Операция "Драконьи яйца" - Василиса Раса

— Ещё скажи, что средство передвижения, — зло буркнула Лииса, аккуратно прощупывая дно хода ногой. Если им встретится очередной обвал, им конец. Бездновы лабиринты!

— А хоть бы и да! Всё равно больше ни у кого нету, — самодовольно резюмировал Марий.

— Ты что же, решил ими прикрываться? — Лииса с силой дёрнула руку, не в силах справиться с возмущением и восторгом.

— Я когда-нибудь так делал? — это прозвучало бы театрально, но сейчас она слышала — обиделся.

— Всё когда-нибудь случается впервые.

— Не наш случай.

— Сгинь, сделай милость, — устало выдохнула Олюшко. Злиться на него давно не было ни желания, ни сил.

— Я рад бы, да некуда, — невесело проворчал их император.

Лииса всё-таки вывернулась и рванула вперёд. Внутри у неё всё переворачивалось и дрожало. Олюшко страшно не хватало свободного от этого мужчины пространства.

— А ну стой! — рявкнул Марий.

Но она и сама уже заметила — потянуло воздухом, холод коснулся щеки, и она споткнулась о камни.

Лииса прикрыла глаза, нащупывая ту самую брешь, из которой вывалилась порода.

— Здесь не выбраться, — она отдёрнула руку, задев что-то острое.

— Если есть один обвал, значит, наверняка, будет ещё, — убеждённо и мрачно произнёс Марий. Лииса, будто при свете дня видела его хмуро сведённые густые брови, плотную бороду и чёрные, жгущие даже сквозь мрак подземелья глаза.

— Даже не знаю, радует это или пугает, — проворчала Лииса.

— Предлагаю пробраться чуть дальше вперёд, и ударить направленным тараном. Если обвалится ещё, у нас будет шанс. Гора должна устоять, и нас не завалит. Что скажешь?

Это он сделал вид, что посоветовался что ли?

— Ты сумасшедший, — Лииса усмехнулась горько и зло. Всё равно им не жить. Это дело времени. Скорее всего, и не такого уж долгого. Или эта гора их сожрёт, или противники Мария. Их развелось слишком много, чтобы они даже с Сешем и Павеном смогли продержаться ещё хотя бы с десяток лет. Так много всего вокруг закрутилось… И никакие драконы быстро помочь не смогут.

— От сумасшествия до гениальности один шаг, — Марий настойчиво подтолкнул её вперёд, — Главное, не перепутать, в какую сторону шагать. Давай, к нам это тоже относится.

Она бессильно фыркнула, но послушалась. Почему она всегда в итоге его слушает? Слабачка!

— Щит поставь. Я мигом.

— Да ты, ей-богу, сдурел! — вырвалось у Лиисы.

— Жаль, тебя в совете гильдий не слышат. На руках бы носили ведь, — усмехнулся Марий.

— Животы надорвут, — она привычно встала в защитную стойку у него за спиной, укрывая их обоих мерцающим во тьме боевым щитом, — Бей.

Ход тихо кракнул, в отдалении посыпались камни, и щит накрыло густой пылевой волной. Лииса зажмурилась и почувствовала, как Марий потащил её вглубь хода. Он вдруг осел на землю и привалился к стене.

И у Лиисы перехватило дыханье.

Бездновы дети! Император под завалом — это вам не котика с дерева спасать… ужаснулась Лииса. Что, если он уже того… Кто ей потом поверит? Что она просто рядом неудачно постояла? А она честно держала щит, между прочим. Качественно!

Вот она всегда считала, что знакомство с венценосными особами — это не привилегия, а нагрузка!

Она быстро сканировала его самочувствие и выдохнула, не обнаружив ничего критичного.

Тихо шуршала, осыпающаяся каменная крошка, пахло землёй и… свежестью? Видимо этому коронованному обалдую всё-таки удалось пробить ход. Только бы выжил…

— У тебя так сердце стучит, что мне на миг показалось, ты волнуешься, — тихо произнёс Марий.

— Да ты жив! — шёпотом возмутилась Лииса, потому что от злости голос пропал. Если бы она могла, она бы его ударила. Желательно ногой! По лбу!

Олюшко в бешенстве выдохнула и быстро двинулась в сторону пробитой дыры. Она выберется из бесовой горы, лишь бы не видеть этого высокопоставленного идиота!

Самодур! Мужлан! Тиран безднов! Сумасбродный габщцущ!

Она карабкалась вверх, рыча оттого, что кончились слова, и беззвучно рыдая от облегчения.

Обошлось…

Обошлось ли?

Ход предсказуемо начал сужаться, и она замедлилась, осторожно нащупывая, за что уцепиться. Снизу послышалась тихая ругань и Лииса замерла, прислушиваясь.

Так и есть. Догнал. Олюшко подняла лицо вверх, подставив его холодному воздуху, позволяя тому осушить щёки, и стараясь унять сбившееся дыхание. Стылая свежесть леса заполнила ход, ледяными иглами сдавив горло. Если погибнет здесь, так хоть не в пыльной духоте подземелья…

— Скажи-ка… профессор, — Марий сдавленно хекнул, продвигаясь вверх. Ей казалось, он сейчас схватится за её щиколотку, и она полетит вниз, через все эти острые уступы — просто не удержится от страха, — Ты по-прежнему по вашему Дракону сохнешь?

Лииса на мгновение замедлилась, чувствуя, как давно забытый жар сдавливает грудь и опаляет скулы.

— По хорошему-то человеку, чего б не сохнуть, — пробормотала себе под нос.

— Согласен, — Марий поднимался следом, издавая августейшее кряхтение и прочие нецензурные вздохи, — по хорошему человеку сохнуть хорошо. Я бы даже сказал, по хорошему человеку сохнуть почётно. Не то, что по столичному хлыщу и, как ты там выразилась? Престарелому интригану? — Марий явно пересказывал их приватный разговор с Нинон, и это Лиису нисколько не радовало.

— Это ты сейчас на что намекаешь? Твоё императорское… — Императорское! Этим было всё сказано. Что ему с высоты его имперства было от неё нужно?!

Она даже не остановилась, продолжая лезть вверх, концентрируясь на том, чтобы не сбилось дыхание. Чтобы не сыпалось вниз из-под пальцев и ног каменное крошево прямо на голову этому самому императору, будь он неладен. Чтобы выглядеть и дальше так же незыблемо, как и всегда. Слишком много вопросов болезненных и неудобных, от которых сердце сбивалось с шага и делало кувырок за кувырком.

— Ты дышишь поверхностно, значит, точно волнуешься, — услышала она голос у самого своего уха, и пальцы сорвались-таки с камня, за который она держалась.

Слава Небесам, деваться из узкого лаза было некуда, да и Марий не дал упасть.

Олюшко чувствовала сильную руку, обхватившую её за рёбра под грудью, и как острые камешки царапнули щёку, а следом плечо, наверное, разодрав одежду.

Марий медленно и глубоко вдохнул и осторожно выдохнул. Лииса же наоборот дышать перестала совсем.

— Ты поранилась, — прошептал он за её головой, отчего она дёрнулась вверх и опять изо всех сил вцепилась в камни лаза.

— Вижу свет! — выкрикнула нарочито громко и ринулась вверх. Рука, сдерживающая её, на мгновенье напряглась сильнее и скользнула вниз, отпуская