Ух, началось! - Елена Янук

Часам к девяти утра Ник появился у меня на пороге с маленькой двух конфорочной плиткой и огромным рюкзаком, полным продуктов. Когда в удивлении я замерла на пороге кухоньки, он пробурчал:

- Бабушка сказала, что это тебе очень нужно...- я кивнула, всматриваясь в друга. Под глазами темно коричневые круги, какие не у каждого алкоголика встретишь, руки трясутся... Н-да... придется вмешаться.

- Ник, зайди ко мне через часик, у меня к тебе есть дело!

Он кивнул и тут же ушел.

Я разобралась с покупками и поставила готовиться на плитку первое и второе. А сама отправилась по соседним кабинетам в поисках обогревателей. А что? До разгрома в моей комнатке их было два, ну куда-то же они делись?!

В кабинете Тео тоже был разгром со следами неудачных попыток вскрыть стенной сейф. Но среди этого хаоса стоял подранный чем-то острым огромный кожаный диван для посетителей, очень похожий на тот, что раньше был у меня. Обогревателей не нашлось, зато я узнала, куда отправлю спать одного измученного героя. А не будет слушаться - пожалуюсь Тео!

В залитом солнечным светом кабинете мне казалось, что все страшное теперь позади! Тео скоро очнется! Кевина вылечат и все будет еще лучше, чем раньше. Другие мысли малодушно не допускала, хватит с меня ужасов!

Я все-таки обнаружила обогреватели в нетронутом вандалами кабинете начальника отдела обеспечения, зато чуть не сожгла обед. С плитками дел до этого не имела и знать не знала, что на них все настолько сильно кипит и так быстро пригорает!

Когда в дверях появился Ник в образе натурального зомби, поймав его за руку, насильно посадила есть на свеже-отмытой кухне. Как сказала Валентина Петровна, их аппетит - не обжорство, как я думала вначале, а лишь последствие нестандартного обмена веществ.

- Так, куда! - он явно попытался от меня убежать, не вышло. Я милая и спокойная, меня просто нервировать нельзя! Потому строго на него взглянув, сурово заявила:

- Пока не поешь, не отпущу! - Ник, "подавленный" моим "силовым превосходством" сдался и, плюхнувшись на трофейный стул из соседнего кабинета, нехотя взялся за ложку.

Ага, это еще не все! Я кое-что еще придумала! Когда он закончил есть, в прямом смысле этого слова - поймала и уволокла в кабинет Тео, в котором, отделив часть ненужных сейчас больным одеял, постелила на диване. Все равно в комнате теперь есть два обогревателя, а Ник хоть немного отдохнет!

- Все, спать! Не будешь слушаться - Тео настучу! - нахально сказала я, вызывающе на него взирая, склонила голову набок. Когда-то я и не подозревала, сколько всего у меня дерзкого спрятано под оболочкой приличного воспитания. Довели, что называется!

Ник, разомлевший после сытного обеда и нескольких суток без сна, буркнул что-то вроде "спасибо", а может и "достала", завалился спать, с головой накрывшись одеялом. Ему теперь не мешал ни свет, который лился из окна (я так и не придумала, как загородить его), ни шум на первом этаже, где, видимо, шла огромная уборка. Коснувшись самодельной подушки из свернутого в несколько раз одеяла, он тут же отключился.

Дальше я, словно золушка, солью драила плитку, вычищая все последствия эксперимента по оставлению готовящейся еды без присмотра, когда с двумя капельницами в руках появилась Валентина Петровна. Я бросила все и пошла к ней, не скрывая надежды, что сейчас она совершит чудо и спящий проснется.

Валентина Петровна, оставив капельницы и бутылочки с физраствором на диване у Тео, заметив мои мокрые покрасневшие от соли руки, мягко сказала:

- Даш, хозяйственными делами отвлекаешься? - и грустно покачала головой.

В линзах ее тонких красивых очков я увидела свое взлохмаченное отражение. Дожила, скоро буду пугать детей без грима! То-то Ник так меня быстро послушался. Испугался до дрожи, небось! Но все же Валентине Петровне ответила без шуток.

- Да... Уже заранее боюсь вечера, не знаю, что делать! Ни тот, ни другой еще так и не пришли в себя!

Она посочувствовала, и меня как прорвало!

- Минуты тянутся ужасно, каждый шорох в комнате дает тщетную надежду... Нет, я не ропщу, просто боюсь за них ... - поспешила вставить я в возникшую паузу.

Она печально кивнула и приступила к делам, принявшись заряжать капельницу.

Следя за легкими выверенными движениями, хотелось расспросить ее о Машеньке, но я так и не решилась, опасаясь бередить раны. Но о внуке сообщить можно.

- Да. Забыла. Ник спит в соседнем кабинете, - предупредила я.

- Это же хорошо! Он ведь все организационные дела в клане взял на себя. Не спал, не ел, все говорил "некогда"! - я уловила в словах бабушки грусть, но не поняла ее причины. Дело в Машеньке? Или в уставшем Нике?

- Да, он у вас настоящий молодец!

Валентина Петровна сдержанно улыбнулась и принялась за пациентов, а я побежала отмывать руки от разъедающего кожу раствора соли. Внизу так и гудели голоса обитателей клана. Надеюсь, кровь всю убрали?

Вернувшись в комнату, я наблюдала, как доктор наклонилась и дотронулась до головы Тео ладонями, словно пытаясь согреть.

Да, она замечательная целительница, я по себе помню.Врач питала и очищала кровь больным через капельницу, а я строчила в новом телефоне электронные письма маме и Людочке.

Договорившись с подругой, что она пока поживет у меня, я так и не выяснила, решилась она или нет. Вот и пыталась узнать у мамы, забрала ли Люда у них ключ. Но судя по тому, что она сама шутливо написала мне о разбросанных по комнате мужских носках, в квартиру она уже вселилась. Теперь ей осталось только найти работу и все...

Хоть кому-то хорошо!

Когда с процедурами и капельницами было окончено, Валентина Петровна поделилась со мной своими страхами, нервно протирая салфеткой линзы очков.

- Даш, больше всего опасаюсь, что Тео уйдет в своего зверя и все. Мне уже об этом кошмары снятся! Попробуй, расшевели его...

После того как обработали раны на боку и на горле, я вновь укутала в одеяло безучастного волка, оставив снаружи только нос.

- А что это такое - "уйти в зверя"? - замерев над Тео с еще одним одеялом в руках, спросила я.

Валентина Петровна, на миг задумавшись, грустно пояснила.

- Так бывает, если психика не в состоянии преодолеть проблему, - собирая салфетки, использованные шприцы и ампулы в пустую коробку, вздохнула Валентина Петровна. - Что-то наподобие комы, но с некоторыми изменениями...

- Кошмар... - в шоке выдохнула я, уже на автомате поправив одеяло на бессознательном Кевине.

Доктор ушла, забрав с собой пустые упаковки из-под капельниц. Утреннее спокойствие уже давно покинуло меня, нервы были натянуты до предела. Я не могла сдержать слез и, поставив локти на высокую спинку дивана, на котором спал Тео, прижала ладони к лицу. Какой ужас! Неужели он сломается?! Мне уже хотелось, чтобы Кевин восстал в виде бешеного волка и кинулся на меня! Может хоть это выведет Тео из отрешенного состояния!