Новобранец - Елена Хаецкая

Эвремар легко шагала среди колонн, а Денис тащился следом, мысленно проклиная эльфийское бессердечие. Послышался голос Гонэл:

— Сюда.

Эвремар обернулась к Денису и протянула ему руку:

— Уже близко.

Он схватился за ее пальцы, холодные, в мозолях от тетивы, и она повлекла его за собой.

— Давай помедленнее, а? — попросил он, но она его не услышала — или не захотела услышать, так что он пару раз споткнулся и чуть не упал.

Внезапно колонны расступились перед ними, открылся полукруглый подземный зал, освещенный тремя десятками факелов. Здесь, в противоположность остальному подземелью, было тепло, душно, пахло кухней, но не маминой, обжитой и уютной, а такой, какая бывает в неухоженных холостяцких квартирах или, того хуже, на «вписках».

Денис ошеломленно оглядывался по сторонам, в то время как его спутница застыла в неподвижности, до странного спокойная. Денис так не умел. У него сердце то колотилось, то вдруг замирало и потом сильно бухало — кажется, где-то под подбородком.

«Такого не бывает», — подумал Денис. Он встретился глазами с Эвремар, — широко расставленные, неестественно-светлые, раскосые, они были абсолютно нечеловеческими, и бесстрастный взгляд их подтвердил: нет, происходящее — не дурман, не бред, не сон, не фантазия… в общем, это реальность.

В кругу толстых колонн стоял самый настоящий тролль. Свет всех факелов был направлен на него, словно он являлся самым главным действующим лицом этой сцены. Только одно представление, только сегодняшним вечером — спешите видеть.

Плоскорожий, с низким лбом, с узенькими черными глазками и сальными черными космами, он выглядел и похожим на тех неистовых воинов, с которыми военная судьба сталкивала Дениса, и в то же время абсолютно не похожим. Как будто те были аристократами, а этот — плебеем из самых низших слоев, из самой презираемой касты.

Его длинные руки, обнаженные, очень смуглые, с мощными, чересчур рельефными мышцами, свисали ниже колен.

Голова на короткой шее была запрокинута, ноздри раздувались, жадно втягивая нечистый воздух.

«Если бы я спросил себя, как выглядит некрасивый тролль, — подумал Денис, чувствуя, как от абсурдности этих мыслей его начинает колотить нервный смешок, — то вот он, ответ. Некрасивый тролль выглядит как вот это».

Уродство и низкое происхождение отнюдь не превращали тролля в полного идиота и уж точно не мешали ему осознавать собственное положение. Он, несомненно, в какой-то мере являлся значительной персоной.

На это указывали широкий золотой ошейник, который можно было бы в равной мере счесть и дорогим украшением, и знаком рабства, и одежда из ярко-красного шелка с золотым шитьем.

Тролль был бос, и на кривых пальцах его ног блестели кольца.

Завидев эльфийку, он тихо, злобно зашипел сквозь зубы, а Дениса как будто просто не заметил.

Эвремар холодно глянула на него и отвернулась. Денис решил поступить точно так же, но у него не вышло: он то и дело принимался сверлить тролля глазами.

— Подойдите ближе, — раздался голос защитницы Гонэл.

Увлеченный троллем, Денис не сразу заметил ее. Она устроилась на высоком сиденье, вырубленном прямо в «стволе» колонны. Точнее, одна из колонн была превращена неведомыми мастерами в настоящий трон, расположенный очень высоко, так что ноги защитницы свисали без опоры. Зато руки ее крепко держались за подлокотники, а на уровне головы имелась бархатная красная подушечка.

Горящие факелы были расположены таким образом, что лицо Гонэл оставалось в тени. Зато огонь освещал кое-что другое: низкий деревянный стол с разложенными на нем ножами, крючьями, клещами и прочим инструментом, похожим на тот, что кладется в кабинете дантиста, только незначительно увеличенный в размерах.

Денис панически глянул на защитницу Гонэл, точнее, на ее ноги, бывшие прямо перед его глазами. Невольно он поразился их спокойствию: они совершенно неподвижно свисали вдоль колонны. Хорошенькие женские ножки. Мягкие светлые сапоги красиво облегали икры и заканчивались под коленом.

— Вы не спешили, — проговорила Гонэл.

Денис задрал голову. Не очень-то красит женщину такой ракурс, однако Гонэл это, похоже, было безразлично.

— Это из-за меня, — сказал он. — Я хромаю.

— Да, — бросила она с высоты. — Помню.

Эвремар зло глядела мимо защитницы, на соседние колонны: там к железным кольцам были прикованы пленники: безымянная эльфийская дева, а рядом с ней — тот, кого называли Адальгером.

— Ну вообще-то, — сказал Денис, — я ничего не понимаю. Мы приглашены сюда как свидетели? Или что-то хуже?

Ответом ему было молчание. Денис счел этот знак зловещим и поежился.

— Ну, я хотел только узнать, для чего нас позвали, — пробормотал он. — Для охраны? — Он с надеждой посмотрел на Гонэл.

Она наконец отозвалась:

— Ты и Эвремар — вы оба много знаете о случившемся.

— Ну, клянусь обо всем молчать! — заверил Денис поспешно. — Честное слово, я никому ни звука… даже Арилье.

Ему совсем не нравилась надпись на могиле: «Здесь лежит глупый Дениска, он слишком много знал. Спи спокойно, дорогой Денечек».

Гонэл не обратила на его слова ни малейшего внимания — они как будто скользнули мимо ее слуха, совершенно не задев сознания.

— Я не люблю, когда мои люди строят догадки, основываясь на обрывках сведений и пустоте. Тот, кто знает начало истории, должен знать ее конец. Только так можно избежать пустых слухов.

— Логично, — шепнул Денис. У него вдруг пропал голос.

Гонял наклонилась к нему с высоты:

— О чем ты хочешь спросить?

— Ну… — замялся Денис. — Откуда здесь тролль? Если это, конечно, тролль…

— Это палач, — сказала Гонэл таким тоном, как будто речь шла о самом обычном деле. — Надеюсь, ты догадался о предназначении инструментов.

— Я лучше воздержусь от догадок, — буркнул Денис. — Но тролль?..

— Что непонятного? — настаивала Гонэл.

— Ну, я слыхал, будто замок убивает ихнего брата… — протянул Денис, чувствуя себя дураком.

— Это правда — в определенных случаях. В замке есть несколько вещей, которые уничтожают любое троллиное порождение. Самое известное — дракон над воротами. Ты его видел.

— Уже яснее, — кивнул Денис. — Но…

— Мы сейчас находимся, собственно говоря, не в самом замке, а под ним. Эта земля уже не состоит под моей защитой. Замок не пускает корни настолько глубоко.

— Странные представления о земельном праве, — сказал Денис, чьи сведения на сей счет ограничивались мамиными причитаниями по поводу налога на дачу. — Но предположим, что я все понял.

Гонэл откинулась на подушечку и произнесла: