Память льда. Том 2 - Стивен Эриксон

Некоторое время Паран молчал.

— Кажется, — сказал он наконец, — я разгадал ещё один секрет.

— И какой же?

Вы разберёте эти каноэ, научитесь их делать.

— Долго ли земля будет оставаться вашим домом, баргаст?

Кафал улыбнулся.

— Нет.

— Вот так.

— Вот так. Капитан, Хумбролл Тор кое о чём тебя просит. Ты хочешь услышать эту просьбу от него самого, или я могу озвучить её от его лица?

— Говори.

— Баргасты просят благословить их богов.

— Что? Я не нужен вам для того, чтобы…

— Это так. Но, тем не менее, мы просим тебя об этом.

— Хорошо, дай мне подумать, Кафал. Проблема в том, что я не знаю, как это сделать. Могу ли я просто подойти к костям и сказать: «Я благословляю тебя», — или необходимо сделать что-то посложнее?

Кафал приподнял свои тяжёлые брови.

— Ты не знаешь?

— Нет. Возможно, вам следует созвать своих шаманов и обсудить это.

— Да, думаю так и надо поступить. А когда мы узнаем всё о необходимом ритуале, ты это сделаешь?

— Я же сказал, что подумаю, Кафал.

— Почему ты сомневаешься?

Потому, Худ меня побери, что я — ось и всё, что я решу сделать, может, нет, точно изменит всё.

— Я не хочу никого обидеть, но я осторожный сукин сын.

— Тот, кто владеет силой, должен действовать решительно, Ганос Паран. Иначе она просочится сквозь пальцы.

— Когда я решу действовать, Кафал, я буду действовать решительно. Если в этом есть какой-то смысл. Как я точно не буду действовать, так это необдуманно. И если я правда владею огромной силой, ты должен быть этому рад.

Баргастский воин заворчал.

— Возможно, ты прав в своей осторожности. Я передам твои слова отцу.

— Так тому и быть.

— Если ты хочешь уединения, тебе стоит подыскать другое место. Мои сородичи идут сюда, чтобы забрать оставшееся оружие. Скоро здесь будет многолюдно.

— Хорошо. Я пройдусь.

— Берегись, Ганос Паран.

Капитан повернулся.

— Чего?

— Совет Масок знает о том, кто или что ты. И им это не нравится.

— Почему?

Кафал снова ухмыльнулся.

— В Совете Масок нет места соперничеству. Они так и не признали Керули, который желает присоединиться к ним. Ты же, в свою очередь, можешь и вовсе провозгласить себя их господином. Под масками их глазки забегали в страхе, капитан.

— Худов дух, — вздохнул Паран. — К слову, кто такой Керули?

— Верховный жрец К’рула.

— К’рула? Старшего бога?

— Наверное, Керули будет просить твоего благословления от лица своего бога.

Паран потёр лоб и внезапно ощутил себя крайне уставшим.

— Я передумал, — прошептал он, — забудь про прогулку.

— Что будешь делать?

— Найду дыру и забьюсь в неё поглубже, Кафал.

Смех воина был суровым, без единой нотки сочувствия, на которую мог бы надеяться Паран.

Эмансипор Риз умудрился найти в погребе более подходящую бутылку и, разлив по двум бокалам её содержимое, быстро покинул комнату. Его морщинистое лицо было бледнее обычного.

Тем не менее Быстрый Бен неуверенно сделал первый глоток. Спустя миг он проглотил жидкость и вздохнул.

Сидевший напротив Бошелен улыбнулся.

— Прекрасно. Предположу, что ты предпринял попытку прорваться через оборону этой усадьбы небеспричинно. Я весь внимание.

— Демонический призыв. Это редчайшая и сложнейшая из всех некромантических практик.

Бошелен скромно пожал плечами.

— А опирается она на силы, — продолжил Быстрый Бен, — которые, хоть и идут через Путь Худа, глубоко переплетены с Хаосом. Данная практика проходит по обе стороны границы между этими Путями. Кстати, скажи, почему, как ты думаешь, вызов демонов аспектирован на Смерть?

— Это ведь утверждение абсолютного контроля над жизненной силой, Быстрый Бен. Угроза уничтожения, гибели по определению аспектировано на Смерть. Что же до твоего замечания о влиянии Пути Хаоса, продолжай.

— Пути отравлены.

— А-а. У сил Хаоса богатый букет. И та, что заражает Пути, почти не связана с теми стихиями Пути Хаоса, в которые я вовлечён.

— Так твой доступ к Путям не затронут?

— Я этого не говорил, — ответил Бошелен, прервавшись на глоток вина. — Инфекция — это раздражитель, который, увы, развивается и грозит стать ещё хуже. Возможно, когда-нибудь в будущем я сочту нужным отомстить тому, кто ответственен за это. Корбал Брош, мой компаньон, поделился со мной своими тревогами. Он теснее работает с Путём Худа, и для него этот удар куда ощутимей.

Быстрый Бен окинул взглядом ворону на каминной полке.

— Действительно. Что ж, — добавил он, вновь повернувшись к Бошелену, — я могу точно сказать тебе, кто в этом виноват.

— И зачем тебе это делать, маг? Если только ты не собираешься просить нас о помощи, ведь, как я могу предположить, ты хочешь противостоять этому… отравителю. И, разумеется, ищешь потенциальных союзников.

— Союзников? Просить о помощи? Нет, господин, ты неправильно меня понял. Я предлагаю эту информацию бесплатно. Я не только ничего не жду взамен, более того, если бы ты и предложил мне помощь, я бы вежливо отказался.

— Интересно. Значит, тебе достаёт могущества тягаться с богами?

— Не помню, чтобы мы говорили о богах, Бошелен.

— В самом деле. Однако сущность, ответственная за отравление всех Путей, — без сомнения, личность могущественная. Если это и не бог, то претендент на божественность.

— В любом случае, — сказал Быстрый Бен, улыбаясь, — я не тягаюсь с богами.

— Мудрое решение.

— Но иногда побеждаю — на их же поле.

Бошелен всмотрелся в чародея, затем медленно откинулся на спинку.

— Я ценю твою компанию, Быстрый Бен. Меня нелегко развлечь, но тебе это сегодня ещё как удалось, за что прими мою искреннюю благодарность.

— Всегда пожалуйста.

— Увы, Корбал Брош, мой компаньон, хотел бы тебя убить.

— Невозможно угодить всем.

— Да, верно. Понимаешь, он не любит быть сбитым с толку, а ты поставил его в тупик.

— Пусть лучше дальше сидит на каминной полке, — тихо посоветовал Быстрый Бен, — я плохо отношусь к критиканам.

Бошелен приподнял бровь.