Кто суккуба? Я суккуба?! - Антонина Клименкова

Он с чувством превосходства смотрел на нее снизу вверх, полностью одетый перед ней, абсолютно голой. И такая злость Клаву обуяла, что словами не выразить.

— Нет уж, одних извинений мне мало! — надвинулась она, потрясая перед лицом побледневшего эльфа внушительным бюстом.

— Что вы еще хотите? Денег? Это незаконно! — слабо возмутился тот, отодвигаясь.

Но так как он сидел на краю постели, при попытке отстраниться он элементарно растянулся на покрывале. Чем Клава немедленно воспользовалась: напрыгнула на него, оседлала колени, прижала всем телом, придавила всем весом.

— Я требую удовлетворения! — объявила она со злорадной торжественностью. — Сатисфакции! Вызываю тебя на дуэль!

— Какую еще дуэль?! — взвился, забарахтался под нею обездвиженный беспомощный эльф.

— Вы оскорбили меня, сударь! Своей халатностью и пренебрежением к обязанностям! Невыполнением обещания по собственной заявке! — провозгласила Клава. — Обязуетесь не использовать магию против соперника, то есть меня, так как я ей не владею? В противном случае вы будете признаны человеком… то есть эльфом без чести и достоинства!

— Вы свихнулись от горя по своему коту?!

Клава тряхнула его посильнее, дабы не возникал, и продолжила:

— Дуэль эротическую объявляю открытой! Проиграет тот, кто испытает оргазм раньше соперника!

— Какой к чертям оргазм?! — вопил эльф, плюнув на манеры. — Откуда я знаю, что с тобой надо делать?! Я никогда не спал с бабами! И не хочу!!! Ты не имеешь права меня совращать! Это форменное изнасилование, а не дуэль! Я замужем!!!

— Ты сам сказал, что твой муженек уже отведал любви суккубы, — оскалилась Клава, как настоящий демон. — И он тебя записал на этот эксперимент. Считай, что я действую с его одобрения!

И в то же время, несмотря на демонстрируемую агрессию, внутренний голос Клавы причитал в панике, ибо она понятия не имела, что же она делает! И что должна будет делать дальше, раз уж начала?

С огромным трудом ей удалось вытряхнуть отчаянно сопротивляющегося эльфа из его джемпера, а затем из брюк, при этом не позволив ему сбежать дальше кровати. Трусами пришлось пожертвовать и просто порвать, ибо терпение и силы ее были на исходе.

Никогда бы она не подумала, что парень способен сражаться за свою невинность до последнего всхлипа! Лишь когда она просто села на его вялый член и усилием лона вобрала его в себя, точно как, обедая, засасывала вареные вермишелины из тарелки спагетти — он признал первое поражение. Затих, тихонько всхлипывая и подвывая, закрыл лицо ладонями, отдавая свое тело на милость победительницы. Клаве стало его даже немножко жалко, чуть-чуть заворочалась совесть: он просто не хотел изменять своему парню! А она пристала, с честного пути сбивает… Но отступать поздно. Заткнув совесть вместе с внутренним голосом за компанию, Клава занялась художественной выездкой на безучастном эльфе.

Уж она мстительно отвела душу! Вытворяла с ним всё, что приходило в голову: лизала в разных предположительно чувствительных местах, целовала везде, где дотягивалась, щекотала волосами и гладила грудями, обнимала, ласкала — ноль отдачи! Даже не раскраснелся нисколько, только морщился и терпел, как сеанс скверного массажа.

Она не отступилась: плюнула на обещание не применять магию и взялась исследовать энергетические каналы. Проделала с ним всё, что испытала на вампире. Но если Вильгельм от ее стараний и перевозбуждения уплыл под конец в обморок, то этот остроухий вредина даже не воспрянул членом. Клава аж растерялась, гадая, что же сделать с этой вялой сосиской.

И тут ее осенило! Она вспомнила саму себя в момент потери девственности и старания Флавиана. Клава ухмыльнулась так, что эльфа под ней передернуло в предчувствии ужаса. Впрочем, снова забарахтаться он не успел — она ловко перевернула его на живот, села на поясницу и принялась охаживать ладную подтянутую попу. Сперва действовала языком и пальцами, смоченными для скользкости в ее собственных соках, благо эльф ей попался не только занудный, но и до скрипа чистоплотный. Постепенно попытки вырваться сменились крупными вздрагиваниями в такт ее бесчинствам, а обиженный скулеж судорожными вздохами. Опять переворот — и Клава с торжеством насадилась на воспрявший член, плотно обхватила его влажными жадными губами, стиснула и снова всосала в себя.

Взглянув на нее, на ее раскачивающиеся груди, эльф горестно застонал и вознамерился снова опасть духом и телом, но не тут-то было! Клава ему унывать не дала: распахнула крылышки, выпустила хвост — и ввинтилась юрким кончиком в укромную дырку в его пятой точке, которую успела хорошенько растянуть и смазать.

Эльф вскинулся снова, распахнув глаза, забыв выдохнуть. Клава, чтобы он напрасно не махал руками, мгновенно примостила его ладошки себе на бюст.

— Ты!.. — обличающе прошептал он срывающимся голосом, ибо проблематично объясняться связно, когда в тебе полметра хвоста, крутящегося там, как штопор. — Ты!!!..

— В тебе не член чужого мужика, поэтому ты своему благоверному не изменяешь, — осклабилась суккуба. — Расслабься уже, ну? Наслаждайся! Когда еще твой муженек тебе разрешит попробовать женской ласки.

И она принялась плавно опускаться и снова привставать на коленях, то выпуская почти до головки из себя его наконец-то ожившее достоинство, то заглатывая обратно до самых яичек, в тесную теплоту и обволакивающую мягкость. При этом она, сама удивляясь такой своей многозадачности, не оставляла без внимания хвост: двигала им то быстрее, то медлительно томно. То проникала настолько глубоко, что на тощем животе можно было увидеть ходящий туда-обратно бугорок, то вынимала почти до конца, кисточкой дразня края трепещущего отверстия. Одним словом, пригодились уроки ликероводочного чертенка.

И даже при этом эльф оказался жутко упрямым! Пытка продлилась не меньше получаса, Клава уже потеряла надежду на выигрыш и в уме сочинила речь с извинениями. Натруженные мышцы ног ныли, скакать так долго «верхом» ей еще не доводилось. Даже хвост устал! Но наконец-то тот расслабился, и она ушам своим не поверила, уловив слабый выдох. Однако струйка семени, выплеснувшаяся в ее уныло чавкающее по инерции лоно, подтвердила долгожданную победу.

Эльф распластался на кровати, опустошенный, в прямом смысле слова затраханный до мушек в глазах.

Клава полюбовалась на результат своего упрямства — и поняла, что полностью удовлетворена свершившейся местью.

— Спасибо, — негромко и хрипло, но чертовски насмешливо произнес эльф, когда она одевалась, стоя к нему спиной. — Это было познавательно.

— Рада, что понравилось! Обращайтесь в любое время!

Фыркнув, Клава подобрала свою одежду с пола и покинула спальню с гордо поднятой головой.