Нон Лон Дон - Чайна Мьевилль

– Нет!…- в ужасе крикнула Диба.

– Не нет, а да! Конечно, растягиваться на такое большое расстояние – это труд, это не так-то просто, но я умею это делать. И сделаю. Несколько услуг кое-кому из ваших лондонцев, там и сям. Лучше заняться твоей подружкой сразу, пока здесь более или менее… спокойно. Короче, как только освобожусь, сразу и займусь. Да и вообще, практика никогда не повредит. Ведь скоро снова предстоит поход на Лондон, а тогда дела будут посерьезней. Так что тренировка не повредит. Ты не волнуйся. Впрочем, скоро тебе вообще ни о чем не надо будет волноваться. Кхе-кхе…

А смоглодиты тем временем неуклюже сползались к Не-твердайблу, радостно похрюкивая и почмокивая по мере приближения Смога.

– А мы вот что сейчас сделаем,- заявила человекообразная тварь, присвоившая себе имя Нетвердайбла.

Он медленно развернул распечатку из Фантомбурга, в которой подтверждалось, что настоящий Нетвердайбл умер. С видом знатока обнюхал листок и даже лизнул его, потом сложил документ и, самодовольно ухмыляясь, разорвал его пополам, а затем еще раз и еще раз… и бросил клочки документа в огонь.

Бумага ярко вспыхнула, и над пламенем возник ореол ее светящихся духов, вырвавшихся на свободу. Восходящим потоком горячего пламени один из клочков бумаги подняло в воздух, отнесло немного в сторону, и он медленно опустился на землю.

Псевдо-Нетвердайбл сделал выдох, потом вдохнул полной грудью, и столб густого дыма потянулся из огня прямо ему в рот и в ноздри. Лицо его расплылось в блаженной улыбке: видимо, дым от сожженной бумаги очень ему понравился.

– А-а-а-а-х! – выдохнул он наконец, с наслаждением облизывая сладострастные губы.- Впервые пробую фантомную бумагу. Значит, говоришь, свидетельство смерти мистера Нетвердайбла? Ты очень хорошо сделала, милая моя, что раздобыла его, очень правильно и очень любезно с твоей стороны. Прекрасный подарок! Молодец, умница. Жаль только, что быстро кончился.- Он шутовски развел руками, как бы извиняясь.- Да и тебе теперь показать нечего. Ах, как жаль!

Он копнул лопатой, подкинул в огонь мусора и с наслаждением вдохнул вонючего дыма. Потом поковырялся в куче, словно что-то искал, ничего не нашел и демонстративно вздохнул. Смоглодиты весело заржали.

– Ни одной книжки,- сказал он печально, заглядывая Дибе в глаза.- А я так люблю книжки. Просто обожаю!

– Все равно тебе конец,- стараясь говорить смело, заявила Диба.- Мы тебе еще прищемим хвост, вот увидишь! Ты никогда нас не победишь. Тебя уничтожат как бешеную собаку, как мы в свое время уничтожили тебя в Лондоне, понял?

На какое-то время повисло молчание. Квази-Нетвердайбл изумленно уставился на Дибу. Но уже через несколько секунд он разразился визгливым смехом, так широко разевая рот, что он даже в одном месте треснул. С каждым звуком изо рта его вылетали клочки дыма. Такие же струйки дыма сочились из уголков его глаз, и тогда он небрежно смахивал их носовым платком.

– Уничтожили? Ха-ха-ха! Уничтожили! О да! Конечно, ведь тогда у нас еще не было никаких соглашений. Никаких таких программ… О боже. Впрочем, так же, как и сейчас. Ну конечно.

Он подошел к ней почти вплотную, и шепот его, казалось, проникает ей в самый череп.

– Только ты ошибаешься, Диба Решам! Здесь у них ничего не выйдет. Да и они уже проиграли… Я стану здесь владыкой, а все вокруг будет гореть страшным огнем, гореть, гореть и гореть и превращаться в дым!

Глаза его сверкали, в них плясали жуткие красноватые язычки пламени.

