Вещий князь. Книга 3. Из варяг в хазары - Андрей Посняков

Пронесшись галопом, отряд хазар скрылся в урочище, потревожив спавшего там лобастого белошеего волка. Опасаясь стрел, тот бросился в чащу из-под самых ног захрипевшего коня Завулона. И каган-беку на миг показалось, что на шее волка блеснула золотом цепь. Волки носят украшения? Надо же! Может это какой-нибудь знатный волк, волк-тархан или даже волк-каган? Завулон усмехнулся. Не до волка сейчас, не до волка… Поймать бы ублюдков, настигнуть. А опозоренных жен он завтра же прикажет сбросить с башни. Обеих.

— Смотри-ка, князь! — Кто-то из воинов показал камчой вниз, на дорогу, где прямо к утесу мчался, нахлестывая коня, одинокий всадник в волчьем плаще и мохнатой лисьей шапке.

— Лазутчик, — нехорошо усмехнулся Хуслай. — Убейте его. Нет, сначала поймайте и допросите. Впрочем… — Заслонив ладонью глаза от солнца, он внимательно всмотрелся вдаль. — О, боги! Так это же Сармак! И правда — лазутчик. Только не хазарский, а наш!

Воины засмеялись княжеской шутке.

— Наконец-то я нашел тебя, князь! — спешившись, поклонился Сармак. — В городе суматоха, почти всё войско кого-то ловит.

— Это я вижу. Ты сделал то, что должен?

— О да! — Обветренное узкоглазое лицо Сармака озарилось улыбкой. — Верные люди откроют ворота. Правда, ненадолго.

— А нам плевать насколько! — Хуслай оглянулся на своих воинов, и те одобрительно зашумели. — Главное — войти в город, а выйти обратно мы сумеем и сами! Хамид, скачи в племя, пусть выезжают. Ну, а мы не будем терять время. Веди же, Сармак!

И небольшой отряд печенегов, рысью слетев с утеса, понесся вслед за своим князем. Хрипели кони, летели из-под копыт смерзшиеся комья земли пополам со снегом. Князь Хуслай был вовсе не так прост, как казался. Несмотря на охвативший его азарт, он вел воинов не прямо по степи, а оврагами, балками, перелесками. Так, что появившиеся словно из-под земли печенежские всадники вызвали у городской стражи настоящий шок!

— Пора. — Увидев печенегов, незаметно пробравшийся на стену Ирландец махнул рукой, и Хельги, вытащив меч, напал на воротную стражу. Те растерялись, закрутили головами — никак не могли подумать, что нападавший — один. Выхватили сабли, звякнула сталь — ярл справился бы с ними с легкостью, но притворно отступил, отвлекая от ворот. А скромно стоявший неподалеку Никифор подкатил под створку большой камень… Когда стражники опомнились, было уже поздно: печенежская сотня, размахивая саблями, ворвалась в город и с воплями закружила у ворот, ожидая приказа князя и пугая разбегающихся по сторонам прохожих.

— Вот наш человек, князь! — Сармак осадил коня, показывая князю на ловко отбивающегося от наседавших на него стражников Хельги. Ярл тоже узнал печенега и в три прыжка оказался возле его коня. Подмигнул, перевел взгляд на вожака:

— Ты — князь Хуслай? — Вождь печенегов кивнул.

— Тогда вперед. Пока стража не опомнилась, есть возможность разграбить дворец самого каган-бека!

— Покажешь дорогу, — сдерживая охватившую его радость, важно кивнул Хуслай и обернулся: — Коня ему!

Кто-то из ближайших к князю воинов — в богатом плаще и серебристом шлеме, видно, не из простых — протянул ярлу поводья. Хельги поблагодарил кивком… И замер. Перед ним стоял Радимир! Стоял и улыбался.

— Рад тебя видеть, ярл! — радостно воскликнул он. — Но все вопросы потом. Пока же — вперед!

— Вперед, — вскакивая на коня, согласно кивнул Хельги.

И сотня головорезов вскачь понеслась к дворцу каган-бека. Они взяли ворота на раз — там и защитников-то почти не было, все, включая самого каган-бека, ловили беглецов за стенами Итиля.

