Вернуть невесту. Ловушка для попаданки 2 - Алиса Ардова

– Кай, доведи меня до портала, – крикнула, задыхаясь. – Это важно. Очень важно.

Он не стал ни о чем спрашивать. Коротко кивнул, и в руке блеснуло лезвие призванного меча, наливаясь магией, прокладывая нам дорогу.

Через мгновение мы уже были на месте, и я, размахнувшись, кинула в центр маслянистой воронки все имевшиеся у меня диски. А когда они с громким чавканьем начали погружаться, накрыла сверху огненным плетением, вкладывая в удар всю силу, что накопила, без остатка – даже алмазное пламя, таившееся в самой глубине источника. За щитом Ветра мое заклинание вряд ли кто-то заметит. А если и заметят… пусть, сейчас главное – уничтожить переход, снять с теней невидимость, с остальным потом разберемся.

– Фе-ень?

– Да жив твой наследник, жив, – буркнул птах как-то напряженно и отвел взгляд.

Таак…

– Феньяр!

– Ну что Феньяр? Что сразу Феньяр-то? Я, между прочим, и сам пострадал…

Закончить феникс не успел – дверь распахнулась, пропуская в комнату Ольму. Увидев меня, девушка радостно всплеснула руками и заголосила:

– Госпожа, вы очнулись! Хвала Двуединому!

В висок будто острая игла впилась, заставляя невольно поморщиться. Да что ж они все сегодня так кричат-то?

– Сейчас я мэтра Хобба позову и леди Мьирру… Но первым все-таки мэтра… Нет, сначала лекарство… Да-да, лекарство вам дам и тогда уж за ними побегу, – бессвязно причитала моя верная помощница, перебирая флаконы на прикроватном столике.

– Подожди, – я перехватила ее руку. Потянула к себе, усаживая рядом. – Наследник… Как он себя чувствует?

Видимо, в моем голосе было что-то такое, что заставило Ольму, тут же осечься, успокаивающе сжать мою ладонь и послушно зачастить:

– Эйрэ выздоравливает, но пока без сознания. Вы только не волнуйтесь, мэтр сказал, что самое страшное позади, нужно только ждать.

– Его забрали во дворец?

– Собирались, но он не позволил себя увезти. Когда вам стало плохо, там, на площади, он держался до последнего. Велел перенести вас обоих сюда, объявил, что вы спасли ему жизнь, вовремя дав нужное снадобье, и он останется во флигеле, потому что целиком и полностью доверяет мэтру Хоббу, как лучшему в империи целителю. Он, знаете, какой упрямый, наш эйрэ? Никто не смог его переубедить, даже повелитель. – Ольма улыбнулась с какой-то затаенной гордостью, а потом уже тише добавила: – И только, когда все ушли, и охранная завеса вокруг сада снова замкнулась, впал в беспамятство.

– Где он? – Я отбросила одеяло, поднялась, немного постояла, кутаясь в халат и пережидая внезапно нахлынувшую слабость, а затем решительно направилась к выходу. – Я должна его видеть.

Фарна поместили в соседней комнате. При одном взгляде на его осунувшееся, бледное, словно восковое лицо, у меня сердце сжалось от резкой, почти нестерпимой боли.

– Сколько он уже в таком состоянии?

– Семь дней, – в комнату, тихо ступая, вошел Хобб, остановился позади меня. – Вы оба пролежали без сознания неделю.

– Однако я уже восстановилась, а ведь наследник намного сильнее меня. Но до сих пор не очнулся… Шуаррэг, – позвала мысленно, чувствуя, что дракон тоже где-то здесь и все слышит. – Вы с Феней оба лечили меня… Зачем? Почему ты бросил Кайдена одного в таком состоянии?

– Считаешь, я не хотел остаться? – возмущенно вскинулся ящер, выныривая из невидимости. – Он не позволил. Велел помогать только тебе… Беспокоился, боялся, что выгоришь. Даже не разрешил положить вас вместе, чтобы мы на него не отвлекались. Это был его последний приказ, и он вложил в него столько силы, что я не смог ослушаться. А раны, нанесенные кэдами… они магические и очень опасны.

Шуаррэг горестно понурился.

– Ясно.

Вот ведь… Фарн. Пусть только придет в себя, точно придушу за такую инициативу. Обо мне он, видите ли, беспокоился. А о себе почему не подумал?

Ладно, отложим эмоции на будущее, сейчас нужно сообразить, что делать.

– Шур, теперь со мной все в порядке, значит, распоряжение выполнено?

– Да.

– Хорошо… Фень, ты можешь через меня вливать энергию в Фарна?

– Могу, – встрепенулся феникс. – В тебе ведь изначально часть драконьей силы, ее даже больше стало. Теперь алмазное пламя…

– Потом… Все потом. И про пламя расскажешь, и об остальном тоже. Когда Кайдена вытащим, – перебила нетерпеливо.

Повернулась к Хоббу и Мьирре, которая как раз в этот момент появилась на пороге.

– Я остаюсь в этой комнате до выздоровления эйрэ. Вместе с ним. Рядом с ним. Пока он полностью не исцелится. Только не надо говорить, что это неприлично. Мне сейчас все равно.

– Мы не скажем, Нари. Кто угодно, только не мы, – матушка приблизилась, мягко улыбнулась. – Ты молодец, все правильно делаешь.

Обняла крепко и шепнула на ухо, касаясь мокрой от слез щекой моей щеки.

– С возвращением, доченька.

Мэтр только кивнул, молча присоединяясь к ней…

Следующие дни как-то совершенно незаметно слились в один – бесконечный, томительный, однообразный.

Я глотала лекарства, которые приносил Хобб, ела, что дают, почти не глядя, не ощущая вкуса. Ненадолго забывалась сном, о чем-то разговаривала с домашними, навещала клановое дерево. Но все это на бегу, урывками.

Основную часть времени я проводила с Фарном. Сидела рядом, впитывала огонь феникса, пропускала через свое алмазное пламя, преобразовывала и отдавала Кайдену безопасную «ледяную» часть – в полном соответствии с инструкциями птица.

Сначала было невероятно тяжело, но постепенно я привыкла, и делала то, что нужно, почти автоматически, зажав в одной руке Слезу, а в другой – жемчужину, которую однажды подарил мне наследник на пике Дракона. Может, это глупо, но я чувствовала, что именно так… только так правильно. Когда совсем уставала, прерывалась на короткий отдых, иногда засыпая прямо в кресле. И с каждым разом мое необычное пламя, будто, набирало мощь, становилось увереннее, сильнее.

Принять… пропустить… преобразовать… отдать… Снова и снова.

Я часами дежурила у кровати Фарна, делилась с ним энергией и смотрела… смотрела… смотрела. На осунувшееся лицо, ставшее, казалось, еще суровее, на губы, даже сейчас упрямо сжатые, на тени под глазами, высокие скулы, лоб, густые волосы, разметавшиеся по подушке… Смотрела и думала. О нем. О себе. О нас обоих. И о том, как изменилась моя жизнь после знакомства с ним.

На Земле я жила, как все мои сверстницы. Так же, как они, общалась с парнями, ходила на свидания, увлекалась. Однажды даже собралась замуж, но не сложилось, и мы расстались – относительно мирно, без громких ссор и смертельных обид. Тогда я полагала, что влюблена, но лишь теперь поняла, что никогда и никого раньше не любила. До встречи с Кайденом. Кроме Кайдена.