Истинная руна - Игорь Пронин

– Костя, помаши на Командующего! А ты, Коля, не дыши в его сторону, целую головку чеснока съел! Совсем чинов не уважаете, мясо!

– Заткнись, чмо полуорганическое! – взорвался Керменштекз. – Я просто в ярости! Я не могу говорить!

Биорги притихли, переглядываясь. Недовольство Командующего светило неприятностями. Как-никак, а все трое обязаны были выполнить любой его приказ. Вдруг захочет, чтобы они самоуничтожились? Это запросто. Да и расстрелы для поднятия морального духа в Армии Сириуса практиковались довольно часто. И тут – кадровый офицер…

– Что-то мы расслабились, – очень тихо сказал Костя. – Я, конечно, только третий… То есть нет… Если Чижика считать, то четвертый расходный, мое дело четвертое на амбразуру ложиться, но имею смелость доложить: надо углубить окопы, что ли…

– Не поможет, – прошептал ему на ухо кель-фатх-шуршур Миша. – Он в ярости. Это у них, у благородных семипалечников, врожденное. Если что – расстреляем Николая. Или гнома, если успеет появиться.

– Чего?.. – одними губами спросил Коля, который вроде бы расслышал свое имя.

– Хрен в очо! – так же, губами, ответил непосредственный начальник. – Совсем дурак? Иди службу неси, охраняй периметр!

Обиженный Николай повесил на плечо двустволку без патронов и начал выписывать круги вокруг окопов. В голову лезли штатские мысли. На первый план его забросили пару десятков лет назад, успел обзавестись семьей, дочку родил. Потом активировали, и выяснилось, что Сириус – навсегда. Не то чтобы Коля против этого возражал, но о семье тоже надо подумать! Жена-то не знала, что выходит замуж за биорга. Император, конечно, гарантировал семьям биоргов сохранность и даже некоторые льготы в службе, но это после победы. А до победы еще как до тепловой смерти, во всяком случае на Земле. Вторжение-то не удалось.

– Стой, кто идет! – крикнул Коля на звук, сдергивая с плеча бесполезное оружие. – Стой, стрелять буду!

– Это я! – на полянку вышел Агши. – У меня срочное сообщение. И первый расходный Чижик со мной.

– Пароль!

– Да здравствует Император!

– Пароль верный, но старый.

– Сириус навсегда!

– Проходи, – согласился Коля. – Только пароль – «Семья и Единство!». Где шлялся?

– Мы с Чижиком выполняли разведывательную операцию. Выяснили, между прочим, где трансплановый тоннель! – Агши подождал реакции, но не дождался. – Межплановый колодец, короче говоря. Местонахождение известно, можем двигать на нулевой хоть сейчас.

– Ну… Это хорошо, – признал Коля. – А то жрать хочется. Там много жратвы.

– Чья бы корова мычала! Пойду я к вашему главному, и если он нас с Чижиком не повысит – буду писать Императору!

Это гном зря сказал. Увидев существо, готовое писать самому Императору письма, третий расходный биорг Николай впал в состояние легкого беспамятства. К счастью, перенес он его на ногах. Агши тем временем добрался до Керменштекза, который наконец отдышался и собирался кого-нибудь расстрелять.

– Господин Командующий! Второй расходный Агши прибыл с добрыми вестями!

– Мы выскользнули из окружения? – спросил семипалечник, временно откладывая гнев. – Это была чертовски рискованная, неожиданная для врага операция. Я трижды чуть не погиб. Слава Императору! Я лично прикрывал отступающую армию.

– Так точно! – гаркнул Агши.

«Почему именно эти идиоты существуют миллионы лет? – недоумевал про себя гном. – Что-то здесь не так. Или идиотизм вечен, или Сириус навсегда».

– Что еще «точно»?

– Обнаружен межплановый колодец! Армия Вторжения может вырваться на оперативный простор! Жратвы там, говорят, много. Ну и фуража для рядовых.

Керменштекз задумался. В принципе, его устраивал ход боевых действий: уйти с первого плана на более цивилизованный нулевой было бы верным решением. В конце концов, там самки аборигенов пользуются косметикой, ему это еще на курсах переподготовки сообщали. Вот только…

– Агши, а ты готов прикрыть нас с тыла?

– Не понял, ваше Командирство!

– Ну… Вы с Чижиком должны остаться здесь, и оборонять вход в колодец на случай нашего неожиданного отступления.

– Слушаюсь, господин Командующий! Слава Императору!

Глядя на Агши, Керменштекз понял: продаст. Если уже не продал. Да нет, что там! Продал уже, и не единожды.

– Отставить. Пойдешь вперед.

– Разрешите взять с собой Чижика?

– Разрешаю. Пустишь вперед – он менее нужен Императору. Ладно, веди к колодцу. Только имей в виду: за не имением заместителя по государственной безопасности, держать тебя на мушке буду лично я. Армия!!! К маршу!

Биорги, расположившиеся было поспать, недовольно покосились на Агши. Только Коля был доволен: иначе пришлось бы всю ночь вышагивать дураком по периметру. Из кустов выскочил довольный и сытый Чижик – опять успел чем-то перекусить, неразборчивый хищник.

– Хозяин! Я русалке пальцы откусил! Они колодец вырыли, недалеко!

– Молчи! – приказал гном. – И не хозяин я тебе, а господин второй расходный! Мы в армии, в конце концов.

Чижик покорно поджал хвост, облизывая окровавленные губы. Он тоже не любил русалок. Керменштекз провел короткий смотр.

– Если бы вы знали, мясо, как я вас ненавижу – сразу бы сдались врагу! Но Император следит за вами. На этот раз я иду первым, вы меня прикрываете, удивляясь геройству своего командира. Это ясно?

– Ясно! – согласно приказу дружно удивились биорги.

– А колодец точно есть? – пользуясь правом младшего командира, спросил кель-фатх-шуршур Миша. – Или гнома можно пристрелить?

– Не выслуживайся, мясо, – почти попросил семипалечник. – Мы в тылу врага. Конечно, целься в него, но если что – в спину ему пальну лично я. И подвиг его устранения будет записан за мной. Все готовы? Марш!

Армия не в ногу двинулась следом за Командующим.

– Что-то мне не нравится в здешнем мире… – признался Коля Константину. – Смотри, на елках – ягоды растут… Прежде такого не было, я же тут вырос!

– Колька, я давно тебе хочу в том же признаться, да звание твое не позволяет, – обнял его Костя. – Ты на небо взгляни. Луна сегодня два раза уже показывалась и сразу убегала. Так не бывает, брат!

– Что же делать? У гнома спросить?

– Не доверяю я ему, пока он трезвый, – покачал головой Костя. – Вот будем на нулевом плане, возьмем, как в тот раз, хорошей жидкости – поговорим, очень серьезно поговорим. Главное, видишь ли, чтобы и там ничего не изменилось… Предчувствие у меня.

– Но с Императором-то все в порядке?! – испугался Николай.

– Нет, я не о том. Я о здешних мелочах, брат. А ну подтяни ремень! Совсем оборзел!