Огонь в твоем сердце - Дана Арнаутова

— Безумная!

В голосе Янсрунда чувствовалось почти человеческое удивление. Но удержать или схватить её он не пытался, понимая бесполезность. Все равно не успел бы.

— Хорошо ли ты расспрашивал обо мне Вессе? — бесстрастно сказала Йанта, сглотнув горький комок в горле. — Он не рассказывал, как я впервые встретила Фьялбъёрна? Ярл вытащил меня из моря, но его команда неудачно пошутила, и он тоже… Я подумала, что они это всерьез. И прыгнула обратно, лишь бы не стать чьим-то развлечением. Как думаешь, я испугаюсь прыгнуть еще раз? После вчерашнего-то…

— Безумная… — тише и мягче повторил Янсрунд. — Сплошной огонь вместо крови, да? Хорошо, чего же ты хочешь? Во что ценишь свою жизнь?

Воздух прорезал далекий, но заунывный и очень жуткий вой.

— Отзови их, — кивнула Йанта на серо-белые тени, ползущие из-за скал к одиноко стоящему драугу. — Отзови немедленно. Если он умрет — я и разговаривать с тобой не стану.

— Хорошо, — пожал плечами Янсрунд и, наклонившись, длинно свистнул. Ветер подхватил его свист, усилил, понес над пустыней — и линормы замерли.

Йанта глубоко вдохнула. Одной рукой она так и держалась за перила — дело не лишнее при таком ветре. Вроде бы не сильный, но один порыв — и костей не соберешь, слетев вниз.

— Что еще? — Янсрунд, кажется, снова забавлялся.

— Твое обещание. Поклянись, что не превратишь меня в это… как своих слуг. И дашь нам с ярлом уйти.

— Не слишком ли много ты просишь? — поднял Янсрунд словно выписанные серебряной кистью брови. — Какая выгода мне тебя отпускать? Если уж ты так упряма, то не достанешься и ярлу. А я полюбуюсь, как сладко ему будет знать, что не успел самую малость. Подумай… Разве ты хочешь умереть?

— Не хочу, — глухо сказала она и снова посмотрела вниз.

Фьялбъёрн шел к дворцу. Медленно, упорно…

— Думаешь, он пойдет на все, чтобы тебя забрать? — вкрадчиво поинтересовался Янсрунд. — Глупая девочка… Ярл, может, и хотел бы. Но он себе не принадлежит. Его посмертие — воля Гунфридра, а владыка моря не любит непокорных. Он велел Фьялбъёрну отправляться прямиком к Вессе, но чтобы вызволить тебя, ярл нарушил его приказ. Не уверен, что Гунфридру это придется по нраву. Ты готова умереть, чтобы спасти его, но все равно губишь при этом.

— Сами разберемся, — беспомощно огрызнулась Йанта.

Рука, которой она держала перила, уже застыла. Пальцы свело судорогой, но это было терпимо, хоть и больно. Куда хуже оказалось признать правоту Янсрунда. Драуг рисковал жизнью, спасая её. И не только в лапах и клыках линормов, но и от гнева своего покровителя.

— Хочешь испытать его настоящие чувства? — улыбнулся Янсрунд. — Я обещаю, что твоя душа останется при тебе. Разве что волю заберу ненадолго. О, ничего такого! Просто чтобы ты не сказала лишнего, испортив игру. И ярла отпущу — клянусь. Даже помогу ему добраться до Вессе. Но ты уйдешь с ним, только если он сам этого захочет.

— Если… он… захочет?

Темное пятно почти скрылось между торосов. Еще немного — и драуг дойдет до ворот дворца. Но выйдет ли из него?

— В чем подвох? — бросила Йанта.

Плащ бы сюда сейчас. И рукавицы… Как же холодно! Не знающий усталости и милосердия ветер выдувал последние крохи тепла из тела, ледяными пальцами лез под подол платья, теребил волосы, щипал лицо и уши.

