Амброзия - Даша Пар

Лисы застряли на половине превращения. В таком состоянии лучше всего была связь с природой, а для работы их оборудования и био-техники им постоянно нужно было её поддерживать. Что незамедлительно сказалось на здоровье — продолжительность жизни сократилась вдвое. И большую часть жизни лисы тратят на освоение этого дара, чтобы в полной мере наслаждаться всеми благами своей цивилизации.

И поскольку всё случившееся сильно размазано во времени, ну кто свяжет одно с другим?

К примеру, люди, которые изначально были берсерками, оказались достаточно подозрительными, чтобы отказаться от даров, а в отместку их лишили способности превращаться. Они оказались в самом низу цепи существ, и теперь каждый вид мог с лёгкостью нанести им вред. Последствием такого изменения стала возможность скрещиваться с другими видами, даже с драконами.

И это была причина, по которой Мэ'а'ли смогла забеременеть от волка и дракона, как от триады. Среди предков волка были люди. Вот такая ирония судьбы.

Именно люди принесли драконам конец.

Девон много говорил об этом. Что драконы ослабили ожерелье, чтобы оно подчинялось им. И поэтому он, оказавшись рядом с братом, увидев вживую, что именно происходит с перевёртышами, рассказал обо всём, и они вместе решились выступить против. Их силы оказалось достаточно, чтобы освободить волков, что, в свою очередь, создало Дикую охоту, но дальше было сложнее. Ни один иной вид не поверил им. Ведь драконы были умны. Они громко выставили братьев безумцами, а шёпотом предупредили о последствиях. Никто не захотел потерять свои дары.

И началось вымирание.

— Сейчас нет драконов, Деми, — шепчет Девон на ухо. — Мы должны закончить это дело. Я знаю, как изменить их. Как вернуть то, что было отнято. Освободить.

Но всё было тщетно. Мне всё равно.

И день изо дня, мой брат пытался соблазнить меня своими идеями, пытался привлечь на свою сторону, но всё, на что была способна — рыдать от боли при свете дня, а ночью бродить по закоулкам своих снов и видеть его живым. И каждый день я просыпалась всё позже и позже.

Пока однажды Девон не предложил нечто действительно стоящее. То, что отвлекло от желания заснуть и больше не просыпаться.

Месть.

* * *

— Они умнеют, — в её голосе скука и невыразительная печаль.

Одетая во всё чёрное с распущенными волосами, разлетающимися во все стороны на ледяном ветру, она стояла на краю бушующей пропасти, а над головой хрипело громом небо и горели зарницы приближающейся бури. В её облике нечто дикое, первородное, незыблемое и даже мёртвое.

— Это неважно, сестрёнка, — отвечает он, целуя в макушку и обхватывая за талию. — Мы с тобой сильнее любых их идей.

— Как скажешь, — согласилась она, мягко высвобождаясь из объятий. — Тогда начнём?

Они были одни среди скал над свирепствующими волнами, в чёрно-белом мёртвом мире. Но если приглядеться, можно заметить как позади колыхается нечто невидимое, будто воздух движется. И в нём сотни тёмных частиц. А если прислушаться, то можно услышать чужое дыхание. Низкий рык, скулёж и даже вой.

Демьяна дышит полной грудью, но никак не может надышаться. Не хватает дыхалки, не хватает желания дышать. Она берёт брата за руку и впитывает силу, соединяющую их в единое целое.

И остаётся Дракон.

Они синхронно делают шаг и переносятся под палящее знойное солнце на равнину. Позади как волна растекается армия. Тысячи и тысячи волков, превращённых в единое целое. Они забрали каждого, до кого дотянулись. И ни отец Елены, ни её дядя, никто не остановил Дракона. А их не тронули как нечто несущественное, ненужное, даже лишнее, ведь они не могли стать частью большего — мешала родственная кровь.

— Неужели, они думают, что смогут противостоять нам? — с насмешкой восклицает Девон, сильнее сжимая руку сестры.

Перед ними раскинулась иная армия, живая, настоящая, разрозненная. Порядок всё-таки был, но секторный. Каждый король выставил своих воинов, но беда в том, что они не учились воевать бок о бок с кем-то ещё. И это чувствовалось.

— Какая растрата, — тянет Демьяна, тоскливо разглядывая армаду противников.

— Мы не дадим им и шанса, — Девон, не удержавшись, притягивает сестру к себе, словно пытаясь поглотить, впитать каждую частицу родного тела. Он наслаждался каждой секундой, проведённой с нею, безраздельно владея её вниманием и теплом. Мужчина редко оставлял её одну, будто боясь, что исчезнет, если дать ей время подумать. Но в то же время убеждал себя: «Куда же ей бежать? Только я даю ей чувство семьи. Только я забочусь о ней. Больше никто на это не способен».

Они снова берутся за руки и их голоса сливаются в унисон:

— Никаких переговоров.

Никогда.

Это последний крупный бой. Остальные не имеют значения. Их подхватит как волной, и они выйдут за пределы родного мира в иные миры. И раздавят каждого, кто встанет на пути дракона.

Вот и сейчас вокруг них сбивается огонь в смерч, скрывая от глаз противника. Слышатся далёкие приказы альф, армия кричит и воет, готовясь вступить в бой. Пелена спадает и в небо взлетает пепельно-чёрный дракон с чернокожей всадницей на спине. Она сама будто покрыта чешуёй, её белки скрылись, осталась одна лишь тьма. И она дышит чёрным дымом, совсем как дракон, на котором сидит.

Над равниной проносится звериный рык, напоминающий скрежет металла о металл и воздух раскаляется от огня. Их волки в ответ сами напитываются огнём, растворяясь, становясь тем, что когда-то назвали Дикой охотой.

Две армии встречаются и вверх взвился кровавый осадок, мельчайшие красные частицы вперемешку с дымом и копотью от горящей плоти.

Дракон с всадницей летит вперёд и ничто не способно остановить его. От каждого взмаха крыльев охота напитывается силой, от каждого рыка дрожит и плавится земля. Внизу творится агония несчастных волков, но нет у них возможности повернуть или сбежать — их короли в отдалении направляют подданных в отчаянной попытке остановить экспансию кровавого гибрида. Но получается, что они отправляли их на верную смерть.

И когда дракон зависает над дальним краем поля, где под защитой огнеупорных стен, рядом с протекающей рекой, находились короли, с него спрыгивает девушка, и крылья вырастают из её спины, она будто птица опускается на землю, моментально оказавшись в кольце из воинов. И в их руках оружие Земли — простейшие винтовки. Будто этого достаточно, чтобы убить дракона.

Ей хватило одного взгляда, чтобы они развернули оружие и направили себе в глотки. Злая ухмылка мелькнула на её лице и вновь оно застыло будто маска из воска. Стряхнув с пальцев кровь и размазав ошмётки по лицу, девушка направилась к защитному сооружению, в котором её ждали иные волки. И пока она шла — попытки убить не кончались. На неё прыгали из-за спины, выныривали из скрытых ям, под ногами срабатывали мины, в неё стреляли, бросали гранаты, и даже пытались накинуть сеть. Но всё тщетно. Она ведь даже не касалась земли. Вокруг как кокон вилась сила, соединённая с драконом, парящим в небесах и изредка опускающимся на дерущиеся войска, выпуская длинную струю огня, безвредного для Дикой охоты и смертельного для обычных волков.