Прейскурант на победу - Валерий Самохин

Благое начинание, как это часто бывает, вылилось в примитивную спекуляцию. Во главе синдиката оказалось несколько петербургских банкиров, которые в течение четырех часов в день, полагавшихся на собрание, определяли список поддерживаемых ценных бумаг. Через агентов они сообщали участникам биржевых торгов о решениях синдиката – те же быстро скупали указанные бумаги и предлагали их к последующей продаже синдикату по более высоким ценам.

Он поднялся из-за стола, подошел к камину и подбросил в огонь несколько березовых поленьев. Язычки пламени, показавшись на мгновение, неохотно лизнули поданное блюдо, и спрятались обратно. Денис нахмурился и повернулся к девушке:

– Юля, может, тебе уехать на некоторое время в Москву? Погостишь у дядюшки.

– Я тебе надоела? Ты завел любовницу? Кто она? Я ее знаю?

Вопросы сыпались градом. Черные глаза любимой наполнились слезами, а губы предательски задрожали.

– Не говори глупостей. Кроме тебя, мне никто не нужен!

Денис крепко прижал девушку к себе и ласково потерся носом о волосы, вдохнув привычный аромат фиалок.

– Тогда зачем ты мне предлагаешь уехать?

Через неделю основная операция войдет в финальную стадию. Пугать девушку он не хотел, но опасность физического противодействия полностью исключать не стоило. Был и еще один резон. И, как это часто бывает, гениальная мысль посетила его в самый последний момент.

– Пойми, для меня это очень важно, – убежденно сказал Денис. – Важно для комбинации, которую я задумал.

– Очередная афера?

Слезы моментально высохли: любопытство оказалось сильней.

– Она самая, – кивком головы подтвердил он.

– Какая?

Требовательный вопрос последовал в сопровождении чувствительного удара маленьким кулачком.

– Мне необходимо выглядеть в глазах всего света сумасбродом. Ловеласом, не оставляющим без внимания любую встречную юбку.

– Это еще зачем?

Глаза вновь заблестели и подозрительно сощурились.

– Легенда будет такой, – с неохотой признался он. Момент был крайне щекотливый. – Ты застаешь меня за очередным адюльтером и в порыве гнева бросаешь. После чего уезжаешь к дядюшке.

– А дальше?

– Дальше?..

Денис сделал небольшую паузу. В бок вонзился нетерпеливый кулачок – продолжай!

– Дальше я изображаю отчаявшегося и покинутого супруга. Ухожу в запой, устраиваю скандалы, дебоши и… Что там еще делают брошенные страдальцы?

– Ты так и не сказал, для чего тебе все это надо.

– Понимаешь, мне предстоит грандиозный блеф с серьезными игроками. Очень важно убедить их в том, что от меня можно ожидать самых неожиданных поступков.

– Le chantage?

– Да.

Ответ прозвучал с непосредственной женской логикой:

– Для этого не обязательно затевать весь этот спектакль. Стоит послушать тебя пару минут, и любому станет ясно: голова у тебя не в порядке.

– Юль, я не шучу, – жалобно протянул Денис.

– Я тоже! – коротко отрезала девушка. – Ты подумал о том, что будет дальше? Допустим, тебе удастся убедить своих визави, что ты способен на любое сумасбродство. И что? Кто с тобой будет иметь дело после этого? Выиграв битву, ты проиграешь войну.

Крыть было нечем – Юлька права. Денис растерянно почесал в затылке: о таком варианте он просто не подумал.

– И где собираешься все это проделать? В поезде?

Еще один кирпичик вынут из только что выстроенной конструкции. Думать надо было раньше – не перед самым отъездом.

– И что же делать?

Вопрос он задал самому себе, но очередная реплика не заставила себя ждать:

– Думать! – Следующее предложение полностью противоречило предыдущему высказыванию: – Ты у меня умный, что-нибудь придумаешь.

Гениальная мысль на поверку оказалась не менее блистательной глупостью. Винить в этом можно было разве что рассеянность последних часов. Других идей не было, и оставался только первоначальный вариант: уповать на логику. Противник не относился к категории безрассудных упрямцев. И кураж. Немаловажный фактор при любых переговорах.

Юлька притянула его к себе и ласково взъерошила волосы:

– Глупенький ты мой.

И секунды не прошло, как его умственный статус вновь подвергся переоценке.

– Что там?

– Где?

Девушка обернулась вслед за рукой, указывающей направление. В темном окне отражались яркие сполохи пламени.

– Пожар. Горит что-то.

Зрелище ее не заинтересовало, и она вернулась к излюбленному занятию: забравшись к нему на коленки, принялась теребить многострадальное ухо. Денис поерзал в кресле, устраиваясь комфортней, и констатировал:

– Третий за последнюю неделю.

Юлька безразлично пожала плечами:

– Зима.

Словно услышав ее, ветер бросил в стекло метельную россыпь. Из-за суровых морозов обезлюдели широкие проспекты и закрылись окошки касс столичных театров. Никто не ездил в гости друг к другу. На улицах жгли костры, чтобы согреть бездомных жителей столицы, но каждое утро полицейские приступали к печальной жатве: замерзшего люда было немало.

– Бр-р! – поежилась девушка и плотней прижалась к молодому человеку. – Это опасно?

– Что опасно?

Мысли витали далеко, а резкие переходы в речи любимой не всегда удавалось разгадать. Женщины.

– Твоя поездка.

– Нет.

– Не лги мне!

Кулачок вновь прошелся по ребрам.

– Обычная служебная надобность, – как можно небрежней сказал Денис. – Европы посмотрю. Красоты парижские.

– На француженок полюбуешься.

– Ты – лучше!

Денис подкрепил утверждение поцелуем.

– Я никогда не была в Париже! – мечтательно вздохнула девушка.

– В следующий раз обязательно поедем вместе. Пройдемся по Елисейским полям…

Юлька с ехидцей продолжила:

– А в этот раз ты прогуляешься по пляс Пигаль, посетишь бульвар Сен-Дени.

– Пройдусь по Абрикосовой, сверну на Виноградную…

Популярный мотивчик всплыл машинально и своевременно – опасная тема вильнула в сторону. Юлька заинтересовалась немедленно:

– Новая песня?

Денис вздохнул: проект «Биттлз» оказался провальным. Патриархальная Европа, спустя полвека сходившая с ума от ливерпульской четверки, в этом времени отозвалась лишь вежливым интересом. Многомесячные гастроли приносили доход, но не более того.