Играй и умри - Андрей Буторин

Мужчина при виде Теонга недоуменно заморгал, а когда тохасианин остановился возле него – и вовсе попятился.

– Постойте! – поднял руку Теонг. – Я не причиню вам вреда.

Сказав это, он только теперь осознал, что все еще сжимает в левой ладони лучемет. Быстро засунув его в подсумок, тохасианин повторил:

– Я не причиню вреда. Я лишь хотел спросить: вы знаете Фира?

Мужчина судорожно сглотнул и ошарашенно выпучил глаза.

– Фира?.. – проговорил он. – Я знаю Фира… Но кто вы такой и откуда…

– Неважно! – перебил его тохасианин. – Обо мне потом. Фир в беде, он серьезно ранен. И другие люди… Ваша помощь могла бы пригодиться. Пойдете со мной?

Вновь заморгав, мужчина неуверенно кивнул.

– А куда идти? Где Фир? – спросил он.

– Тут недалеко, – показал рукой Теонг, – в павильоне, где большая площадь… Вы ведь тоже этот… сценарист?

– Да, сценарист, – ответил мужчина. – Старший сценарист. Я начальник Фира. Я знаю, о каком павильоне вы говорите… Постойте, но ведь там и проходила сегодня игра по его сценарию! А потом… потом началась какая-то дикая кутерьма, трансляция прервалась, такого раньше никогда не случалось… – Тут глаза мужчины еще больше округлились. – И… я узнал вас… Вы – тот самый тохасианин, который и должен был стать гвоздем программы!.. Но вы сейчас так выглядите…

– Да какая разница, как я выгляжу! – вновь оборвал его Теонг. – Да, я тот самый тохасианин. Но люди в беде! Вы слышите? Поторопитесь, или я иду один.

– Нет-нет, я пойду! Но киберы… хотя… что-то странное, все, которых я видел, будто выключились…

– Забудьте о киберах! Бежим!

Тохасианин, не оглядываясь больше, рванул вперед. Позади тут же послышался топот – мужчина решил не отставать.

Теонг мчался к друзьям, и чем больше приближался он к павильону, тем сильнее его одолевал страх. Удивительно, но когда он отправлялся на выполнение казавшейся невыполнимой миссии, когда вероятность погибнуть была куда выше вероятности остаться в живых, он так не боялся. И когда по нему стреляли киберы на крыше – не боялся. Нет, страх, конечно был, но, скорее, инстинктивный – страх живого организма перед возможной смертью. Однако он легко подавлялся волевыми усилиями, разумом. Теперешний же не уходил, как бы Теонг ни старался его погасить. И это уже был не страх смерти. Или, если правильнее, смерти, но не своей. Тохасианин ужасно, до холода в обоих сердцах, боялся не застать своих друзей живыми. И поделать с этим ничего не мог, разве что бежать еще быстрее.

Добежав до павильона, Теонг в растерянности остановился. Как же теперь попасть внутрь? Ведь выходил-то он оттуда нетрадиционным способом – вылетел. Да и не из самого павильона, а из подсобного помещения – вот оно, кстати, вырезанное им окно. Но как до него добраться сейчас? Не допрыгнуть, ковать твою медь.

– Почему вы остановились? – услышал он сзади запыхавшийся голос.

Теонг обернулся. До него добежал и, тяжело отдуваясь, остановился мужчина, назвавшийся начальником Фира. Как его, кстати, зовут?.. Тохасианин спросил, и мужчина ответил:

– Нюд… А вы, насколько я помню, Туонг?

– Теонг. И не надо ко мне обращаться на «вы», я один.

– Тогда и ко мне не надо, я тоже один. Но почему вы… почему ты остановился, Теонг?

– Потому что не знаю, как зайти внутрь, тук тебя в так!..

– Куда меня что?.. – растерянно заморгал Нюд.

– Не обращай внимания, – отмахнулся тохасианин. – Это присказка просто. Мой друг так выражался… выражается, когда эмоции деть некуда, вот и прилипло. А как попасть внутрь павильона, я действительно не знаю.

– А как же ты оттуда вышел?

– Я не вышел. Я вылетел. Вон оттуда, – показал Теонг на пустой оконный проем.

– Вылетел?..

– Ну да, у меня же есть крылья, – махнул тохасианин рукой за спину.

– Ты можешь летать? – изумился Нюд.

– Мог… Мне их слегка продырявили эти гады, киберы ваши.

– Они не наши, – посуровел старший сценарист. – Они питаются нашими мозгами.

– Отпитались, – усмехнулся Теонг.

– Но почему? Как?.. Я так и не понял, почему они вырубились.

– Потому что я сломал их хренотень, ментальную установку или как там ее…

– Ты?! – выпучил глаза Нюд.

– Ну да, я. А почему нет?

– Да я просто… Нет-нет, я ничего против… – смущенно залопотал начальник Фира.

– Да какая разница, кто! – не выдержал тохасианин. – Главное, что сейчас киберов нет! А пока мы тут балаболим, там, может, мои друзья умирают! Ты знаешь, как попасть в этот павильон?

– Да, знаю.

– Так чего мы стоим, солить твою плешь?! – Теонг воздел руки к небу. – Веди меня к ним!

Нюд недоуменно провел рукой по ежику волос, пожал плечами и направился в обход здания.

Вбежав внутрь павильона, Теонг невольно остановился. Огромное помещение, которое изнутри и помещением-то не выглядело, поскольку изображало большую городскую площадь, было полностью завалено трупами. Так, по крайней мере, казалось на первый взгляд. Но Теонг знал, что людей в павильоне, кроме его друзей, не было – все остальные являлись куклами-статистами и киберами, по сути тоже куклами. Но если киберы на людей походили мало, разве что очертаниями фигур, то статисты казались настоящими людьми – не зная истины, и не отличишь на глаз. А теперь, когда они валялись повсюду безмолвные, обездвиженные, «окровавленные», многие в неестественных позах, то ассоциация с трупами была и вовсе стопроцентной.

Но тохасианин быстро опомнился, встряхнул головой и стал озираться, ища глазами то место, где оставил своих друзей. Увидев сооруженный Сомом из «мертвых» статистов бруствер, Теонг ринулся к нему сломя голову. Пошел за ним и Нюд, озирая последствия побоища и пораженно качая головой.

Первое, что увидел тохасианин, подбежав к брустверу, были разбросанные вокруг него тела киберов. Все-таки те успели окружить его друзей, пока он выполнял свою миссию. «Хреново выполнял! – мысленно обругал себя Теонг. – Медленно, ковать твою медь! Если ребята погибли, не прощу себе никогда!»

Некоторые киберы были сильно повреждены и покорежены, у двух или трех недоставало конечностей, у одного отсутствовала голова. Все это наводило на мысль, что друзья в последний момент все же воспользовались гранатой. Неужели они подорвали вместе с противником и себя?..

Но ни друзей, ни их останков в этой мешанине тел Теонг никак не мог разглядеть. Затем ему на глаза попался некогда белый, а теперь наполовину красный от крови гребень из перьев. Он мог принадлежать только Макуру! И тохасианин бросился туда. Подбежав, замер от охватившего его ужаса. Макур, а это был действительно он, изрезанный лучами и словно выкупанный в крови, лежал лицом вниз, раскинув конечности, поверх трех знакомых до боли тел. Видны были только нижние части туловищ и ноги – верхние половины и головы закрывало собой тело недокрылого тохасианина, – но Теонг и так отчетливо видел, кому они принадлежали. Это были Сом, Фир и Айна. Никто из четверых друзей не шевелился.