Белое пламя - Анна Тьма

– Грань и Когорта, пять бутылок фиалкового, три бутылки золотистого нектара и одна «Драконья пасть»!.. – ворчал Альтис. – Как в нас столько влезло? Слов нет, разве что на орочьем…

– Бутылку фиалкового и золотистого мы пожертвовали ребятам, – припомнил эльф.

– Все равно много, на двоих-то.

Ощущение холодной стали у горла вполне сравнимо с тем, что ощутил Альтис в тот момент. Волна презрения окатила его с головы до пят, концентрируясь между лопаток.

– Я в вас очень разочарован! – не заставил себя ждать источник волны презрения, коим оказался маршал Феникс.

– Андрей, Данила! – кликнул командор сегодняшних дежурных.

– Да, командор! – сразу отозвался Андрей, видимо стоя неподалеку от раннего гостя.

– Я запретил пускать в лагерь посторонних!

– Командор, нас не спрашивали! – виновато ответил Андрей.

– Марш на ворота! – приказал маг.

– Вы оба меня весьма разочаровали, – повторил маршал Феникс.

Альтис обернулся на голос, весьма непочтительно и резко ответив:

– А не пойти ли вам, господин маршал, знаете куда?.. Я вам ничего не должен и не собираюсь отчитываться за свои поступки. Прошу вас покинуть мой лагерь!

Эльф не преминул сообщить магу, что маршал сконфузился. Прошло то время, когда Феникс мог рявкнуть на Грифона, надавить на него, и тот сделал бы все как надо. Прошла зависимость, стоило только Альтису пусть частично, но вернуть свое истинное «я».

– Умойтесь, парни, от вас перегар такой, что с ног сшибает, – гораздо более мирно и даже слегка смущенно сказал старый Феникс.

– Мы уж как-нибудь без ваших ценных советов разберемся, – ядовито ответил Альтис.

Маршал вздохнул:

– Зря ты так, Ален.

– Он прав, – внезапно вступился эльф. – Мы далеко не дети и уже не на службе. И вправе поступать так, как сами решим. Кстати, я решил уйти из внутренней разведки.

Лицо старого маршала удивленно вытянулось.

– У меня, может, плохо со слухом стало?.. – протянул он.

– Нет, не стало. Командор Ален все выяснил сам, без моего участия, так что договор о неразглашении я не нарушал. В один прекрасный день он рассказал мне, где и на кого я работаю, после чего, поразмыслив, я решил уйти, – убийственно серьезным тоном сообщил Арэн.

Пока маршал пребывал в ступоре, Альтис успел тщательно умыться и вернуть на глаза черную повязку.

– Зря вы так, парни, – в конце концов вздохнул Феникс. – Я же вам добра желаю. Советник Дантэ разыскивал Алена для приватной беседы, а мне нужно поговорить с тобой, стрелок.

– Вечером, – безапелляционно заявил Альтис.

– Не раньше, – подтвердил эльф. Долго стоять прямо ему было трудно, земля так и норовила уйти из-под ног.

Маршал ушел, и эльф сел на землю там, где стоял.

– Все это тянет на плохую комедию, – буркнул Альтис, с силой растирая виски. – Феникс, Дартург и мы с тобой… Последние пару дней каждый шаг, мой или других, просто за версту воняет плохим спектаклем.

– Сам знаю, – ответил эльф и лег, раскинув руки.

– Так… – Маг тряхнул головой. – Давай сейчас десять кругов по тренировочному комплексу, потом спать два часа. Должно полегчать.

– Ты добить меня хочешь? – без энтузиазма поинтересовался стрелок.

– Вернуть к жизни. А заодно и себя.

Первые пять кругов командоры бежали из рук вон плохо. Арэн запоздало предупреждал Альтиса о препятствиях, слепой командор спотыкался и падал. Все еще пьяный эльф тоже падал. На шестом круге стало веселее. Альтис запомнил препятствия, и тело само преодолевало их, не особо утруждая мозг. На двадцать пятом круге им стало легче.

Предусмотрительные ребята, глядя на командоров, растопили недавно построенную баню.

– Идите попарьтесь, помогает, если хотите побыстрее в себя прийти, – предложил Росомаха, когда друзья закончили тренировку.

– Пошли, – кивнул стрелок, делая шаг вперед.

Альтис в тот же миг шагнул назад. Арэн обернулся.

– Ты иди, – сказал маг.

Эльф бросил на него один-единственный взгляд и молча ушел.

– Росомаха! Принесите в мою каморку лохань с водой, – распорядился маг. – Побольше.

Десятник распорядился принести воды в командорскую избушку и спросил у Альтиса, будут ли еще распоряжения.

– Никого не пускать в лагерь, – ответил юноша. – Даже если это будет маршал Феникс.

Росомаха прижал к сердцу кулак. Вспомнив, что маг не видит, смутился и ответил:

– Будет исполнено.

После получасового отмокания в горячей воде Альтису полегчало. Он заставил себя еще вычистить и выстирать одежду и, избавившись от воды и лохани, упал спать.

– Вставай, уже вечер, – разбудил его голос эльфа.

– Иди ты в пасть к Кошмару. – Альтис засунул голову под подушку.

– Давай подымайся, об Грань тебя всей Когортой!

Маг сел, обхватил голову руками и со стоном рухнул обратно.

– Все еще болит? – удивился бодрый и отдохнувший эльф.

– Ты прожженный алкоголик! – огрызнулся маг. – А я трезвенник.

– Да ну! – хмыкнул эльф. – А вчера пил совсем не как трезвенник.

– С кем поведешься…

По откровенному фырканью эльфа можно было догадаться обо всем, что он подумал в ответ. Арэн ушел за лошадьми, а Альтис с нецензурной бранью поднялся и облачился в полную военную форму.

Комнатенка, снятая советником на постоялом дворе, вызвала ощущение уюта, стоило перешагнуть порог. Альтис не сомневался, что это какая-то домашняя магия, но не мог обнаружить ее. Хоть он и сам занимался домашней магией, но все же специализация у него была другая.

В неформальной обстановке Дантэ оказался приятным и интересным собеседником, они почти сразу перешли на «ты». Вопреки опасениям мага советник не пытался лезть в душу. Они пили вино с символической закуской, и разговор велся, что называется, за жизнь. Маг и советник долго спорили о том, чье оружие лучше – эльфийской работы или гномьей. Дантэ изо всех сил доказывал, что эльфийской, но Альтис отстоял доброе имя гномов, упомянув, что, с тех пор как «недоростки» начали работать со сплавами кевлара и мифрила, лучших доспехов и оружия в мире не было. Все это обсуждалось с шутками и было приправлено анекдотами и смехом.

Дантэ мимоходом посетовал на изрядно доставшие дворцовые интриги, на что маг предложил перебить всех интриганов.

– Было бы неплохо! – рассмеялся советник. А потом помрачнел: – Только, уж не знаю, к сожалению или к счастью, это невозможно.

– Ну так давай выпьем за осуществление невозможного! – улыбнулся Альтис, поднимая кубок.