Призрак - Келли Армстронг

Аманда Салливан в одиночестве лежала на койке и читала очередной женский журнал.

– Трсайель? – Я высунулась в коридор и позвала его уже громче. – Трсайель?

Из соседней камеры выглянуло маленькое личико.

– Привет, Джордж. Ты видел Трсайеля? Человека, который приходил со мной? Примерно такого роста…

Джордж схватил меня за руку и вытянул из камеры, а потом, выпустив мою ладонь, побежал к концу прохода, снова провел меня по старой лестнице в подвал, мимо камер, по узкому коридору, ведущему в его сокровищницу. Я подумала, что мы туда и направляемся, и хотела снова спросить о Трсайеле, однако Джордж остановился, огляделся по сторонам и нырнул в вентиляционное отверстие. Мне оно было явно мало, но ради ребенка я притворилась, что лезу сквозь отдушину, а не прошла прямо сквозь стену.

Мы очутились у подножия лестницы, в подвале, куда нас в прошлый раз «случайно» телепортировал Трсайель. И если сама комната показалась мне незнакомой, то запах дерьма я узнала моментально. Джордж притворился, что открывает дверь слева, повернулся ко мне и, широко улыбаясь, указал рукой в комнату, где, повернувшись к нам спиной, стоял Трсайель.

Я поблагодарила Джорджа; он ужом проскользнул мимо и скрылся вдалеке.

Трсайель мерил тесную комнату шагами, глядя себе под ноги, сунув руки в карманы и ссутулившись. Развернувшись в очередной раз, он заметил меня, остановился как вкопанный и молча смотрел на меня. Потом медленно шагнул вперед.

– Ева?

Освещение оставляло желать лучшего, но ведь я стояла в Трех шагах от него!

– Да. – Я провела рукой у него перед глазами. – Неужели я так сильно изменилась за день?

– Нет. Прости, я… – Он смотрел куда-то за мной.

– Ждешь кого-то?

– Я… то есть… – Трсайель вынырнул из тумана своих мыслей и взял меня за локоть. – Тебе пора к Лиззи.

– Ага. Лгать ты не умеешь. Я тебя научу. Если ты хочешь от кого-то избавиться, не веди себя так, словно ты хочешь от них избавиться. Здесь главное – сноровка. Умелая ложь тоже неплохой помощник, но для тебя это может быть сложновато. Ангелы умеют лгать?

– Ева, тебе действительно пора…

– Уйти? Нетушки. Нам нужно поговорить. И начнем мы с вопроса: «Кто такой Дачев?»

– Дач… – Он свел брови, пытаясь отвлечься от навязчивых мыслей, мигнул и отвел взгляд. – Это весьма распространенная фамилия в…

– Ты прекрасно понимаешь, о ком я. О человеке, связанном с никсой. Том самом, о котором тебе не хочется говорить. Колись, или…

– Трсайель, – раздался голос у дверей.

В такой ситуации я ожидала услышать женский голос. Если парень пытается от тебя отделаться, то скорее всего не обошлось без женщины. То есть может оказаться, что не без мужчины… В общем, смысл тот же. Хотя представить себе, что Трсайель отказывается от исполнения задания ради романтического свидания с существом любого пола… Немыслимо.

Итак, голос оказался мужским и не менее звучным, чем ангельский. Я обернулась и увидела хорошо сложенного мужчину моего возраста, со светлыми волосами, в брюках, в нарядной рубашке с короткими рукавами и при галстуке. В отличие от Трсайеля, он не владел искусством одеваться неформально, тем не менее его костюм выбивал из колеи куда меньше, чем переливчатые одеяния чистокровных ангелов.

Мужчина вошел в комнату и огляделся.

– Заброшенный подвал исправительного заведения. – Он бросил взгляд вниз. – Земляной пол, крысиное дерьмо, прочие прелести… Да, гостей ты принимать умеешь.

Неизвестный еще раз осмотрелся, а потом, словно только что, заметив меня, замер. Глаза у него были ярко-синие, даже ярче, чем у Кристофа. Он повернулся ко мне, и Трсайель ощутимо напрягся, а незнакомец в мгновение ока очутился рядом со мной и вперил в меня пристальный взгляд. Ангел испуганно рванулся к нам, но посетитель жестом заверил, что все в порядке, и отступил на шаг.

– Ева Левин. – Незнакомец чуть заметно склонил голову. – Рад знакомству. Ваш отец отзывался о вас с уважением.

Мой отец? Я хотела задать вопрос, но тут незнакомец пожал мне руку. Пожатие было сильным и… горячим, как меч Трсайеля, на несколько градусов горячее, чем рука ангела. Ни у одного из ангелов я не встречала такого знакомого блеска глаз.

– Я Аратрон, – представился он. – Наш друг позабыл о хороших манерах, придется все сделать самому.

Я поняла, с кем говорю, и выпрямилась. Демон Гламиса ожидал, что к нему отнесутся с почтением, однако Аратрон получил его моментально. Он был эудемоном, то есть благим демоном, да еще одним из высших. Я склонила голову.