Пикник на обочине. Счастье для всех - Дмитрий Силлов

Один раз меня довольно сильно потянуло в сторону – не иначе, «мясорубка» закрутила свой вихрь по-серьезному, надеясь воздушным потоком затянуть в себя движущийся объект. Зная, чем это чревато, я вытащил из кармана загодя припасенную банку тушенки, вскрыл ее, дернув за кольцо, словно гранату, и не глядя швырнул влево, туда, откуда тянуло.

Реакция была моментальной. Тяга тут же ослабла, затем слева послышался звук, похожий на глухое рычание электрической мясорубки, работающей на реверсе. Правда, через мгновение в нем послышались разочарованные нотки. Понимаю. Хорошо, но мало, ибо рассчитывали на большее. Но я уже был вне предела досягаемости аномалии, продолжая отсчитывать шаги.

Все-таки приземленная штука эти аномалии, во многом напоминающие мне людей. Многие сталкеры окутывают их мистическим ореолом легенд, писатели вдохновенно рассказывают об этих порождениях Зоны, наделяя их почти человеческими свойствами, способностью ненавидеть, гневаться, безразлично наблюдать за чужими страданиями. А на деле любая аномалия – это просто безмозглый хищник-паразит, отрыжка больной земли, цена которой – всего лишь паршивая банка тушенки.

На самом деле такие отважные мысли возникли в моей голове не без причины. Дело в том, что обратный счет шагов был окончен, и я стоял по ту сторону смертоносного поля. А позади меня слышалась какая-то подозрительная возня.

– Что за дьявол? – раздался неуверенный голос, дополняемый характерным клацаньем затвора. – Неужели все-таки…

И тут справа от меня грохнуло. Краем глаза я заметил вспышку, на краткий миг озарившую ночь кровавым сиянием заката. Любое живое существо вздрогнет от такого и невольно повернет голову в сторону непонятного явления… если, конечно, не ждет его с минуты на минуту. Я ждал, и случилось оно очень вовремя. Орф все-таки выставил пост в месте моего предполагаемого выхода из пояса аномалий, и не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, какие у того поста были инструкции.

Я развернулся на сто восемьдесят, одновременно падая на колено и срывая «Вал» со своего плеча.

Так и есть. Трое мутантов с автоматами, недвусмысленно направленными в мою сторону. А Борода молодец, сделал все так, как я сказал – нашел в защитном поясе рассадник огненных аномалий, разогнал бензовоз и направил его прямо туда, сам предварительно выкатившись из кабины и чисто для подстраховки оставив на сиденье «эфку» без кольца. По моим расчетам, бензовоз должен был моментально разогреться и взорваться либо в самом поясе, либо врезавшись в элеватор. Точное время взрыва рассчитать было нереально, но я предполагал, что чернобыльские мутанты кинутся к месту происшествия разбираться что к чему, и им будет не до меня. Это в идеале, конечно. А по минимуму, хоть какой-то отвлекающий маневр будет.

На деле получилось именно по минимуму – Борода по неопытности слишком долго искал требуемое. Хорошо, что нашел. Еще секунда, и мутанты в точности выполнили бы приказ начальства. А так немного ошиблись.

Автоматная очередь самого бдительного мута прошла как раз над моей головой, одна пуля даже по шлему слегка задела. Ощущение было, будто молотком по нему заехали со всей дури, что, впрочем, не помешало мне полностью опустошить магазин по трем ростовым фигурам, маячившим в десяти метрах от меня.

В итоге мне повезло больше, чем им. Я получил гудение в голове и лишнюю царапину на бронешлеме, они – ранения, несовместимые с жизнью, несмотря на спецназовские шлемы «Сокол» и солидные с виду бронежилеты «Корсар» четвертого класса защиты. Хотя дело вовсе не в защите. Просто, даже ударенный пулей по голове, я всегда стараюсь стрелять и попадать не по каске или бронику, а как раз между ними, ибо испытывать на прочность индивидуальные средства защиты не моя специальность – на другое учился.

Вот и сейчас, в силу моей старой привычки, муты разлеглись на асфальте с раскуроченными мордами – впрочем, хуже выглядеть они от этого не стали, при жизни было не намного лучше. Лично я ничего не имею против мутантов, просто любые существа, пытающиеся лишить меня жизни, вызывают во мне вполне обоснованную неприязнь как при жизни, так и после смерти.

Между тем слева продолжало полыхать зарево пожара, по поводу чего в городе стали появляться признаки нездоровой суеты. Похоже, Борода все-таки поджег элеватор, который вполне мог использоваться мутантами по прямому назначению. А что? Печет же кто-то в Зоне хлеб крайне неважного качества, продавая его по цене вдесятеро выше, чем самый лучший батон из первосортной муки на Большой земле. Жрать захочешь – выложишь свои кровные как миленький. Так почему б мутантам не наладить пекарное производство при вполне себе рабочем элеваторе? Вон как носятся, глаза безумные, ведра похватали. В общем, пожар в полном объеме, к которому оказались неравнодушны все, кроме меня.

За всеобщей суматохой я тенью перемещался от одного укрытия к другому. Множить список случайных жертв не в моих правилах, да и патроны к «Валу» всегда в дефиците. Так что сейчас моей целью был «Бар 1000 бэр», а не какой-нибудь ошалевший мутант, случайно нарвавшийся в темноте на человека с автоматом.

Я прошел мимо здания, на котором красовалась покосившаяся вывеска с замысловатой надписью: «ДСВКВП «ЧернобыльВодЭксплуатация», миновал площадку разрушенного автотранспортного предприятия, на которой валялись останки разбитых машин, оставил за спиной какой-то двухэтажный недострой, окна которого были заложены кирпичами, и попал на «улицу Ленинградскую», как гласила ржавая табличка, прикрученная проволокой к половине уличного фонаря. Другая половина валялась рядом, вернее, то, что от нее осталось – поросшие мхом обломки бетона и покрытый коррозией остов из арматуры. Я хорошо помнил путь, по которому нужно было пройти до «Бара 1000 бэр», так как совсем недавно проделал его в обратном направлении, сопровождаемый конвоем. Что ж, очень надеюсь, что Орф не метнулся вместе со всеми к элеватору на своих двоих передних конечностях. Хотя если и метнулся, невелика беда. Главное, чтобы не успел распорядиться насчет американца, как обещал, и свой шкаф с собой не забрал.

Ленинградская улица плавно перетекла в Третий Комсомольский переулок, который, в свою очередь, словно ручей в реку, влился в Красноармейскую улицу. Ленинград, комсомол, Красная Армия… Забытые названия эпохи, началом конца которой стала авария на Чернобыльской АЭС. Там, где раньше жили и работали люди, теперь бродят мутанты, пожирающие людей. Символично, черт побери. Но я очень постараюсь, чтобы одного неплохого сталкера не сожрали этой ночью. Если, конечно, еще не слишком поздно.

Из высоченных кустов, росших на обочине Красноармейской улицы, здание бывшей школы № 2, а ныне «Бара 1000 бэр» просматривалось очень хорошо даже в безлунную ночь. Прибор ночного видения пятого поколения, встроенный в шлем, позволял при полном отсутствии освещения видеть почти так же хорошо, как днем – правда, в слегка фиолетовых оттенках.

Несмотря на суматоху, царящую в западной части города, здесь было тихо. Относительно тихо. Никто не носился с сумасшедшими глазами, гремя ведрами и постукивая клыками на бегу, но из-за приоткрытой двери бара слышались возбужденные голоса.