Мираж для Белого Сокола 2. Фаворитка - Татьяна Зинина

— Вот такой тебя нужно рисовать, — проговорил он, подходя ближе. — Но я, увы, не художник, а никого другого к тебе допустить не могу. Ведь такая ты… — он ещё раз обвёл её тело ласкающим взглядом и прерывисто вздохнул, — … даже для меня — слишком. Слишком прекрасна. Слишком нереальна.

Лит остановился рядом с ней и замер, будто не решаясь дотронуться. И только поймав её взгляд, в котором в равной степени уживались и сильнейшее смущение, и дикое желание, сдался окончательно.

Он целовал её хоть и нежно, но довольно напористо. Ори чувствовала, что он сдерживает себя, но его выдержка вот-вот лопнет. Она знала, каким горячим и резким он может быть, когда выпускает из-под жёсткого контроля своё истинное огненное «я». И сейчас ей совсем не хотелось ласковой неторопливости. Ей нужен был он… такой, каким и был на самом деле.

А Лит, будто почувствовав её настроение, на мгновение отстранился и посмотрел ей в глаза. И увидев в них отражение своих желаний, лишь предвкушающе улыбнулся…

…Да, причёска не помялась, так как до кровати они так и не добрались. Да и зачем вообще нужна эта кровать, когда в ванной комнате обнаружилась такая удобная тумба? Причём, просто идеальной высоты…

— Литар… — прошептала Ори, стараясь восстановить дыхание, которое никак выравниваться не желало. — Значит… я всё-таки тебе нужна…

Она была обессилена, и если бы он не стоял рядом, то попросту бы упала вниз со своего насеста. Лит же чувствовал, как сильно стучит её сердце, как подрагивают её руки, и улыбался. Он знал, что она его любит, как и то, что готова ради него на многое, но… прошедшие две недели всё равно умудрились поколебать его уверенность в ней и в их отношениях. Оно и не удивительно, ведь раньше она принадлежала только ему. Он был для неё единственным во всём, а теперь… Теперь многое изменилось. У неё появилась семья… Мать и отец, которые будут отстаивать её интересы. Дед, которому совсем не нравилось, что она считается чьей-то фавориткой. Да ещё и этот гадкий княжич, который теперь проводил с Ори гораздо больше времени, чем сам Литар.

Но сегодня она сама пришла сюда, сама согласилась исполнить его желание. И теперь, когда его Ориен постепенно успокаивалась в его руках, после пережитого ими маленького безумия, он с трепетом осознал, насколько ему её не хватало.

— Нужна, Ори, — проговорил, касаясь губами её обнажённого плеча. — Я жутко соскучился по тебе, моя фея. Этот балаган с ишерцами просто выбил меня из колеи. Но, уже завтра они уедут, и всё опять будет как прежде.

— Лит, — Ори приподняла голову и, посмотрев ему в глаза, всё же решилась сказать то, зачем пришла: — Мама уезжает с отцом. Они зовут меня поехать с ними.

Но это не стало для него новостью. Совсем наоборот. За последние три дня по поводу отъезда Ориен с ним говорили и Ридьяро, и Хемиэрте и даже Кай. Но если первые двое настоятельно убеждали его отпустить девушку, ведь знали, что если он попросит — она с радостью останется с ним, то лорд Мадели оказался более дальновиден. Он намекнул сыну, что эта его интрижка, которая рано или поздно всё равно завершится, может обойтись Карилии очень дорого. Ведь теперь Ори не просто какая-то леди, а родственница ишерского князя. И тому совершенно точно не понравится, что девушка из его клана позволяет себе быть чьей-то официальной любовницей.

По всему правильней было бы отпустить её… расстаться если не друзьями, то добрыми приятелями. Но, сейчас, прижимая к себе свою Ориен, Лит просто не мог сказать ей об этом. Поэтому, вместо того, чтобы как-то отреагировать на её сообщение, он снова склонился к её приоткрытым губам и поцеловал, так нежно и трепетно, как только мог. И пусть никогда раньше Белый Сокол не убегал от проблем и важных решений, но сейчас делал именно это.

Он скажет ей… обязательно скажет. После бала. И она поймёт… ведь всегда его понимала. Понимала… как никто другой.

— Пора одеваться, милая моя, — проговорил он, прерывая поцелуй. — Бал уже в самом разгаре.

И ей ничего не оставалось, как кивнуть и попытаться привести себя в порядок. Им на самом деле нужно было спешить. И пусть они так и не поговорили, но… Ори и сама желала оттянуть этот разговор, ведь уже знала, что ничем хорошим он не закончится.

* * *

На торжественный ужин они безнадёжно опоздали и когда, наконец, спустились в бальный зал, вечер был уже в самом разгаре.

Под созданным магами куполом, изображающим звёздное небо, под звуки какого-то волшебного неторопливого вальса кружили пары. И сегодня Ори чувствовала в себе такое невероятное воодушевление, что ей самой казалось, будто сможет протанцевать всю ночь напролёт. И пусть она до сих пор танцевала неважно, но с Литаром у неё любые движения получались просто замечательно.

Проникнувшись общей торжественной атмосферой этого вечера, они выпили по бокалу игристого вина, угостились фруктами, а затем присоединились к танцующим. И пусть Лит не был большим любителем танцев, но видя, как горят глаза его прекрасной спутницы, просто не мог её не пригласить.

— Я ведь всего второй раз на балу, — проговорила девушка, замерев в ожидании первых аккордов очередной музыкальной композиции. — И снова с тобой. Но…

Она сама оборвала себя и странно замялась, а её улыбка отчего-то стала откровенно натянутой.

— Что «но», Ори? — спросил Сокол, прислушиваясь к звукам разливающейся по залу мелодии.

И Ориен была бы рада промолчать, но всё равно решила высказать свою не самую радужную мысль до конца.

— Тогда… во время прошлого бала, я тебя боялась, а теперь… всё очень изменилось, — ответила она, отводя взгляд в сторону. А чуть помедлив, добавила: — Для нас обоих.

— Тогда, Ориен, мы с тобой были чужими людьми, — спокойно проговорил Лит, ловя её погрустневший взгляд. — Тогда наши отношения основывались на простом договоре: ты должна была выполнять мои поручения, а я — заниматься поиском твоих родителей. И вот чем это всё закончилось. — Он усмехнулся и чуть покачал головой. — Но, если так посудить, мы вдвоём остались в выигрыше. Ты — всё же обрела родных, а я — получил нужную мне книгу, выяснил, что граф Арман Савари до сих пор жив, и вместе со своими сподвижниками очень желает свергнуть мою семью с трона. А ещё, я едва не умер, и выжил только благодаря одной красноволосой особе, от которой никак не ожидал помощи.

— Я бы всё равно ни за что не оставила бы тебя там… — бросила она, легко пожав плечом, что во время танца было делать крайне неудобно. — Но, мне кажется, даже тогда, в ту жуткую ночь, когда ты был на грани, я уже тебя любила. Хоть ты и относился ко мне как к преступнице.

— Давай не будем об этом, — попросил он, чуть крепче сжав её ручку. — В любом случае бал — не самое подходящее место для подобных разговоров.

Она лишь молча кивнула, соглашаясь с правильностью этого довода и ничего больше говорить не стала. Да и сам Лит теперь совсем не стремился завязать беседу. Увы, но сейчас они оба прекрасно понимали, что в данной ситуации любые разговоры всё равно так или иначе приведут их к одной теме… которую обсуждать им совсем не хотелось.