Невеста на откуп - Наталья Белецкая

Вернулся! Чуть приподнятые брови, растерянный взгляд, взлохмаченные волосы и никаких разрядов молний. Из меня словно стержень вытащили, ноги задрожали.

– Прости меня… – сквозь ком в горле попросила я.

– Прости меня… – эхом отозвался Ллойд.

Не знаю, кто из нас первым сделал шаг вперед (да это и не важно), но уже через секунду мы целовались посередине коридора.

– Извини, что напугал, – сказал муж, отрываясь от моих губ. – Знаю, ты боишься моей магии…

– Нет, я больше всего испугалась за тебя. Ты выбежал в таком состоянии, а выброс магии опасен!

– Успокойся, Стана, – Ллойд поцеловал меня в лоб. – Я опытный маг, выброса не было. Просто когда я сильно сержусь или боюсь чего-то, бывает такое. Я ушел, чтобы тебя не пугать.

– Больше не уходи, ладно? – прошептала я, заглядывая в глаза – Особенно так внезапно, как сейчас. Ты ведь почти раздет. Вдруг простынешь? Заболеешь?

– Я – сильный маг. – Супруг слегка улыбался, видя моё волнение. Он медленно убрал выбившуюся из моей прически прядь за ухо. – Не беспокойся обо мне. С помощью магии согреюсь.

Собравшись с мыслями, я произнесла:

– Прости меня, Ллойд. Я совсем не то хотела сказать! Просто хотела спросить: собираешься ли ты со мной разводиться? И если да, то когда именно? Договор с моим отцом уже действует, и особой необходимости изображать супругов нет. Если ты ничего ко мне не чувствуешь, то лучше сейчас отказаться от любой физической близости. Ведь если получится ребенок, то все станет сложнее. По нашим традициям ты можешь развестись, если обвинишь меня в измене, а это поставит крест на любой моей карьере. По крайней мере, в новых землях. Конечно, тебе решать, как надо…

Начала говорить бодро, но к концу монолога мой голос слабел, пока и вовсе затих. Ллойд злился.

– Только не сердись, пожалуйста, мне просто хотелось узнать, – пробормотала я.

– Кто тебе сказал, что я хочу с тобой развестись? – хмуро спросил муж.

– Ты сам.

– Что? Я такого не говорил!

Вспомнилась наша беседа, когда Ллойд прочел магический договор и предложил план. Он действительно не ответил на вопрос о разводе.

– Не говорил, но обозначил причину, из-за которой женился: чтобы активировать магический откат и заставить герцога сделать ошибку. Магия договора активировалась, значит, больше наш брак не нужен. Мне хотелось узнать, когда бы ты хотел развестись…

Руки Ллойда прижали меня ближе.

– Никогда! – рявкнул он. – Никогда! Я женился на тебе, потому что люблю!

Ушам своим не верю! Неужели не шутит?

– Не надо на меня так изумленно смотреть! Я потому и не говорил: знал, что ты не поверишь. Но ведь я был уверен, что ты догадалась!

– Догадалась?

– Да. На нашей свадьбе ты ответила этой леди Пиранье, что хранители высокого ранга женятся только на девушках, в которых видят родную душу. Я еще порадовался, что не надо ничего объяснять, потому что ты и так все знаешь. Кстати, кто тебе об этом сказал?

– Хозяйка салона красоты, но я думала, что она хотела таким образом меня успокоить перед свадьбой. И мало ли какие у других хранителей причины? Ты ведь сам говорил, что это все ради того, чтобы раскрыть дело.

– Ох, Стана!

И он снова меня поцеловал.

– Ты даже не представляешь, что это такое, – часто дыша, прошептал он, – чувствовать в тебе родную душу, но одновременно подозревать в заговоре с герцогом. Я старательно давил симпатию, а потом чуть с ума не сошел, когда ты пропала в метель!

Его рука проворно расстегнула пуговички платья и скользнула в вырез. По телу прокатилась дрожь желания.

– Как я радовался, когда нашел тебя живой и почти здоровой и когда понял, что ты не замешана в преступлениях отца, – тихо говорил Ллойд, перемежая слова с поцелуями. – И потом я уже давил не симпатию, а постоянно вспыхивающее желание. Там, в пещере, когда кутал тебя в согревающий кокон, когда видел, как ты стесняешься, когда растирал твои ножки. Знаешь, что у тебя идеальные ножки?

– Правда?

Говорить было сложно. Не знаю, от чего я плавилась больше: от ласкающих меня рук или от приятных слов, что говорил хранитель.

– Правда, – подтвердил он, поглаживая мои бедра. – Я решил не отпускать тебя, сделать помощницей, очаровать, влюбить, а потом жениться. Простой план, однако на практике все оказалось гораздо сложнее: ты меня соблазняла…

– Нет! – Я вздрогнула от несправедливого упрека. – Я бы не посмела.

– Да! – Ллойд прижал меня к стене, жарко выдохнув в ухо. – Соблазняла, совершенно не подозревая, как действуешь на меня. Тебе не надо ничего делать, чтобы я горел от желания. Твой запах, голос, смех, твои волосы, губы, глаза, твоя походка, улыбка, просыпающаяся страстность – все это действует на меня, как огромная доза возбуждающего. Хотя нет, даже сильнее, чем доза. То, что не удалось самым дорогим и мощным зельям, удалось тебе. Я терял разум от того, что ты рядом, но мне нельзя касаться тебя.

Сейчас, кажется, Ллойд решил наверстать упущенное. Ласкал, целовал, а я лишь постанывала от захлестывающего удовольствия, водила руками по твердой груди, по широким плечам, зарывалась пальцами в короткие светлые волосы.

– Когда я прочел тот договор, – с трудом оторвавшись от моих губ, продолжил Ллойд, – мне показалось, что это хороший вариант, чтобы ускорить развитие наших отношений. У меня появлялась возможность доказать, что я буду хорошим мужем. И тут ты ставишь условие. Странное условие.

– Тебя оно не остановило…

Как же сложно разговаривать, когда супруг знает все мои чувствительные точки и беззастенчиво этим пользуется. Глаза Ллойда затуманились страстью, его руки задрали юбку.

– Не остановило. Но я неправильно понял причину. Думал, что тебе нужно доказать, что я лучший отец для ребенка. Стана, ох… – Он сбился, рвано вздохнул, – чулки? Серьёзно? И после этого ты говоришь, что не соблазняешь меня?

– Они лежали ближе всего, я не стала искать что-то другое, боялась разбудить тебя, – быстро выговорила я в свое оправдание. – Это неспециа-а-а-а-х.

Больше ничего связного сказать не получалось. Мы стонали так, что кажется, на улице было слышно. Прямо посередине коридора, у стены... Ллойд – в распахнутом халате, а я – в расстегнутом пальто и блузке, с задранной юбкой. Но это было умопомрачительно хорошо. Я отпустила все страхи, сомнения, позволила себе любить и быть любимой. Я отдавалась с таким пылом, что, кажется, Ллойд тоже потерял контроль и двигался напористо, быстро, резко.

Удовольствие накрыло нас одной волной, затопило, разметало и собрало заново, оставив ощущение слабости и непомерного счастья.