Трое из Леса возвращаются. Меч Томаса - Юрий Никитин

–Коптом точно никогда не был,– сказал он.– Но этому копту дорога туда же.

–Куда?

–В прошлое, Савмак. В прошлое,– ответил Олег и вышел в коридор.

Узкий коридор и хлипкую деревянную лестницу без единого окна на стенах они преодолели быстро. На улицу, чтобы снова не оказаться в гуще толпы, Генри вывел их через второй выход в такой узкий переулок, что идти пришлось по одному друг за другом. Преодолев несколько поворотов, подъемов и спусков, Генри остановился перед неприметной дверью, его лицо приобрело возвышенное выражение.

–Сейчас вы войдете в мой храм изобретательства,– сказал он и толкнул дверь.

–Только у таких храмов и есть будущее,– пробормотал Олег себе и вошел следом за виконтом.

Они преодолели темный коридор и ступеньки, зато обширный зал встретил их светом, который льется из окон под потолком. В середине зала столы с колбами, трубками, ретортами, металлическими шарами на ножках, а на столах и полу россыпи бумаг с записями.

Виконт прошел в центр зала и развернулся ко всем лицом.

–Не подумайте,– проговорил он,– я не еретик и чту церковь. Но мои исследования помогут людям решить массу проблем.

Взгляд Олега охватил разом всю комнату, ниточки мыслей связались воедино, он кивнул своим же рассуждениям. Храмы бывают разными, но этот – храм исследования, храм знания, похожий на тот, что находится у бывшего генерала далеко за морем. Во всем мире появляются такие места, что значит – процесс пошел и он необратим. Остается только направить его в правильное русло и позволить шириться.

–Не боишься, что церковь не одобрит?– спросил Олег, проходя между столами и разглядывая колбы.

Видя его интерес, Генри вскинулся и воскликнул с воодушевлением:

–О, что вы! Я верный сторонник церкви! Смотрите, здесь я работаю над так называемым электрическим потенциалом. А вот тут изучаю воздух! А вот здесь горючий газ! Представьте себе – воздух, который воспламеняется в один миг! Или вот тут, например, плотность земли…

–И ваша церковь закрывает глаза на такие исследования?– вмешался вопросом Савмак. Он смотрит с недоверием на столы и содержимое колб, наклоняется к ним поближе с хмурым видом и неоднозначно кривит губы.

Олег тем временем дошел до стойки, на которой под стеклянным колпаком на подушечке из красного бархата сверкает серебристая монета. Он узнал монету и молча, с ожиданием обернулся к виконту. Тот виновато втянул голову в плечи, на лице появилась раскаивающаяся улыбка.

Олег кивком указал на монету под колпаком и поинтересовался мирным тоном:

–И почему же церковь не противится твоим опытам?

Плечи Генри поникли, он смущенно развел руками и ответил:

–Им очень по душе мои щедрые пожертвования. А так же всем, кому я помогаю финансово. Прошу вас, пастор, не забирайте у меня неразменный рубль. Это самая ценная реликвия, которая досталась мне в наследство. Дома со всем содержимым не имели бы без нее смысла. Как работает эта монета мне неизвестно, но без нее я беззащитен. Вы ведь понимаете, пастор, в нашей стране без денег человек оказывается на обочине жизни. А мне они нужны в первую очередь не для себя, а для науки.

Олег кивнул. Много лет назад он дал неразменный рубль отцу виконта, потому что ему, как человеку мысли, не пристало печься об обогащении, когда время идти в уединение и думать и великом. Таких безделиц он в жизни повидал много, все они приходят и уходят, но ни одна из них не решила вопрос, как же сделать мир лучше. Если у виконта получается направить силу неразменного рубля на пользу человечества, пусть хранится у него.

–Мы оба знаем, как монета попала к тебе, виконт,– сказал Олег.– Я оставлю ее тебе, если пообещаешь продолжать свое дело и посвятить остаток жизни только ему.

Генри прижал ладонь к груди, его взгляд загорелся неугасимым пламенем.

–Обещаю,– клятвенно заверил он.– Я и так все свое время отдаю науке. А теперь стану еще больше.

Савмак к их беседе прислушивался внимательно, но по лицу и хмуро двигающимся бровям видно – он ничего не понял. На Олега поглядывает искоса, но все же не перечит, потому как доверяет, ибо пасторы дурного не скажут.

–Так, а чего ты хотел нам показать? А, виконт Генри?– спросил ратник и для пущей важности упер кулаки в бока.

Генри всплеснул руками и бросился к самому большому столу в середине зала. Он ухватил его за край и стал пыхтеть в попытке сдвинуть, но столешница цельная, тяжелая, а ножки и вовсе из металла. Виконт упирался и сопел, но мебель не двинулась с места.

Савмак терпеливо вздохнул и покачал головой, в два шага он оказался возле стола, его могучие пальцы легли на столешницу, мышцы на плечах вздулись от натуги, а стол с грохотом, нехотя, но пополз в сторону. Когда он отодвинулся до самой стены, Савмак выпрямился, вытерев лоб рукой, и обернулся к Генри.

–Ну? И зачем эта перестановка?– спросил ратник.

Пару мгновений Генри хлопал ресницами, переводя взгляд с места, где только что был стол, на сам стол, брови виконта медленно поднялись в ошеломлении – он даже сдвинуть его не смог, не то что переместить в другой конец зала.

–Настоящий силач,– выдохнул он в итоге.

Савмак довольно оскалился и хлопнул себя по бедрам.

–Ну так и чего дальше?– спросил он.

–Да-да!– вскинулся Генри и споро перебежал в середину зала на место стола.– Видите ли, как я понял, вы обладаете силой, способной остановить безумцев, что затеяли свержение короля.

Олег пожал плечами.

–Возможно.

–Дело в том,– продолжил Генри,– что они предлагали мне вступить в их союз. Вернее, орден. Но, как видите, у меня достаточно ресурсов и покровителей, чтобы обойтись без них. В открытую выступать против меня они не стали, поскольку за мной церковь, а орден пока не может напрямую с ней бороться. Но меня терзает нехорошее предчувствие, что они затеяли нечто ужасное.

–Предчувствие тебя не обманывает,– согласился волхв.

–Они обещали безмерную власть и могущество, если я примкну к ним,– продолжил виконт Генри.– Утверждали, что обрели особую реликвию, которая после проведения ритуала откроет им все двери. Они сказали: «Когда стены крепости покроются металлом, она станет нерушимым оплотом власти Ордена багровой розы. И тогда кто будет не с нами, станет нашим вечным рабом, ибо мы обретем нерушимую власть над всем».

Слева донесся испуганный вздох Люсиль, все покосились на нее, женщина прижала к груди руки, в глазах застыли ужас и неверие:

–Неужели опоздали…

–Если мы все еще живы и не в кандалах, значит, еще есть время,– ответил Олег.

Генри сокрушенно покачал головой и проговорил:

–Все так серьезно? Я думал, это лишь метафора. Жаль, что я не успел создать никакого оружия, чтобы по-настоящему противостоять им.