок, значит… — пробормотал Креол, с отвращением распарывая брюхо убитой твари. — Какая гадость…

Ученик мага все ещё не изжил в себе остатки брезгливости. Вскрывать трупы, особенно такие омерзительные… это до сих пор не доставляет удовольствия. Но со временем чувство гадливости, конечно, пройдёт.

Иначе хорошего мага не получится.

— Ну и что из всего этого желудок? — спросил сам себя Креол, вороша разноцветные склизкие мешочки. — Проклятый Халай, не мог описать поподробнее… а-а-а, Кингу с ним, заберу всё!

Преодолев отвращение, Креол принялся методично потрошить Гасителя Света, вырезая все органы, хоть чуть-чуть похожие на желудок. Пусть учитель сам разбирается.

Сунув в мешок последний орган, похожий на перезрелый баклажан, Креол замер. Воткнутый в земляную стену факел осветил в дальнем конце пещеры какое-то движение…

Халай Джи Беш закусил губу, с беспокойством поглядывая на солнце. Как неумолимо движется оно к горизонту!

С каждой секундой надежда на возвращение магических способностей утекает, улетучивается подобно дыму. Не стоило рассчитывать, что двое никчёмных мальчишек сумеют справиться с такой ответственной задачей. Но упавший в пропасть готов схватиться даже за гнилую соломину — такой соломиной стали для несчастного мага Креол и Шамшуддин.

— Нергал Лугальгирра! — воздел к небу скрюченные пальцы Халай. — Львиноголовый царь Куты, потрясающий мечом и дубиной! Клянусь тебе самой страшной клятвой, что если двое моих учеников вернутся ко мне с пустыми руками или не вернутся совсем…

— Мы вернулись, учитель! — послышался голос Шамшуддина.

Наверное, ещё никогда в жизни дряхлый Халай не перебирал ногами с такой поспешностью. Аж трясясь от волнения, он подбежал к неспешно шагающим ученикам и жадно затеребил одного и другого:

— Ну?! Ну?!! Ну же!.. Креол!.. Шамшуддин!.. Мои любимые ученики!.. Скажите, скажите же мне, что я ждал не напрасно! Умоляю, порадуйте меня добрыми вестями!

— Мы порадуем тебя добрыми вестями, — усмехнулся Креол, пряча что-то за пазухой. — Шамшуддин, показывай.

Чернокожий юноша сбросил с плеч хлюпающий мешок. Халай с восторженным криком вцепился в него ногтями, роясь в груде потрохов.

— Это… это они?.. — счастливо воскликнул старик. — Это в самом деле органы Гасителя Света?!

— Своими руками вырезал, — устало кивнул Креол.

Халай Джи Беш тихо засмеялся, плотно сжимая тот самый перезрелый баклажан, что Креол сунул в мешок последним. Старческое лицо исказилось в торжествующей гримасе… а потом он жадно сунул добычу в рот. Совершенно жёлтые, но вполне ещё крепкие зубы с бешеной яростью вгрызлись в плоть Гасителя Света.

Халай Джи Беш съел всё без остатка. Вкус у желудка чудовища оказался отвратный, но жующий маг выглядел так, словно ему преподнесли сладчайшее кушанье в мире. Доев до конца и облизав пальцы, старик уселся на землю, прислушиваясь к внутренним ощущениям.

— Да!.. — воскликнул он, легко вскакивая на ноги. — Да, да, да!!! Я… я чувствую… чувствую!!!

Тысячу раз повторенным движением маг выхватил жезл. Левую ладонь охватило голубоватое сияние. С жезла сорвалась короткая молния, испепелившая пучок травы. Синяки и ушибы начали стремительно исчезать, морщинистое лицо порозовело, в глазах появился прежний блеск.

— Ко мне вернулись мои способности, — улыбнулся Халай, утирая слезы счастья. — Вернулась сила… Вернулась благодаря вам… Креол, Шамшуддин, дорогие мои ученики… Знаете, для чего я вас все время ругал и бил?..

— Для чего, учитель?

— Да для того, чтобы вы поняли, что я великий маг!!! — бешено взревел Халай, замахиваясь жезлом. — А вы — никчёмные смердящие недоноски, заслуживающие только побоев!!!

Злобный старик колотил учеников довольно долго. Лупил жезлом, лупил ногами, обутыми в кожаные сандалии. Креол и Шамшуддин только тихо постанывали, закрывая голову руками.

— Как вы посмели поднять руку на своего учителя, подонки?! — шипел Халай, раздавая тумаки направо и налево. — Как вы посмели оставить на мне синяки?! Как вы посмели заставить меня унижаться и ползать на коленях, выпрашивая вашей помощи?! Как вы посмели колебаться, желая оставить меня в столь жалком состоянии?! Не прощу!.. Никогда, ни за что не прошу!..

Расправа завершилась примерно через полчаса. Халай поглядел на избитых до полусмерти мальчишек, смачно плюнул им на головы и злобно захихикал. Немного подумав, он приподнял набедренник и справил на учеников малую нужду.

— Теперь лежите здесь и думайте о своей ничтожности! — фыркнул маг, залезая в колесницу. — Домой пойдёте пешком! И учтите, что, когда вы вернётесь, я снова вас изобью!

Цокот копыт онагров и рокот колесничных спиц затихли вдали. Креол и Шамшуддин остались лежать на траве под закатным небом. Ни единого движения. Просто нет сил шевелиться.

Только через полчаса Шамшуддин с великим трудом сумел усесться. Кажется, проклятый старик сломал ему руку. Как-то она неправильно гнётся. Хотя болеть совершенно не болит — всё остальное тело болит, а эта рука нет. Даже странно. Неужели уже успела онеметь?

— Брат, ты как?.. — слабо простонал кушит-полукровка.

— Терпимо, — приподнялся Креол. — Только хребет болит. И голова.

— Не стоило нам помогать этому старому маскиму… — вздохнул Шамшуддин. — Понимали же, что он с нами сделает, когда вернёт могущество…

— Да Кингу с ним, — пожал плечами Креол. — Халай есть Халай. Я бы даже удивился, если бы он поступил как-то иначе.

Шамшуддин обратил внимание, что побратим отчего-то совсем не выглядит подавленным. Наоборот — на лице блуждает лукавая улыбка, а руки поглаживают выпуклость за пазухой. Шамшуддину вспомнилось, что во время избиения Креол вроде бы старательно защищал именно эту загадочную выпуклость, совершенно пренебрегая остальными частями тела.

— Что там у тебя, брат? — полюбопытствовал Шамшуддин.

— А, интересно? — оживился Креол, оттопыривая край туники. — Смотри!

Шамшуддин наклонился, с удивлением разглядывая крохотное существо, пригревшееся на груди побратима. Шесть тоненьких лапок, мордочка с хоботком…

— Что это такое?

— Это детеныш той твари! — восторженно воскликнул Креол. — Детеныш Гасителя Света! Смотри, какой он милый!