Карающая длань законотворца - 2 - Оксана Руф

— Ик. — Я выдавила несколько капель слёз и дёрнулась назад. Чтобы спектакль прошёл по сценарию, нужно очень постараться рассорить законника с человеком в чёрном. — Н-нет… не надо, дяденька… Я-я сделаю всё, что скажете, только не заставляйте меня это делать!

Адей замер и округлил глаза.

— Слышь, ты сейчас пытаешься…

— Я не хочу этого делать, дяденька! Ува-а-а!

— Эй, что происходит?! — В нашу сторону уже направился человек в чёрном и Адей заскрипел зубами.

Ага, значит ты, паршивец, хотел утаить от него мою силу. Но проблема в том, что слишком многие видела артефакт измерения и слышали, как ломалась сфера. Просто так отмахнуться от меня было нельзя. И Адей это знал. Невозможно скрыть выявленную мощь.

— Чёрт. Вот же сука. Заткнись! — Он наотмашь ударил меня по щеке и дёрнул за волосы. — Сказал же, заткнуться, тварь!

— Дядя-я-я-я… ы-ы-ы… я не хочу никому вредить. Я сделаю всё, что хотите, только не заставляйте меня идти против императора!

Законник дёрнулся и покрылся холодным потом. По лицу дознавателя стало ясно, что все мои слова достигли цели.

Человек в чёрном остановился напротив нас и стал безмолвно наблюдать.

— Г-глава… Она всё врёт, Глава. Я не пытался… Нет! — заорал он, когда два других дознавателя, по молчаливому приказу начальника, схватили его под руки и потащили в сторону одной из палаток. — Она врёт, Глава! Я никогда!

— Отведите её к Элсу.

Ровный голос из-под капюшона не выражал никаких эмоций. Он не был ни старым, ни молодым, ни звонким или даже глухим. Странный голос словно соткали из нитей эфира, и звучавшая в нём музыка впивалась в тело острыми шипами.

— Кха. — Я согнулась от боли в груди и сплюнула на землю кровь. — Ха-а-а…

Так вот в чём особенность этого человека. Он может управлять живым организмом с помощью голоса. Магия звука. Очень редкий и сильный дар. Потенциальных носителей подобного навыка можно было пересчитать по пальцам двух рук. И все они, как правило, жили обособленно от остальных. Маги звука сродни аскетам, предпочитали жить на скалах и в горных ущельях. Там их голоса обретали невообразимую мощь.

Но этот маг был здесь.

И руководил операцией.

Чертовщина какая-то.

После устроенного мной представления Адея заключили под стражу до выяснения всех обстоятельств. Если он когда-нибудь сможет доказать невиновность, то меня накажут. Но он не сможет.

Этот человек был не способен действовать самостоятельно и не умел принимать решения в свою пользу. Он всегда подчинялся приказам, а раз нарушив, ни за что не сможет совладать с последствиями.

— Больно, — простонала я, волоча ногу.

Из-за браслета с иллюзией внешности, люди видели во мне калеку с одной рукой. А хромота лишь добавляла очков пренебрежению. Никто не будет опасаться девушки, в ногах которой нет силы, а в глазах желания сопротивляться.

— Тьфу. И почему такая мощь досталась убогой? — прошипел парень справа, и дёрнул меня в сторону самой большой палатки, наверху которой развивался имперский флаг.

— Потише, Миль. Если с ней что-то случится до того, как Элс проведёт осмотр, не поздоровится всем. Ты ведь не хочешь, чтобы Он лично пришёл осматривать товар?

Товар?

Я споткнулась и тут же получила подзатыльник. Болезненный шлепок заставил меня шипеть от обиды.

Но срываться нельзя.

Нужно просто потерпеть и тогда наградой станет информация.

Ну же, Диела, молча ругалась я, старательно вытягивая ногу. Ты сможешь, девочка. Всегда могла. Даже если всё обернётся прямым столкновением, на твоей стороне сила Святейшего и шесть взрослых рьярков.

— Топай, давай. — Меня швырнули вперёд, и тонкий шёлк закрывающего вход полога тотчас взметнулся вверх, будто приглашая. — Если будешь послушной, то выживешь, — хмыкнул провожатый. А когда моя нога оказалась внутри, добавил: — Наверное.

Гогот довольного шуткой законника мог бы сломать ребёнка. Или потерявшего надежду калеку. Правда, мог бы. Злой смех. Надменный. Фальшиво участливый.

Человек, что мог так смеяться, не знал милосердия. Как и настоящей боли.

Я не стала оборачиваться.

В конце концов, все получат по заслугам. Не сейчас, так позже.

Не хочется тратить время на скудных умом. Всегда есть альтернатива в виде умного и интересного собеседника. Даже если он враг.

— Итак. — Я прошла вглубь магически увеличенной до размеров комнаты, палатки, сделала шаг влево, и подтянула ногой стул. — Ты и есть тот самый Элс?

Мужчина, а под иллюзией зелёный юнец, сидел за широким столом и изучал документы. Ни дать, ни взять, обычный командир. Смотреть сквозь иллюзию было неудобно, так как фальшивое изображение накладывалось на настоящее лицо, но я продолжила изучать внешность местного главаря.

Честно говоря, сначала я подумала, что на нём двойная иллюзия. Но потом поняла, что ошиблась и заинтересовалась ещё сильней. Упругая бледная кожа, не знающая лезвия; зеленоватые белки вытянутых глаз и вертикальные зрачки могли навести на мысль о каком-нибудь клане зверолюдей, по типу барсов, но я тотчас отбросила эту идею.

Зверолюди не отличались терпением и на дух не выносили людей. Что уж говорить о работе с ними.

И всё-таки.

Я склонила голову к правому плечу и прищурилась. Сквозь густые пряди рыжих и даже на вид жёстких волос выглядывали острые кончики небольших ушей.

Демон?

Но они не бывают рыжими. Цветные белки и вытянутые зрачки — возможно, да и то только среди высших антантов. Но рыжие волосы и острые уши? Может, это какая-то новая мода среди их знати?

— На что уставилась? — довольно мягко для этой обстановки спросил он.

— Да вот. — Я тронула пальцем своё ухо и честно ответила: — Думаю.

— Думаешь? — Он отложил перо и откинулся на спинку стула. — Это что-то новенькое. А над чем?

— Думаю, ты с рождения такой уникальный, или это мода внешнего мира так сказалась.

Элс нахмурился.

Постучал пальцем по столешнице, поводил головой из стороны в сторону, потрогал гладкий подбородок. Снова нахмурился.

— Видишь, что ли?

— Вижу что?

— Значит, видишь. Тебя поэтому сюда послали? Ай-яй, девочка. Надо было бежать, пока была возможность. Зачем же ты в очередь встала?

Нарочито весёлый и расслабленный голос не смог меня обмануть. Элс натянулся как пружина. Тёмно-зелёная радужка глаз стала насыщаться коричневым цветом.

— Чтобы на рожи ваши бесстыжие посмотреть, — спокойно ответила я.

— Чего?

— Говорю, на рожи ваши посмотреть хотела. Перед тем, как убью.