— Жгите всё. И хватайте добро и женщин, — быстро распорядился Хуслай, — впрочем, об этом вряд ли нужно было просить его воинов. Двор каган-бека напоминал сейчас торжище. Повсюду сновали какие-то люди — печенеги, слуги, просто прохожие, рискнувшие воспользоваться удобным случаем и прихватить всё, что под руку попадется. Кто-то вытаскивал из дворца во двор длинную портьеру из блестящей парчовой ткани, кто-то тащил на спине приятно звякающие мешки, а некоторые уже вовсю набивали переметные сумы добром каган-бека, весело переговариваясь и славя удачливого вождя. По всему двору летали перья, бегали куры, утки и какие-то полураздетые женщины — видимо, каган-бековы наложницы и жены. Уток, кур и женщин тоже хватали, причем женщин не насиловали — некогда было. Князь предупредил, чтобы всё делали быстро.

Хельги-ярл первым делом ворвался в башню. Взбежал по узким ступенькам, чувствуя за спиной тяжелое дыханье Имата. Вырвав у трясущегося старика-стражника ключи, отпер замок. Распахнувшись, скрипнула дверь…

— Ой, мы, кажется, не туда попали.

Обернувшаяся женщина — сухая, как вобла, — ничуть не походила на красавицу Халису. Скорее всего, это была Самида, старшая жена Завулона. Строго посмотрев на ярла, Самида поджала губы и гордо велела закрыть дверь, что Хельги с большим удовольствием и сделал. Хлопнув дверью, обернулся к Имату:

— Ну и ведьма! — Приказчик согласно кивнул.

Халису обнаружили на самом верхнем этаже башни. Увидев спасителей, она радостно заулыбалась и даже попыталась броситься ярлу на шею. Тот отстранился — не до того было. Поручив освобожденную пленницу заботам Имата, Хельги птицей взлетел на смотровую площадку и осмотрелся. От дворца кагана тянулись к центру города многочисленные черные точки — лариссии. Такие же точки быстро приближались к городу со стороны степи. Следовало спешить…

Сбежав с башни, Хельги схватил за рукав подвернувшегося под руку Сармака. Выслушав его, печенег подбежал к князю. Тот махнул рукой:

— Уходим! — Завыли трубы.

— Не туда, князь. — Ярл тронул поводья княжеского коня. — Налево. К южным воротам.

— Но это же через весь город! — воскликнул Сармак.

— А к северным воротам мы уже опоздали.

Хуслай кивнул, отдавая приказ воинам, и печенежский отряд, быстро развернувшись, помчался по узким улицам хазарской столицы. Радимир, проезжая мимо Хельги, улыбнулся:

— Еще повоюем, ярл!

— Но как ты…

— После расскажу. Подгони-ка лучше своих друзей!

Кривич умчался вперед, а Хельги попридержал коня. Ирландец с Никифором догнали его, а вот что касается Халисы и Имата…

— Вас приходится долго ждать, ребята, — завидев наконец эту сладкую парочку, нахмурился ярл. — Или вы не с нами?

— Нет, варяг. — Имат покачал головой. — Мы спрячемся здесь.

— А потом?

— Наше дело.

— Что ж. — Хельги пожал плечами и, улыбнувшись, взглянул в черные, с золотистыми искорками, глаза Халисы. Да, эта молодая женщина чуть было не свела его с ума.

— Не беспокойся за нас, ярл. — Подъехав ближе, Халиса крепко сжала руку Хельги.

— Но каган-бек будет мстить!

— Мстить? — Красавица усмехнулась. — Мы выехали со двора позже вас, и я заметила, как во двор ворвались лариссии кагана. И знаешь, что они стали делать? Подожгли дом и принялись убивать всех оставшихся в живых! Посмотри на город, ярл! Все эти воины, что, словно хищники, врываются сейчас в дома сторонников Завулона якобы для защиты их от печенегов, — это воины кагана. Видно, ему наскучило быть послушным исполнителем воли шада и захотелось по-настоящему держать эль. Итиль — теперь город кагана, а не каган-бека. Думаю, по возвращении Завулону будет не до меня. Если он возвратится…