Пробудившийся любовник - Дж. Р. Уорд

Рэйдж поднял ее на руки и вышел из комнаты.

Буч посмотрел на свои штаны и поднял голову, оглядывая остальных.

— Не хочу показаться невежливым, но все-таки спрошу: это не только у меня…

— Да, — процедил Ви сквозь зубы.

— Расскажите хоть, что происходит?

— Белла вошла в период охоты, — объяснил Ви, отбросив салфетку.

— Господи. Сколько еще до заката?

Фури посмотрел на часы.

— Почти два часа.

— Да за это время мы все рехнемся. У тебя осталась трава?

— Целый вагон. Буч, спасай себя сам — беги подальше от дома. Берлога не вариант. Кто бы подумал, что у людей тоже забирает! Но раз у тебя встал, то лучше проваливай, пока не засосало.

Новый толчок отшвырнул Зета на спинку стула. Бедра невольно дернулись вверх, отвечая на зов. Хриплые стоны вокруг подтвердили, что все Братство — по уши в этом. Сколь бы цивилизованными они ни притворялись — все были бессильны против зова женского тела. И чем дальше, тем хуже им придется.

Будь сейчас ночь, они разбежались бы кто куда. Но при свете дня они оказались в ловушке. Пока стемнеет, будет уже поздно. Пробыв даже короткое время в радиусе охоты, вампир просто не сможет заставить себя удалиться. Независимо от того, что прикажет мозг, тело будет бороться за право ответить зову. Рэт и Рэйдж нашли выход из положения, но остальные попались. Единственным спасением было — накуриться до бесчувствия.

А Белла… Господи боже мой… Ей будет больнее всех.

Опираясь на спинку стула, Ви потянулся из-за стола.

— Пойдем-ка покурим, Фури. А ты, Зет, отправляйся к ней.

Зетист закрыл глаза.

— Зет, ау? Так ты идешь обслуживать даму?

Зазвонил телефон, Джон оторвал взгляд от тарелки. Доггены Сэл и Регин ушли за покупками. Пришлось отвечать самому.

— Джон, это ты?

Тор звонил по внутренней линии из подвала. Джон свистнул в ответ и зачерпнул риса с имбирным соусом.

— Значит, так: школа на сегодня отменяется. Я сейчас обзваниваю всех ребят.

Джон опустил вилку и свистнул выше тоном.

— В тренировочном центре сейчас… сложности. Продолжим занятия завтра-послезавтра, смотря по обстановке. И раз такое дело, мы решили перенести визит к Хаверсу на сегодня. Буч заедет за тобой прямо сейчас. Договорились?

Джон коротко свистнул два раза.

— Вот и славно… он парень что надо, хоть и человек. Я ему доверяю.

В дверь позвонили.

— Похоже, это он… да, это Буч. Я вижу его на экране монитора. Послушай, Джон… Если вся эта терапия тебе не понравится, можешь больше не ходить. Никто тебя не заставляет.

Джон вздохнул и подумал: «Спасибо».

Тор тихо рассмеялся.

— М-да, я тоже считаю, что переживания — это фигня фигней… Ай! Уэлси, что ты творишь?

Он перешел на древний язык, потом снова заговорил в трубку:

— В общем, когда отстреляешься, пришли мне эсэмэску, договорились?

Джон дважды свистнул, нажал отбой и положил тарелку с вилкой в раковину.

Психотерапевт… тренировки… гори все пламенем. Хотя визит к мозгоправу перенести легче, чем многочасовые контакты с Лэшем. А тут — какие-то шестьдесят минут…

Джон схватил блокнот, куртку и направился к выходу.

Распахнув дверь, он увидел на пороге здоровенного мужика. Тот склонил голову набок и улыбнулся.

— Приветик, Джей-мен. Меня зовут Буч. Буч О'Нил. Я твой персональный шофер.

Ничего себе. Не Буч О'Нил, а парень с обложки «GQ». Черное кашемировое пальто, костюм в полоску, белая сорочка и обалденный алый галстук. Темные волосы лихо откинуты со лба. А черные ботиночки с красно-зеленой каемкой и золотыми мульками… определенно, от Гуччи.

Вот только физиономия явно не дотягивает до «мистера Совершенство». Нос сломан, и, судя по всему, не один раз, а глаза слишком уж проницательные и усталые, чтобы называться красивыми. Не человек, а взведенный пистолет. Острый ум и опасная сила, внушающие уважение. Что ни говори, смертоносная комбинация. Вылитый убийца.

— Джон? Все нормально?

Джон свистнул и протянул руку. Буч пожал ее и вновь улыбнулся.

— Так что? Поехали?

В голосе человека скользнуло сочувствие, словно его предупредили заранее о цели визита к Хаверсу.

Господи… Неужели все узнают?

Закрыв за собой дверь, Джон представил лица одноклассников, и его чуть не стошнило.

Они подошли к черному тонированному «эскалейду» с хромированными дисками. В салоне было тепло, пахло кожей и дорогущим одеколоном.

Буч завел двигатель и врубил музыку. По ушам ударил тяжелый рэп «Mystical». Джон смотрел в окно на снегопад, на пробивавшиеся сквозь тучи лучи закатного солнца и мечтал удрать подальше и от докторов, и от одноклассников.

— Что ж, Джон, — начал Буч. — Не буду врать, я в курсе, зачем мы едем в больницу. Должен признаться, мне в свое время тоже пришлось посещать аналитика.

Джон удивленно вскинул брови. Человек кивнул-

— Да, когда служил в полиции. Я десять лет расследовал убийства, а от такой работы легко сносит крышу. И регулярно какой-нибудь докторишка в очках лез мне в душу и все записывал в блокнот. Как я это ненавидел…

Джон глубоко вздохнул, подозревая, что ему придется не слаще.

— Но самое смешное…

Буч остановился перед знаком «стоп» и включил поворотник. Потом газанул и вырулил на трассу.

— Самое смешное, что это помогло. Не тогда, когда я сидел перед добрым доктором Расскажи-ка-Все-Дружок. Тогда-то мне хотелось на все забить и удрать поскорее. А потом, когда я вспоминал наши разговоры. И знаешь ли, он понимал свое дело, вроде как успокаивал, хотя я и был уверен, что со мной и так все в порядке. Так что в итоге мне это помогло.

Джон склонил голову набок.

— Чего только я не насмотрелся… — пробормотал Буч и надолго замолчал.

Когда они проезжали очередной богатенький район, он сам же себе ответил:

— А ничего особенного, сынок. Ничего особенного.

Буч вырулил на подъездную дорожку, остановился возле ворот и опустил стекло. Нажав кнопку интеркома, он назвал свое имя, и их пропустили.

Когда «эскалейд» остановился на парковке около здания размером со школу, Джон открыл дверь, обошел внедорожник и подошел к Бучу. Тот незаметно вынул пистолет и прижал рукой к бедру.

Джон уже видел этот трюк. Фури делал так же, когда привозил его в клинику пару дней назад. Неужели здесь так опасно?

Джон осмотрелся. Место как место. Все вроде спокойно…