– Я напечатаю для них сотни чертежей очистных дымоходов, я построю современные фабрики с фильтрами для очистки воздуха, а потом сожгу все это к чертовой матери в простых старых топках, впитаю в себя весь этот дым и стану еще сильнее. Я пойду в картинные галереи и сожгу все картины, чтобы они жили во мне. Потому что, видишь ли, я очень люблю искусство.

Он наклонился к ней совсем близко, так что лицо его оказалось всего в нескольких сантиметрах от ее лица, и она задыхалась от зловонного запаха горелого пластика. Смоглоди-ты, перебивая друг друга, тараторили что-то на своем тарабарском языке.

– А еще я люблю книги,- шептал он.- Такие миленькие, такие приятные, гладенькие книжечки, ах, как я люблю смотреть, как они горят. Огонь пожирает бумагу, а вместе с ней и буквы, а я вдыхаю в себя исторические драмы, повести, авантюрные романы, стихи, ведь вместе с дымом я все это впитываю в себя. Ведь и раньше все книги, которые вы сжигали, я впитывал в себя. Но скоро я сам буду выбирать, что должно гореть. Причем ни одна не должна пропасть! Я сам буду жечь книги. Я сожгу их все до единой!

Он сладострастно облизнулся.

– Мой любезный компаньон хочет сам управлять этим процессом, он желает, чтобы вы жгли для меня вещи и я набирался сил,- усмехнулся он.- А в моем Нонлондоне вы станете печатать книги прямо возле топок, и я смогу их вдыхать, пока еще не просохла типографская краска. Вы сожжете все свои библиотеки! Скоро, скоро запылают книжные полки башни Словохранилища, и пламя пожрет все ее книги, весь ее книжный фонд! Мое пламя пожрет все библиотеки в мире! А я буду стоять над пожарищем и вдыхать дым и стану существом всеведущим и всемогущим.

– Да в тебя и дыма-то столько не влезет,- с отвращением проговорила Диба.- В такого шибздика…

– Но я ведь стану уже не этот я,- отозвался он, небрежно стукнув себя кулаком в грудь,- я стану совсем другой я. Да-а, совсем другой я-а-а.

Он медленно выдохнул воздух, с наслаждением произнося это «я», пока изо рта его со свистом не пошел дым…

– Ты что, думаешь, я на этом остановлюсь? – продолжал он, словно разговаривая сам с собой.- Не-ет, ни в коем случае! Потом я отправлю в огонь книги всех библиотек Лондона. И на этот раз ничто меня не остановит! Ни оружие, ни переговоры, ни соглашения, ни ваши чертовы программы, нет, ничто не помешает мне! Как только я покончу с делами здесь и наберу силы… Но всему свое время,- снова ухмыльнулся своей отвратительной ухмылкой «Нетвердайбл».

– Ну, хватит болтать,- заявил он.- Пора разобраться с тобой. Пора выяснить, что тебе известно.

– Так ты еще и заплечных дел мастер? Давно палачом подрабатываешь? – с вызовом крикнула Диба и почувствовала, как задрожала спина Хеми.- Ты что, собираешься пытать нас? – Она старалась говорить как можно более твердым голосом.- Так ведь я все рассказала. И ничего нового от меня не добьешься.

– Пытать? – переспросил Смог-Нетвердайбл.- Ну и глупая же ты девчонка, как я посмотрю. Совсем дурочка. Зачем мне заставлять тебя говорить правду? Я и так все узнаю, мне ведь об этом расскажет дым, которым я стану дышать.

Он бросил нетерпеливый взгляд на жаровню, а потом снова на Дибу.

– Чтобы узнать, что находится в твоей голове, детка, мне достаточно просто сжечь тебя, моя милая!

Избавление от костра

– Джонс! – что есть мочи закричала Диба.- Мортар! Обадэй! Эй! Кто-нибудь! Помогите!

Она попыталась освободиться от пут, но связал их с Хеми, по-видимому, мастер своего дела. Хеми тоже напряг мышцы, но толку от этого было мало.