Проклятие Одии - Майте Карранса

Выступавшая особа обращалась к своим многочисленным слушательницам так естественно и непринужденно, словно беседовала с ними за обеденным столом.

— Попокатепетль[37]был отважным воином, влюбленным в деву Истаксиуатль.[38]Отец девицы не был к нему благосклонен и отправил воевать с сапотеками[39]в Оахаку, зная, что с этой войны мало кто возвращается. И действительно, скоро до прекрасной Истаксиуатль дошли слухи о том, что ее возлюбленный пал в битве, и она умерла от горя. Однако на самом деле Попокатепетль не погиб, он умер от тоски, вернувшись домой и застав Истаксиуатль мертвой. Пораженные глубиной их любви, боги превратили Попокатепетля и Истаксиуатль в две огромные горы. Истаксиуатль покоится с миром, а Попокатепетль извергает пепел и лаву.

Слушательницы затаили дыхание, а дама продолжала:

— Сейчас мы рядом с Попокатепетлем, и я не случайно напомнила вам эту нелепую легенду, порожденную жалким воображением смертных. Запомните! Жизнь — это самое дорогое, что у нас есть. Мы можем менять наши родословные, имена, дворцы, замки и даже цвет наших глаз, но наше настоящее богатство — наша жизнь, и мы будем жить, потому что ничто не сравнится с нашей волей к жизни. Меня всегда поражала человеческая глупость. Смертные склонны презирать жизнь, разбазаривая ее по пустякам, жертвуя ею по причинам, кажущимся им благородными и достойными, но на самом деле не стоящими выеденного яйца.

Мы неизмеримо выше смертных, потому что не попадаем в рабскую зависимость от эмоций или страстей. Давным-давно мы отвергли отвратительные муки материнства и жалкую человеческую любовь, выбрав взамен божественное спокойствие бессмертия, за которое и будем биться до конца с жалкими трусливыми омниорами. Победа будет за нами. Пробил решающий час, и я собрала вас здесь, чтобы своими ушами услышать — со мной вы или против меня.

По рядам слушательниц пронесся ропот, постепенно переросший в хорошо различимые слова:

— Мы с тобой!

— С тобой!

— Ты — наша королева!

Вскочив на ноги, собравшиеся в зале женщины принялись бурно аплодировать и всячески приветствовать обращавшуюся к ним даму, но той явно было этого мало, и она продолжала ораторствовать:

— Вы готовы на все?

— На все! — в один голос закричали одиоры.

— Вы пойдете за мной на войну?

— Пойдем!

— Вы будете биться до конца?

— До конца! Мы ничего не боимся!

Прекрасная дама окинула взглядом зал. Некоторые из слушательниц напоминали ее саму, другие были смуглыми, у третьих были раскосые глаза, у четвертых вьющиеся волосы, но все они были безукоризненно прекрасны.

— Вы собрались сюда со всех концов света по моему зову, чтобы поклясться мне в верности или бросить мне вызов. Графини больше не существует. Я лично покончила с ней и теперь желаю услышать, готовы ли вы мне подчиниться.

С этими словами дама пристально посмотрела в один из углов зала, где сидели одиоры, раньше прислуживавшие Кровавой Графине. Одна из них, стройная женщина по имени Уриэль, поднялась и высказала общее мнение:

— О, Ледяная Королева! Мы прибыли сюда, чтобы поклясться тебе в нашей верности. Мы выслушали тебя и не изменили своего намерения, но скажи нам, что мы получим взамен за нашу покорность?

— Вы будете жить припеваючи в Эру Жезла Власти!

Среди одиор раздались громкие возгласы.

— Где он, этот Жезл? — спросила одна одиора, с головы до ног покрытая татуировками.

— А где Баалата? — спросила другая краснокожая одиора.

— А правда ли, что Жезл сейчас у Избранницы, а Избранница — омниора? — спросила миниатюрная одиора с тонкими чертами жестокого лица.

— Прошу вас! Тише! Поверьте, я знаю ответы на все ваши вопросы!

— Мы доверяем тебе и верим твоим словам, — вновь заговорила Уриэль. — Но пойми, пожалуйста, и нас. Нам нужны твердые гарантии. Ведь не для кого не секрет, что безжалостная Баалата не пожалеет и своих сестер-одиор. Мы ее боимся. Нам очень хотелось бы знать, в чьих руках сейчас Жезл Власти, от которого зависит наша дальнейшая участь. Мы знаем, что после известия о появлении Избранницы Графиня и Баалата преисполнились решимости расправиться с нею. И где же сейчас эта Избранница? Может, это ты где-то ее прячешь? Извини за прямоту, но от ответов на эти вопросы зависят наши жизнь или смерть.

Белая Дама ослепительно улыбнулась, вселяя своей улыбкой спокойствие и уверенность в будущем в сердца своих взволнованных слушательниц.

— Уверяю вас, с Баалатой очень скоро будет покончено раз и навсегда. Я вам это обещаю.

— Чем же подкреплены твои обещания?

Белая Дама воздела в воздух правую руку, и, к всеобщему изумлению, в недрах Попокатепетля раздался глухой гул.

— Слышите! Вулкан сам вам отвечает! В отличие от вас, он не сомневается в моих словах.

— А Избранница?

— Избранница — одна из нас, — не сводя с прекрасных женских лиц взгляда своих голубых глаз, произнесла Белая Дама. — Она стала одиорой, лично предана мне и будет во всем мне покорна.

— А если она не станет подчиняться?

— Вы же меня прекрасно знаете, — вздохнула Белая Дама. — Всем известно, что я никому еще не спускала с рук непослушания или невыполненных обещаний. Неужели вы думаете, что эта девчонка осмелится меня ослушаться?!

В зале воцарилось красноречивое молчание. Оспаривать слова Ледяной Королевы никто не решился.

— И все-таки где Жезл?! — настаивала чернокожая одиора. — Ведь сильнее всех лишь тот, у кого в руках Жезл Власти!

— А ты подчинишься той, у кого будет Жезл? — внезапно воскликнула Кристина Олав, ткнув пальцем прямо в негритянку.

Та покорно опустила голову.

— Вы все подчинитесь той, у кого Жезл? — спросила Кристина у зала, и одиоры согласно закивали.

Тогда Кристина выпрямилась во весь рост и жестом человека, уверенного в победе, подняла руку. В ней был Жезл Власти.

Одни одиоры с мольбой распростерли к нему руки, другие попадали на колени и клялись вечно ему служить, а Кристина продолжила: