Грозовой фронт - Евгения Александрова

— Идите, девочки, — помахала рукой женщина, чьего имени Джейна не знала. — Погрейтесь.

Рядом склонились над ведрами с тёплой водой сестры Орхарос. Постанывала от натертой в кровь ноги Мира. Джейна, осторожно стянув одежду, залезла в горячую воду и выдохнула, сцепив зубы. Защипало ссадины и порезы, но она только терпела, промывая подсохшие уже раны. Тепло обволокло тело и позволило наконец расслабиться.

Пусть сейчас хоть все ивварцы нагрянут сюда разом, она не вылезет из воды!

Рядом опустилась на низкий бочонок Хильда. Она уже успела умыться и теперь помогла Джейне расчесать спутанные пряди, пропитала их ароматным цитрусовым маслом. Говорят, этот запах помогает от тошноты. Ещё дала выпить какой-то горький отвар, но сил будто и впрямь стало больше.

— Как себя чувствуешь?

— Мутит вечерами. А так ничего, — улыбнулась Джейна. — Надеюсь, так будет не весь срок… Это ведь нормально?

И спохватилась поздно: забыла, что Хильда так и не смогла родить ребёнка и никогда не была беременной. И теперь уже… Имейра нет. Быть того не может, но его нет.

Джейна отвернулась, но Хильда увидела её слёзы и ласково обратилась:

— Не переживай, Джейни. Всё пройдёт, — коснулась она её руки, поглядев в сторону. — И муж твой — бравый капитан — вернётся, вот увидишь! Он мне сразу понравился, чего бы наши кумушки не болтали…

— А чего они? — рассеянно отвлеклась на тему Джейна, мучительно думая, что не может сейчас сказать про дядю.

— Больно на наших не похож, вот и… да ещё Служитель Ариан, да убережёт его Покровитель…

Вся комната наполнилась густым паром — не различить фигуры и лица. Кто-то тихо восклицал, кто-то встревоженно говорил, но слышался и облегчённый смех. Ничего. Главное, они живы. Кто знает, что сталось бы с этими девушками, останься они в Сагарде. Думать тошно. И просто — тошно. Голова снова закружилась — может, от духоты или ароматного пара.

Джейна рассеянно провела ладонями по животу и подумала о том, что жизнь продолжается несмотря ни на что. Новой душе все равно, что идёт война и рядом гибнут люди. Так странно. И так хочется отдать этой душе всю свою теплоту, силу, весь свой свет и любовь — отдать и верить, что это убережёт от несчастья.

Ещё немного покоя! Сделать вдох, чтобы были новые силы бороться.

И вдруг так тоскливо захотелось звать Алекса, захотелось выть от желания снова его увидеть и от невозможности прикоснуться, прижаться прямо сейчас. Заговорить, услышать родной хрипловатый голос с едва слышным ивварским акцентом. На миг показалось, она уже позабыла, как он выглядит. Боги, как же хочется его увидеть…

Джейна погрузилась с головой под воду. Горячие пузырьки воздуха щекотнули нос, а гудящее от напряжение тело перестало ощущаться. Закрыв глаза, Джейна будто парила в тёмном небе или, наоборот, слышала глухое ворчание прибоя. Море… давно она его не видела. Не чувствовала волн и качание палубы под ногами.

И вдруг она ощутила. Вот же она, на палубе «Ясного», да только палуба та… под водой. А на ногах у неё тяжелыми кандалами цепи, тянут на дно и не позволяют выплыть. Где-то мелькнул в потоке воды призрак, мелькнул и исчез. Палуба развалилась на доски, рассыпалась и утонула в непроглядном мраке. И с ней ушли в темноту силуэты людей. Нет, НЕТ! Джейна дёрнулась в глубь, пытаясь увидеть лица. Алекс, где Алекс? Мейкдон? Но воздух закончился, перед глазами всё поплыло и заволокло чернотой.

А спустя миг Джейна вынырнула на поверхность и шумно отдышалась. Но это не дом в Инхе. Где это? Плыл полосами туман, стелился причудливыми клубами, обманчиво рисовал груды камней и растворялся, обнажая пустынный пейзаж. Джейна пошла вперёд, не чувствуя ног и тела, ни тепла, ни холода. Мёртвый мир, мир призраков… значит ли это, что Алекс погиб?

«Погиб — погиб — погиб» — гулкое эхо отразило мысли.

Вокруг выросли горы — высокие, до самого неба. А она сама — на вершине этих гор. Закатное солнце просвечивает сквозь густой туман, рождая глухую стену золотого цвета.

— Алекс! — бессмысленный крик в пустоту.

Но вот же он — стоит к ней спиной, рядом с Варием, живой! Живой! Высокий, весь в светлой одежде, только темные волосы, собранные на затылке, развеваются от ветра. Ветер крепчает, и Вария уже не видать!

Джейна ускоряет шаг, но горы вдруг начинают рушиться на глазах. Широкий разлом ползет неотвратимо, как змея. Ширится пропасть, несутся вниз огромные валуны, сминая каменные крыши домов. Нет. Нет, пожалуйста, нет! Только не руины снова, только не… Джейна мечется взглядом и снова находит Алекса. Он стоит на краю последней горы, а магия захватывает его потоками ветра. Не подойти, не подобраться.

Мир замирает на краю. Джейна не может различить лица Алекса, но смотрит вниз и видит вдруг идущие к горам отряды людей, видит так ясно, словно они в сотне шагов. Всадники пересекают каменистую пустыню и будто не замечают, как на их глазах рушатся вековые глыбы, оседают пылью у подножий. Мелькают стальные нагрудники, серые накидки, отблескивают цепи и щиты Покровителя. Джейна видит знакомое лицо где-то в первых рядах, но никак не может понять, кто это.

— Алекс! — оборачивается она и снова кричит. Ещё миг, ещё шаг, но идти нет сил!

А он видит её… Джейна жадно смотрит в такие близкие и далёкие глаза цвета грозового неба, в излом тёмных бровей, в такое родное лицо. В груди растёкается лавой жгучая любовь и тоска…

И вдруг охватывает ужас. Потоки ветра на глазах чернеют, будто тёмная пелена оплетает всё тонкой паутиной. Это силы Алекса, его магия, что становиться настоящим безумием. Страшный грохот оглушает, земля содрогается и уходит из-под ног. Хочется успеть, достать, коснуться. Сказать самое важное. Спасти! Пожалуйста!

— Алекс, — беззвучно кричит Джейна, сгибаясь от мучительной боли. Поднимает голову и видит, что слишком поздно.

Настоящий чёрный ураган сметает всё на своём пути. Порывы ветра превращаются в бурю и яростно бьют в высокую фигуру на краю. Рушится гора, сотрясаясь и осыпаясь на глазах, и остаётся один Алекс в чёрных потоках…

Но миг — и земля под ним уходит вниз, и он падает в пропасть. А там уже добрались до убежища Серые, и их отряд медленно ступает прямо по обломкам скал, оглядываясь в поисках…

Нет, нет, нет! Лёгкие забились каменной пылью и туманом, запорошило глаза — ни вздохнуть, ни увидеть. Внутри жгло огнём, и Джейна тоже приготовилась умереть, как вдруг оглушило тишиной.

Она снова вынырнула — на этот раз по-настоящему.

Вынырнула и закричала, как только вода покинула горло, от боли и ужаса. И очнулась только когда поняла, что давно сидит в воде и воет, обхватив колени. Встревоженно кричали девчонки, окружили, будто думая, что она сошла с ума.

— Джейни? — кинулась Хильда и принялась поднимать её из воды.

— Всё… всё нормально, — выдохнула она, останавливая тетушку. — Всё хорошо, мне надо подышать, — пробормотала снова, стискивая дрожащими руками грубое льняное полотенце и закутываясь в него по плечи.