Супернова - Марисса Мейер

– И мы от этого в восторге! – подоспевший Оскар вскинул кулак, по которому Нова радостно ударила своим. – Должен признаться, я успел тебя полюбить, при всей твоей безбашенности. И, кстати, я тоже хочу извиниться.

– Хватит уже извиняться. Все в порядке. Любой на вашем месте поступил бы так же.

Внимание Новы было приковано к третьему члену отряда. Хотя Данна и подошла следом за Руби и Оскаром, но остановилась в нескольких шагах, скрестив руки и плотно сжав губы. Она явно не собиралась извиняться. Однако Нова была к этому готова. И знала, что убедить Данну в своей невиновности будет труднее всего. Ведь это по ее обвинению Нова угодила в тюрьму. И Нове до сих пор не было известно, что именно видела Данна – было лишь ясно, что ее показания оказались шаткими, если вызвали сомнения, стоило появиться Нарциссе в маске Кошмар и со шлемом в руке.

Поэтому, не обращая внимания на сдержанность Данны, Нова улыбнулась ей как можно шире и радостнее.

– Данна, мы жутко о тебе волновались. Ты так надолго застряла в режиме роя… Тебе пришлось непросто, и я реально рада видеть, что с тобой все в порядке.

Суровая Данна оттаяла… но лишь слегка и только внешне. В глубине ее глаз таилось недоверие.

– Спасибо. Я рада, что между нами не осталось никаких обид.

– Совершенно никаких. Я до сих пор не понимаю, как Кошмар ухитрилась меня подставить, но мне кажется, ты в этой истории такая же жертва, как и я. Искренне надеюсь, что мы сможем снова вместе работать и победим ее, на этот раз по-настоящему.

По лицу Данны промелькнула тень. Нова не смогла бы точно сказать, что она значила, но ей показалось, что это было сомнение. У Данны не было уверенности – вдруг она действительно ошиблась насчет Новы? Впрочем, долго размышлять на эту тему Нове не дали – Оскар громко стукнул тростью по плиткам пола.

– Внимание всем! Мы уничтожим Кошмар. Но сначала… – он подмигнул Руби, и они хором воскликнули: – Пицца!

– Ты должна пойти с нами, – заявил Оскар. – Это праздничное угощение по случаю того, что член нашего отряда – не кровожадная злодейка.

В груди у Новы все сжалось от такого оскорбления.

– Вообще-то я…

– Не волнуйся, Адриан тоже будет, – неправильно поняла ее Руби и, лукаво подмигнув, взяла Нову под руку. – Он ненадолго отлучился навестить Макса, а потом сразу к нам.

При упоминании о Максе все мысли Новы отошли на задний план. Макс. Макс. Выйдя из тюрьмы, она была так растеряна, полна недоверия и размышлений о том, как освободить Аса, что совершенно забыла о Максе.

– Как он? – спросила Нова, сопротивляясь попыткам Руби сдвинуть ее с места. – Я слышала, что он выздоравливает, но…

– Ой, ты же не знаешь! – задохнулась Руби. – Он вышел из комы и чувствует себя отлично! И представь, Адриану пришла в голову блестящая идея, чтобы Макс…

– Остался в больнице, – буквально выкрикнула Данна, напугав их всех. – Ненадолго. Чтобы убедиться, что он полностью выздоровел. А потом его переведут в какое-нибудь другое место.

Она бросила на Руби и Оскара выразительный взгляд, явно на что-то намекая.

– Э-э… ну да… – промямлила Руби, не сводя с Данны округлившихся глаз.

– Карантин восстанавливают, – добавила Данна, ткнув большим пальцем в сторону оживленного строительства в дальнем конце вестибюля. – Но его собираются расширить, сделать более уютным и удобным для Макса.

При виде стеклянных стен, ожидавших установки, у Новы пересохло во рту.

– Не думала, что карантин станут восстанавливать.

– А как же, Максу здесь гораздо спокойнее, – сказала Данна. – Ты же понимаешь. Здесь он в безопасности от всех, кто желает ему зла. Вроде Кошмар и Анархистов.

Оскар громко откашлялся.

– Ну, вот что, корзинка с чесночным хлебом пахнет так, что я чую за три квартала. Она зовет! Мы идем?

– Вы идите, ребята, – сказала Нова.

– Ой, Нова, нет! – заволновалась Руби. – И ты идешь с нами! Я уверена, тебе дадут выходной после всего.

– В следующий раз обязательно, обещаю, – не сдавалась Нова. Высвободив руку из железной хватки Руби, она отошла от них, махнув на прощание рукой. – Хорошо вам повеселиться. Адриану от меня привет.

– Ты разбиваешь ему сердце! – крикнул ей вдогонку Оскар. – Если его слезы зальют мне пиццу песто де люкс с курицей, виновата будешь ты! Терпеть не могу пересоленную пиццу!

– Учту, – сказала Нова, отсалютовав ему.

Трое ее товарищей по отряду понуро потянулись к выходу. Нова повернулась и неожиданно врезалась в стену, которой минуту назад здесь не было. Или, точнее – в грудь, твердую, как стена.

Откинув голову, она обнаружила румяные щеки и жемчужную улыбку Капитана Хрома.

– Ох, извини, Нова.

– Э-э… здрасьте, – пробормотала она, не зная, как к нему обращаться. Капитан Хром или просто Капитан? Папа Адриана? Мистер Эверхарт?

Долго раздумывать ей не пришлось, потому что Хью поймал ее правую руку и крепко пожал.

– Я попросил Сэмсона сообщить мне, когда ты вернешься. Хотел быть одним из первых, кто поприветствует тебя и поздравит с возвращением в команду.

– О! Спасибо.

– И еще, – он выпустил ее руку, и улыбка сбежала с его лица. Он посерьезнел. – Хочу принести тебе официальные извинения за это ужасное недоразумение. Мне стыдно даже подумать, что мы так безобразно обошлись с тобой, а ведь ты оставалась верна и предана нашему общему делу. Это просто… – он покачал головой. – Все эти события в последнее время, помнишь? Парад, парк Космополис, штурм Штаба, Ас Анархия… иной раз мне кажется, что нас заставляют прыгать через горящие обручи, и каждый следующий обруч теснее и меньше предыдущего. Если мы не будем пытаться предугадывать все угрозы, то в один прекрасный день сгорим дотла.

Нова прищурилась, не совсем уверенная в том, что это хорошая аналогия. Ей было интересно, поймет ли Капитан, насколько бестактны его речи, учитывая, какая участь постигла ее дом на Вэллоуридж.

Но нет – он явно ничего не заметил.

Поэтому она позволила себе понимающе усмехнуться.

– Ну, хорошо, что, по крайней мере, вы неуязвимы.

– Да уж, – Капитан слегка пожал плечами. – Я-то, может быть, и неуязвим, но есть люди, о которых я забочусь, и у которых нет такого завидного свойства, и я делаю все, что в моих силах, чтобы их защитить. Надеюсь, ты понимаешь, что мы поступили так, как и должны были, учитывая обстоятельства.

Обстоятельства, подумала Нова. Эти обстоятельства заключались в том, что они были готовы казнить ее без суда и следствия. Потому что они – Совет, и их слово закон. Потому что они Отступники, а Отступники могут быть и судьями, и присяжными, и палачами, если им представляется, что так нужно для защиты людей. Нормальных людей. Не злодеев. И не Одаренных, которые могут оказаться потенциально опасными. А защита их прав никого не волнует.