Янсрунд молча улыбнулся. Потом все-таки разомкнул губы, с ленцой и неприкрытым удовольствием наблюдая за ней:

— Почти никакого. Просто игра. Если другие боги позволяют себе повеселиться, двигая смертных, как фигурки на игральной доске, я тоже хочу поучаствовать. У Гунфридра — наш доблестный ярл, у Пустоты — Вессе. Да и Мрак вечно кем-то играет. А ты будешь моей фигурой и ставкой разом. Если ярл сам, по доброй воле, попросит тебя отпустить — уйдешь с ним. Но если нет — останешься. И тогда никаких прыжков за окно и прочих глупостей. Согласна?

— Я… вам… не ставка… — из последних сил прошептала Йанта. — И не его… собственность…

— Упрямица, — усмехнулся Янсрунд.

Ветер вдруг ударил в лицо совсем бешено. Упругой мощной лапой толкнул в грудь застывшее от холода тело. Йанта покачнулась, перила позади и сбоку от неё вдруг исчезли — пальцы схватили пустоту… Еще один порыв. Не удержавшись, она упала. Но не вниз, а назад — в объятия Янсрунда. Замерла, не в силах пошевелиться, потом яростно поглядела в безупречно красивое лицо, склонившееся к ней.

— Хороша… — ласково прошептал Повелитель Холода. — Сильная, горячая… И очень упрямая. Только не забывай, здесь я выбираю правила игры. И в этот раз я их выбрал за всех. Твое счастье, что я хотя бы их соблюдаю. Ты уйдешь отсюда с ярлом или покоришься мне — другого выбора не будет. А чтобы не упиралась…

Он склонился еще чуть ниже, жесткие, нечеловечески сильные руки придержали Йанту всего на несколько мгновений, но этого хватило. Губы Янсрунда обжигали, как кипяток, но не жаром, а стужей. Вечной, беспощадной, равнодушной… Его поцелуй жег, туманил мысли, лишал воли… Но в последний миг, когда волна холода уже готова была поглотить крошечную искру, которой чувствовала себя Йанта, стужа вдруг отступила.

— Достаточно, — услышала она словно издалека удовлетворенный голос Янсрунда.

Руки, держащие её, исчезли, и Йанта осталась стоять на подгибающихся ногах. Оглушенная, безмолвная, запертая внутри себя, как в тюрьме, не в силах пошевелиться без приказа…

Янсрунд оглядел её, поднял руку и щелкнул пальцами. Почти сразу из-за спины Йанты молчаливой тенью выскользнула служанка.

— Уведите её в купальню, — велел Янсрунд, не глядя на Йанту. — Умастите волосы и тело душистыми маслами, заплетите косу с алмазными нитями, нарядите и украсьте драгоценностями. И пусть ждет, пока я её позову. Время встречать другого гостя.

* * *

Повелитель Холода встретил Фьялбъёрна на самом верху длинной лестницы, вырубленной в скале и ведущей от ворот наверх — к самому дворцу. Не слишком широкая и довольно крутая, она явно задумывалась еще одним рубежом обороны, который искусство неведомых мастеров превратило в чудо красоты. Лестница словно была целиком вырезана из сверкающего хрусталя: ступени, перила, плиты стенной облицовки. И малейший солнечный луч, попав на бесчисленные грани, рассыпался на искры всех цветов радуги.

На первой же ступени ярл едва не поскользнулся. Вот позору было бы. Чистейший лед так и норовил выскользнуть даже из-под его толстых мягких сапог. А Янсрунд стоял наверху, парой сотен ступеней выше, и наверняка глумился, мерзавец!

Угрюмо глянув на лестницу, Фьялбъёрн покрепче перехватил секиру на случай всяких поганых неожиданностей и осторожно пошел по гладким, будто намыленным, плитам-ступеням. Ничего, посмотрим, кто будет смеяться последним!

— Давно у меня не было столько гостей разом, — насмешкой встретил его Янсрунд, когда ярл, не раз оступившись, но все же ни разу не упав, поднялся по проклятой лестнице. — И каких гостей! Надеюсь, почестей было оказано достаточно, ярл Фьялбъёрн Драуг?