Дорогами нечисти - Варвара Ветрова

— Заманчиво, — улыбнулась я. — Если понадобится — обязательно.

Кажется, это окончательно растопило лед между нами. Весело подмигнув, Гройвус обернулся к тыкве, а я внезапно вспомнила о принципах.

— Придется вернуть.

Лепрекон застыл, а затем как-то виновато вздохнул:

— А так хорошо общались…

— Просто замечательно, — поддакнула я. — Кати давай в обратную сторону.

— Может, договоримся?

— Разве что с моим мужем, — хмыкнула я, представляя эту картину и напрочь игнорируя тот факт, что впервые называю Майлса этим словом.

— А кто муж?

— Рейгран.

Гройвус смерил меня непонятным взглядом и наклонился к тыкве. Рыжий овощ будто сам по себе медленно покатился в обратную сторону, а лепрекон засеменил следом, что-то бурча себе под нос. Сделав пару шагов за ним, я прислушалась.

— Рейгран, — ворчал новый знакомый, шустро переставляя ноги. — Нашла дурака! С юшцами и то легче договориться…

— Прям-таки легче? — не выдержала я.

Лепрекон остановился и медленно обернулся.

— Не любит он посредников. Мы ему это… — Он наморщил лоб, будто что-то вспоминая, и наконец родил: — Статистику портим.

Я едва подавила прущую наружу улыбку.

— Я ничего не скажу, — пообещала.

Гройвус просиял.

Я еще некоторое время провела на свежем воздухе. Полюбовалась на занявшую свое место тыкву, стыдливо проигнорировала проплешину на месте забора и, констатировав тот факт, что тайное станет явным очень скоро, вернулась в дом.

Сени встретили меня темнотой, прохладой, запахом сушеного тысячелистника и писком одинокой мыши в углу.

И голосами, доносящимися из кухни.

— Странно, он должен был уже вернуться, — бурчал Лоен. — Если жене сказал, что вечером — это понятное дело. С запасом сообщил — бабы нервничать не должны.

Я замерла, боясь пошевелиться.

— Ну ты всех-то не суди, — увещевающе прервала его Нейя.

— Абсолютно не сужу. — Тираду лесничего прервал решительный стук ложки — кажется, обед был в самом разгаре. — Но дело-то не в этом.

— Ну, может, задержался, — хмыкнула наяда.

— Как же, задержался, — фыркнул русал. — Нарочного выслал — нарочный долетел. С утра еще должен был быть.

— Ты же сам говорил — дела.

— Да какие дела! — отмахнулся Лоен. — С чертями парой слов перекинуться да цветок этот хренов из палисадника вождя выковырять. И все.

— Ну мало ли… — не согласилась Нейя. Впрочем, голос хозяйки звучал без присущей ей уверенности.

— Не мало, — не согласился лесничий. — Рейгран пунктуален. Не то что этот дружок его…

— Элькар, — подсказала наяда.

— Он самый. Тем более жена его здесь. Он на нее так смотрел… Да лететь должен был назад!

Молчание, воцарившееся за этой репликой, остро отдавало согласием. Я прикусила губу, чувствуя, как земля потихоньку начала уходить из-под ног.

— Может, завернул куда, — тихо подсказала Нейя после непродолжительного сеанса тишины.

— Сказал, не поедет, — тихо отозвался русал, — мол, всякое может возникнуть. Сказал, жену отвезет домой и уже затем решит все. Медовый месяц у них.

— Медовый месяц… — эхом откликнулась наяда.

«Медовый месяц» — промелькнуло у меня в голове.

— А что можно сделать? — вновь подала голос хозяйка.

— Ой, мама, — хмыкнул Лоен, — не знаю. На рассвете выеду, посмотрю. До рассвета, сама знаешь, Бурелом не пропустит. Но что Райене говорить — ума не приложу.

Ручка входной двери нащупалась как-то сама собой.

— Ничего не надо говорить, — тихо сообщила я, входя в кухню. Ноги откровенно не держали. — Просто объясните, что происходит. Желательно честно.

Нейя прижала руки к щекам, Лоен покачал головой.

— Райена…

— Куда он поехал? — задала я вопрос, присаживаясь на табурет у входа. Дойти до лавки я не рисковала, понимая, что потерплю фиаско.

Лесничий развел руками:

— За цветочком аленьким.

— Где-то я это слышала, — криво улыбнулась я дрожащими губами. — А серьезно?

— Я серьезно! — От избытка чувств русал хлопнул ладонью по столу. Посуда, стоящая на нем, подскочила. Подскочил и рыжий кот, дремавший на подоконнике. — За цветком поехал, должен был быстро обернуться. Но — застрял.

Я подумала, прежде чем задавать следующий вопрос.

— Раньше такое было?

Лесничий покачал головой.

— Никогда, — едва слышно ответил он, подтверждая свое движение.

Нехорошая тягучая тишина заполнила кухню. Лоен опустил голову на скрещенные руки, а я думала.

Поехать за ним? Отпадает — застряну в Буреломе и, видят боги, без гарантии, что выберусь живой. Попытаться вернуться назад и разыскать Элькара? Долго. Да и заблудиться — раз плюнуть. Дороги я не знаю.

Что же делать?

— Ждать, — тихо произнесла Нейя, этим самым выдергивая меня из мрачных дум. Встряхнув головой, я удивленно посмотрела на женщину — неужели последнюю фразу я сказала вслух?

— И эту тоже, — мягко улыбнулась она. — Райена, иллюзия движения даст возможность убить время. Но ты должна его дождаться здесь. Поверь, так будет лучше всего.

Лоен согласно кивнул.

Обозрев собравшихся за столом, я отвернулась, нащупав взглядом висящие на стене часы. Большая стрелка лениво стремилась к цифре десять.

— Я понимаю, — раздалось за спиной, — но это всего лишь время.

Я не ответила. Лишь соскребла свое тщедушное тело с табурета и поковыляла к лестнице.

Время тянулось невыносимо медленно. Если в мире что и способно убить лучше всякого оружия, то это, безусловно, ожидание.

Я сидела. Стояла. Мерила шагами комнату. И даже пыталась читать найденную на столе газету — разумеется, без особого успеха.

Солнце лениво прочерчивало свой путь по полу моей одиночной камеры.

Меня никто не беспокоил. Лишь спустя бесконечность в дверь постучали и Лоен тихо осведомился, буду ли я обедать. Я не ответила.

До меня долетали разные звуки, по которым я могла идентифицировать происходящее. Вот едва слышный шорох веника — Нейя метет пол. Тихая ругань и раздавшийся вслед за ней протестующий мявк — кот опять стащил мясо. А вот Лоен вывел свою кельпи из временного загона за домом и, судя по тихому цокоту копыт, повел по основной дорожке. Остальные ведь песком присыпаны.

А вот тихий плеск воды, доносящийся с улицы, — наяда набирает воду.