Брак по-драконьи - Алиса Ардова

Глава 17

Хозяин помедлил и свернул с дорожки — к увитой плющом беседке, неподалеку. Тяжело опустился на скамью. Я, повинуясь внезапному порыву, подошла, села рядом, и Бастиан не стал меня останавливать. Пинки устроилась у входа, на удивление тихая и серьезная.

— А что за проклятие?

В вопросе против моей воли скользнуло любопытство, и Тактар, покосившись на меня, усмехнулся. Но не зло — скорее, понимающе.

— Я тогда был чуть старше тебя. Молодой, красивый, богатый, одаренный. Беспечный. А еще самоуверенный и наглый — мнил себя хозяином жизни. Пока судьба не столкнула меня с самой Мианой, владычицей перевертышей. Слышала о такой?

Еще бы не слышать!

— М-м-м… Да… Немного. Но она же жила очень давно.

— Я тоже уже не юноша.

Ого! Это сколько ему лет?

— Она купалась в лесном озере, надев свою любимую личину, — продолжил Тактар, не глядя на меня. — А я бродил неподалеку. Вышел к берегу, заметил оставленную на траве женскую одежду, лебедя, скользящего по воде, и все понял. Я был сообразительным мальчиком, жаль ума мне эта сообразительность не прибавила. Надо же до такого додуматься — шутить над самой Великой Мианой. В общем, забрал я ее платье и крикнул, что отдам его лишь в обмен на поцелуй. Сначала владычица пыталась меня уговорить, усовестить, а затем… Я и опомниться не успел, как она уже стояла рядом. Обнаженная, прекрасная и разгневанная, как сто тысяч орков вместе взятых. Глаза — злющие, так и сверкают.

В тоне хозяина болотного сада смешались ужас и восхищение.

— «Целоваться захотелось? — прошипела, выдернув у меня из рук свою одежду. — Глупый, избалованный мальчишка! Хорошо. Будут тебе поцелуи. Много. Очень много. Бегать от них начнешь, но далеко все равно не убежишь». Рукой взмахнула и исчезла, словно ее и не было.

Тактар замолчал. Тейдж, неслышно опустившийся напротив, достал из воздуха два бокала, поставил их на стол, разлил вино и подвинул один из бокалов к приятелю. Тот, не поднимая глаз, поймал его и так же молча выпил.

— А дальше что? — не выдержала я.

— Дальше я очнулся вот в таком виде и узнал, что на меня наложили проклятие: оставаться мне в этом облике, пока не перецелую всех девушек на свете.

— Странное условие, — не поверила я.

Миана, конечно, была скорой на расправу и горячей на руку, но справедливой — по своему предку сужу.

— Ну, там имелась еще вторая часть, — нехотя согласился Тактар. — Или пока не добьюсь поцелуя одной-единственной, влюбленной в меня девушки. Но это условие еще менее выполнимо, чем первое. Кто ж такого урода полюбит? В общем, вернулся я домой, перецеловал, кого мог и кто под руку подвернулся, а таких, несмотря на мое положение и богатство, оказалось не слишком много. А потом, от отчаяния, вывел в своей лаборатории алоцвет и наделил его уникальными свойствами. Долго работал, но мне удалось его вырастить. Я все-таки эльф и маг земли.

— Вы эльф?

— Что, не похож?

— Не очень, — честно призналась я. — Я думала, вы оборотень, застывший в половинной форме. Какой-нибудь…

Я осеклась, потому что слово «козел», категорически не выговаривалось. Зачем обижать того, кому и так досталось сполна. Впрочем, Тактар и так все понял, хмыкнул невесело.

— Тактарлин из дома Барривиир, — склонив голову, представился он. — Герцог и двоюродный брат повелителя эльфов.

Ого!

— Как же вы на болота попали, ваша светлость?

— Тактар. Давай остановимся на этом варианте.

— Лина, — назвала я свое имя и получила ответный кивок.

— Когда о существовании алоцвета и его свойствах стало известно, ко мне со всех стран и земель потянулись девушки. Юные и не очень. Красивые и дурнушки. Умные и прелесть, какие дурочки. Готовые не только целоваться, но делать все, что потребуется. Сначала меня это даже забавляло. Я развлекался, устраивая между ними какие-то соревнования, отборы. А потом появилась она. Аланса.

Аланса?

Ох ты ж, хост облезлый.

— Я и не заметил, как она змеей вползла ко мне в сердце, проникла в кровь, убедила, что я ей по-настоящему дорог. Я стал буквально одержим ею. Она долго не разрешала к себе прикоснуться, но все-таки поцеловала меня. Сама. Вечером, в саду среди алоцветов. Той ночью мы долго разговаривали, строили планы на будущее. Я не сомневался, что с рассветом проклятье спадет... Глупец. Когда я проснулся, мой облик оставался прежним, а Алансы во дворце уже не было. Но самое страшное не это. Уходя, она уничтожила все алоцветы, кроме того, что унесла с собой. И тогда я перестал надеяться, верить, ждать. Ушел на болота, снова создал алоцвет, и навсегда закрыл свои новые владения от женщин, решив, что ни одна из них не переступит больше моего порога.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Тактар плеснул вина — себе и Тейджу.

— А что в алоцвете такого особенного? — я едва дождалась, пока бывший герцог и эльф снова поставит бокал на стол. — Почему девушки за ним охотились?

— Алоцвет обладает особыми свойствами, и проявляются они в зависимости от того, кто его сорвет. В руках мужчины это — обыкновенное целебное растение, я разрешаю этхорским магам время от времени собирать его для своих нужд. А если алоцвет сорвет женщина, а потом закалит его в драконьем пламени, цветок становится волшебным и может исполнять желания. Сколько лепестков — столько и желаний.

Исполнять желания! Так вот чего на самом деле добивалась магистр Фаерай. Ей не зелье было нужно, она хотела с помощью Пинки оживить алоцвет.

— Но девушка обязательно должна обменять цветок на поцелуй, иначе он выскользнет из ее пальцев и снова вернется в сад, на свое законное место. Это условие мне не под силу отменить, оно напрямую связано с проклятием. Так что сама видишь, тебе не получить алоцвет без поцелуя.

— Есть одна возможность, — вмешался молчавший до сих пор Бастиан. — Взять цветок…

Над садом пронесся высокий мелодичный звук и резко оборвался, словно лопнула до предела натянутая невидимая струна.

Магистр остановился на полуслове, а Тактар вскочил на ноги и помчался по дорожке в сторону «дворца». Мы с Тейджем, переглянувшись, поспешили за ним. Обогнули дом и оказались у небольшой возвышенности над прудом, усеянной серыми, невзрачными цветами, которым под драконьим дыханием суждено однажды стать алоцветами.