Амалия. Перекроить судьбу - Анна Дант

— И ты его простила? — Эмили смотрела на меня широко распахнутыми глазами. — Прям совсем-совсем?

— Простила, милая, — с улыбкой ответила дочери, поправляя одеяло. — Я уже любила твоего папу и готова была простить многое. Ложись спать, хорошо? Завтра поедем к Итану.

— А мы Бони возьмём? — уже засыпая, спросила дочь, поближе подтягивая к себе трёхмесячного щенка.

— Нет, Бони останется дома. Ей пока рано путешествовать. Спи. Поцеловав дочь, я выключила магический светильник и вышла, прикрывая за собой дверь. Но вместо своей спальни я направилась в наш с Нейтом кабинет.

— Уснула? — не поднимая головы, спросил муж. На столе лежала стопка документов, которые следовало проверить.

— Да, но перед этим спросила, можно ли взять щенка, — отозвалась я, садясь за соседний стол и открывая первую папку. — Завтра, если не забудет, начнёт просить вдвое больше.

— А может, возьмём? Всё равно порталом пойдём.

— Ты ей слишком потакаешь, — укоризненно заметила, ставя первую подпись под списком тканей.

— Думаешь, я могу иначе? — грустно улыбнулся Нейт. А я, увидев в глазах боль, поняла. Не может. И никогда не сможет. Эмили далась нам нелегко. В принципе, прошедшие двадцать лет были далеки от безоблачных. Но было и хорошее. Обо всём по порядку.

Спустя неделю после нашей встречи в доме я таки рассказала Нейту о Василе и его требовании. Помню, как сильно переживала и действительно думала, что меня засмеют. Но ошиблась. Нейт выслушал меня и предложил поездку через пару дней, когда вернётся из столицы. А вот после, когда он получит одобрение названого отца, мы поженимся. Я и забыла о его обещании утянуть меня в храм, все мысли были лишь о встрече Васила и жениха. Но и в этот раз я зря переживала: Нейт, едва зайдя в дом к Василу, вызвал его на разговор. О чём они говорили – я не знаю, но помню, как Васил провожал нас. Он обнял меня крепко и шепнул, что теперь полностью за меня спокоен. Правда, строить сарай Нейту всё же пришлось. Вместе с Грэмом он несколько дней подряд приезжал в деревню и помогал чинить стены и крышу, подружившись и с Грэмом, и с Василом.

А потом напомнил про свадьбу… Оттягивать и дальше поход в храм не было смысла, так что, взяв несколько дней перерыва, мы поженились на берегу моря, а после провели славный небольшой отпуск в горах. Жизнь закрутила нас в водоворот событий. Мастерская, как я и предполагала, процветала, разгрузив меня с заказами. Теперь я брала только эксклюзивные заказы, а с обычным бельём или детскими вещами справлялись нанятые девочки. Нейт перестал ездить по королевству в поисках артефакта, теперь он всё больше проводил время дома, а спустя пять лет и вовсе решил заниматься только герцогством, одновременно обучая Итана, а в свободное время изучая новые артефакты. Дом – полная чаша, сказали бы многие.

Но я хотела детей. Родить мужу малыша было моей мечтой. Судьба словно насмехалась, не позволяя мне забеременеть. Именитые маги и лекари разводили руками и вздыхали, мол, простите, но мы бессильны. Я, полностью здоровая, молодая женщина, не могла зачать. Даже были мысли попробовать развестись, чтобы Нейт нашел женщину, способную подарить наследника. А затем произошла долгожданная беременность. Я летала от счастья, но всего три месяца. Кровотечение и выкидыш, и снова: “Мы не знаем, что случилось. Вы в порядке”. Три раза… Три беременности подряд заканчивались выкидышем, а я рыдала в подушку, гадая, что со мной не так. Бизнес рос, доход от графства тоже, а я задыхалась от боли и отчаяния. Извечный вопрос “за что?” стал моим спутником ещё на пару лет. А потом я успокоилась, если можно так назвать моё рвение к работе. Просто ушла в любимое дело с головой, не забывая уделять внимание мужу и сыну. И вот почти шесть лет назад я узнала радостную новость – беременна. Обычно, когда женщина узнаёт о желанном зачатии, то она радуется. Меня обуял ужас. Я понимала, что ещё одной потери просто не переживу. Но обошлось. Эмили, чьё имя переводится как “Небесный дар”, родилась в срок, здоровенькая. Нейт плакал как ребёнок, когда взял её на руки. И сейчас, глядя на мужа, я понимала. Да, он не может по-другому, слишком тяжело нам далась дочь. Оборачиваясь назад, вспоминая свою жизнь, я не жалею ни о чём.