Не дареный подарок. Кася - Купава Огинская

Кадая надо было видеть. Неспособная выражать сильные эмоции, его морда забавно вытянулась.

– Это все благодаря мне, – уверенно выдала я, заглядывая хозяину в лицо, – это я его научила, точно тебе говорю. Больше, чем я, с ним никто не разговаривал.

Линорм не спорил. Илис тоже молчал, со странным выражением лица разглядывая свою заговорившую нечисть. Я стояла рядом с Илисом, даже не пытаясь вытащить руку из больно сжавших мою ладонь хозяйских пальцев, и радовалась жизни.

Мокрые сапоги были давно позабыты.

* * *

В котле что-то взорвалось, выбросив в воздух облачко серого дыма.

Я невольно присела, втягивая голову в плечи. В прошлый раз, когда раздалось вот такое же вялое «ба-бах», мне прямо в лоб прилетел плохо измельченный корень аира. После этого я стала осторожнее и в котел заглядывать не пыталась.

Оторвавшись от тетради, в которую что-то усердно записывал, Илис оценивающе осмотрел котел, варево в котором больше не подавало признаков жизни; меня, топтавшуюся рядом и не имеющую никакого понятия, что делать дальше, и велел:

– Переделывай.

Лекарскую лабораторию, вполне светлую и уютную, я уже тихо ненавидела.

Утром меня привела сюда Вела и не выпускала вплоть до обеда, заставляя резать, измельчать, отмерять и смешивать.

– Ты никуда не уйдешь, пока не приготовишь хотя бы один отвар, – сказала она, устанавливая в круглую дыру на столе чугунный пятилитровый котелок.

Тогда я еще не знала, насколько это все сложно и, соответственно, не боялась.

Ближе к обеду, когда Вела с совершенно непроницаемым лицом выливала мой неудачный шестой отвар, я начала нервничать.

В первом часу на смену некромантке пришел Илис, чьи занятия на сегодня закончились. Вела ушла, а я продолжила свои мучения, так толком и не наевшись парочкой бутербродов, принесенных хозяином. Меня и правда не собирались выпускать из лаборатории, пока я что-нибудь не сварю. А время близилось к ужину. Я начинала впадать в отчаяние.

Постепенно в голову стали закрадываться подозрения. А вдруг это не я криворукая? Вдруг это в рецепте что-то не так? Ингредиентов для создания укрепляющего отвара было всего семь, но каждый раз, как я закидывала корень в кипящую смесь, что-то шло не так.

– Илис…

– Ты должна сварить сегодня хоть что-нибудь, – напомнил он, уделив все свое внимание тетради.

Может, разреветься? Проверенное же средство.

Кажется, хозяин что-то почувствовал, потому что медленно поднял на меня глаза и миролюбиво пообещал:

– Если у тебя ничего не получится до ужина, отложим на завтра.

Я приободрилась. Лучше бы, наверное, отчаялась. На этот раз мои кропотливые старания накрылись подозрительного вида гадостью, с угрожающим шипением выползающей из котла. Вместо отвара получилась какая-то студенистая едкая масса, вполне сносно прожигавшая и стол, и деревянную ложку на длинной ручке, которой я все это помешивала и, подозреваю, меня бы тоже прожгла, сунься я ближе.

– Что делать? Что делать? Что делать?

Я металась вокруг стола, не зная, что делать и как спасать положение. К такому меня не готовили ни книги, ни Вела с Илли. Вот совершенно не представляла, как со всем этим разбираться.

Илис тоже едва ли понимал, что происходит, но это не помешало ему затолкать меня к себе в тыл, и, не опасаясь редких, вырывающихся из котла брызг, опустить руку на столешницу, еще не изъеденную моим отваром.

Котел накрыла легкая полупрозрачная сфера, отрезая доступ воздуха. В отличие от защитников боевики плохо разбирались в щитах и охранных сферах, но знаний хозяина оказалось вполне достаточно.

– Но это же не огонь, – робко заметила я, выглядывая из-за его плеча.

Как оказалось, если смотреть на все из-за Илиса, катастрофа выглядит не такой уж и страшной. Моя студенистая гадость и правда была не огнем. Ей понадобилось значительно меньше времени, чтобы высосать из воздуха весь кислород и зачахнуть от его недостатка.

Я с нездоровым любопытством смотрела на то, как вся эта бурая мерзость иссыхает, превращаясь в пористую, темнеющую массу, истаивавшую с характерным пенным шипением.

Когда Илис убрал сферу, на столешнице, покрытой темными оспинами ожогов, виднелся мертвый круг, расположенный по краю выемки для котла и расходящийся на добрые тридцать сантиметров. Размах трагедии поражал. Я угробила стол.

– Вела меня убьет, – пробормотала грустно, не находя в себе сил, чтобы отвести взгляд от этого кошмара. Кажется, котел тоже погиб.

– Сомневаюсь, – подал голос Илис. Он разглядывал огрызок корня, который я использовала в своих отварах. – Откуда ты его взяла?

– Из шкафа, – ответила осторожно, подозревая самое плохое. Подумалось, что расправа не заставит себя ждать и мне влетит от хозяина. Влетит так сильно, что Веле потом останется меня только пожалеть.

– Из того?

Он кивнул на шкаф с дверцами темного стекла, из которого я сегодня доставала все свои ингредиенты.

– Ну… да.

– Вела видела, откуда ты его взяла?

– Нет, она отдала мне рецепт, велела собрать необходимые ингредиенты и ушла за котлом…

Я немного воспряла духом. А вдруг меня не будут ругать?

– И, конечно, ее не насторожил тот факт, что твой отвар ведет себя странно? – пробормотал хозяин, крутя в пальцах корень. – Странно даже для зелья, не говоря о немагическом отваре.

– А она должна была насторожиться?

– Если бы была лекарем, то да. Но она некромант, а все их рецепты подразумевают магическую составляющую…

– То есть, это не я виновата? – обрадовалась я, но радость моя длилось ровно три секунды. – Подожди, что значит «магическую составляющую»?

– Там, – хозяин ткнул корнем в злополучный шкаф, – хранятся напитанные магией или заговоренные ингредиенты. Все для зелий.

– А ты откуда знаешь?

– Однажды в качестве наказания помогал профессору проводить здесь урок зельеварения.

– А я…

– А ингредиенты для твоего отвара там, – мне показали на совершенно неприметный, грубо сколоченный шкаф, с вязью рун по краю дверцы. – Сейчас я принесу новый котел, и ты попробуешь еще раз.

С ингредиентами из второго шкафа у меня все получилось со второго раза. И отвар мой больше ничем не плевался и не пытался сбежать. А к красивому шкафу с дверцами из темного стекла я пообещала себе больше никогда не подходить.