Дочь для трона - Ханна Уиттен

Они пробирались под болотами так же осторожно, как и по ним. Ладонь Солмира сначала скользила в ее пальцах, но со временем грязь засохла, затвердела и слепила их руки так же, как тех крыс в пещере. Нив старалась не думать об этом. Старалась не думать вообще ни о чем, кроме того, как они выберутся отсюда, желательно не наткнувшись на новых малых чудищ.

Ей показалось, что миновали часы движения в темноте, прежде чем сумрак перед ними начали пронзать слабые отблески света – выход был где-то рядом. Сразу стало видно, сколько на обоих грязи – она облепила их с головы до ног.

– Почти пришли, – прошептал Солмир. – Еще где-то с милю, и…

Позади раздался шорох. Звук множества ног, обладатели которых старались красться неслышно и преуспели бы в этом, если бы Нив не привыкла так сильно к полной тишине.

Они оба застыли, прошел миг, второй. Потом перестук шагов зачастил, заклацали зубы и с низким гулом содрогнулся тоннель, обсыпая их грунтом с потолка.

Солмир не стал оборачиваться и смотреть, кого именно они пробудили и кто настигал их в недрах земли. Он лишь дернул рукой, за которую держалась Нив, так что она мотнулась вперед и заскользила по грязи. И тут же споткнулась; их ладони были по-прежнему плотно слеплены.

Солмир схватил ее за запястье, удерживая его на месте, а сам резко вывернул предплечье – Нив увидела, как он скривился в тот краткий миг, когда его рука выгнулась под неестественным углом. Не так сильно, чтобы вывихнуться или сломаться, но точно болезненно.

В следующее мгновение Нив была свободна, и Солмир толкнул ее вперед.

– Иди!

Они больше не старались скрываться, не было смысла. Их сапоги скользили по сырому полу тоннеля, а позади мчалось нечто с жутким множеством пастей, множеством глаз и множеством зубов, нечто, испускавшее душераздирающий писк, будто крыс перемалывали в мясорубке вперемешку с этой липкой, вязкой грязью.

Нив на бегу вытянула из кармана осколок кости и вцепилась в него, как в клинок. Костью бога предполагалось убивать Древних, а не малых чудищ, но другого оружия у них не было, и вес костяного кинжала в руке ободрял. Ударить можно и таким – с трехглазой козой ведь сработало. Нив была готова хвататься за любую возможность.

Тоннель снова содрогнулся, и тонкие визги слились в пронзительный вопль, от которого хотелось заткнуть уши. Нив не хватало духу обернуться, она смотрела только перед собой и пыталась слушать лишь чавканье сапог по грязи и прерывистый хрип дыхания Солмира за спиной.

Разлившийся перед ними свет был блеклым, но после мрака подземелий казался ярче луча маяка. Нив припустила изо всех сил, чувствуя на спине руку подгоняющего ее Солмира, и едва не влетела в стену.

– Черт, – выругался он.

Зрение у них обоих не успело подстроиться под смену освещения, так что они не замечали преграду, пока она не выросла прямо перед ними – бледный свет, обещавший выход на простор, сочился сквозь щели в сложенной из булыжников стене, слишком узкие, чтобы в них можно было пролезть. Нив всхлипнула, но звук утонул в кошмарном шуме, что издавало существо позади.

Солмир выхватил кость из ее руки, развернулся на каблуке и выставил осколок вперед, будто меч.

– Сбрасывай камни. Я тебя прикрою.

– Но если все рухнет…

– Что выбираешь – смерть под обвалом или в пасти огромной крысотвари?

Нечего тут было выбирать. Нив заскребла по стене пальцами, ломая ногти и сбрасывая булыжники вниз, едва получалось за них ухватиться, и стала медленно расширять лаз.

Тоннель снова задрожал, и на свет вывалилось то, что за ними гналось.

Крысы. Нив не успела сосчитать их за тот быстрый, перепуганный взгляд, что она бросила через плечо, но там было по меньшей мере десять пастей, десять пар подернутых белизной слепых глаз, десять морд, измазанных землей, пометом и запекшейся кровью. Их тела слились из-за облепившей шкуры грязи, а хвосты перепутались так, что удерживали крыс вместе не хуже, чем могли бы сросшиеся воедино кости.

Малое чудище заверещало и вскинулось на дыбы на целом ворохе лап, ощетинившись во все стороны еще множеством. Изуродованное создание, которое могло выжить лишь в этом месте, теперь торопилось напасть, а защищаться они могли только заточенным костяным осколком.

И магией.

Солмир уже вскинул руки. Синие глаза замерцали чернотой, и тьма окрасила его вены, выползая изнутри, словно всю силу он таил где-то за сердцем. На кончиках пальцев у него прорезались шипы, сначала медленно, потом все быстрее, превращаясь в пучки ежевичной поросли, похожей на ту, которой он сковал червеподобную тварь, когда – казалось, бесконечно давно – Нив только очнулась в мире, сотканном из теней.

– Тебе стоит отойти, – проговорил он голосом, не похожим больше на его собственный. Глухим, хриплым, слишком низким для почти человеческого тела.

Нив подчинилась.

Солмир снова резко повернулся, вытянув одну руку к крысиному клубку, а второй взмахивая в сторону стены. Колючая сеть накрыла крыс, вырывая из их глоток сотни слитных визгов, смешавшихся с грохотом камней, по которым ударила вторая волна шипастой силы. Нив согнулась, накрывая голову руками, и вокруг нее градом посыпались обломки, а темноту пронзили лучи. Верещание крыс стало сильнее, словно свет опалил им глаза.

Нив сощурилась и побежала; Солмир – следом за ней. Выход оказался рядом – пещера заканчивалась на серой скале, нависшей над каменистым берегом. Дальше тянулась черная гладь воды, далеко, насколько хватало глаз.

Позади крысиная тварь вопила визгливо, прерывисто и жутко и, пригибая бесконечные головы, пыталась убраться в сумрак, прочь от испепеляющего света. Шипы магии Солмира вгрызались в пропитанную грязью шкуру малого чудища, и оно дергалось и распадалось. Струйки освободившейся силы клубились у растопыренных лап и в перепачканной шерсти.

Солмир скривился и снова поднял руку.

Магия полилась к нему, покидая умирающую крысиную тварь, таявшую на глазах под натиском все сжимавшихся шипов. Бормотание вытекавших из нее теней звучало тихо и быстро умолкало, как только Солмир вбирал их. И все же ему пришлось опуститься на колени под давлением потока магии; свободной рукой он оперся о землю, а грудь у него тяжело вздымалась. Он закрыл глаза; Нив не успела увидеть, какого они цвета.

Ее отвлек шелест хитина и подергивание того, что прежде казалось разбросанными по скале валунами.

Едва остатки магии затекли в тело Солмира, края скалы – не камни, а огромные крылья – затрепетали, обдавая воняющим гнилью воздухом волосы Нив. Она резко опустила руку на плечо Солмира, сжала пальцы. И повторила его недавние слова:

– Тебе стоит отойти.

Еще порыв ветра, от запаха которого ее чуть не вывернуло, – и отпрыски Таракана ринулись к своду пещеры.

С видом крысиной твари разуму Нив было, как это ни странно, справляться проще. Сросшееся нечто с кучей ног, глаз и ртов выглядело настоящим монстром. А вот дети Таракана оказались действительно лишь огромными тараканами, и в этом было нечто намного более устрашающее.