Рождение феникса - Нина Опалько

Не верила своим ушам. Настолько, что осторожно спросила:

– Ты не шутишь?

Макс засмеялся:

– Не шучу, не шучу. Я действительно хочу дать тебе шанс, – а потом строго добавил, – Не из-за отца, конечно.

– А из-за чего?

– В первую очередь, из-за тебя. Оказывается, не такие уж вы и лунатики. Ну, еще и потому, что в моем мире мне просто нечего терять.

Только покачала головой – все никак не могла поверить, что это происходит взаправду. Макс согласился подумать о том, чтобы посетить Орбис-Луа! Невероятно! К слову о невероятном:

– Мур, ты не мог бы сделать так, чтобы Макс тебя видел?

– Ты с кем разговариваешь?

Когда получила мысленное согласие спутника, пообещала:

– Сейчас сам все увидишь.

– Куда хоть смотреть?

Не успела ответить, потому что Мур стал видимым для Макса. И даже не пришлось дожидаться сообщения спутника – лучшим доказательством стало то, что Макс вскочил на ноги.

– Мира, это еще что за черт?

– Ничего он не черт! Это мой спутник, его зовут Мур.

– Это же снежный барс! Какого лешего?

– Ой, ладно тебе, успокойся и садись обратно. Он тебе ничего плохого не сделает. Если бы хотел – давно бы тебя сожрал.

– Давно? Он что, уже давно с нами?

– С самого начала. Я его только на концерт не брала, на мотоцикле тогда еще ящика не было.

– Подожди. Ты сказала: «спутник». Это еще что значит?

– После школьного выпускного, когда мы входим во Врата Перерождения, то получаем новую внешность и свой дар. А некоторые из нас – еще и спутников. Как бы тебе объяснить? Спутники сопровождают нас всю жизнь. Защищают, оберегают, помогают… и умирают вместе с нами. Пока жива я – жив и Мур.

– Обалдеть… а как ты его понимаешь?

– Мы общаемся мысленно. Правда, он не особо разговорчив, общается только в редких случаях. А на Земле ему вообще тяжело говорить со мной, он здесь несколько… дичает, что ли. Как и я, впрочем.

– Можно его погладить?

– Конечно, не думаю, что он будет против.

И действительно, Мур благосклонно принял ласку. Мне сейчас редко удавалось его погладить – мы почти все время были на виду.

– Никогда бы не подумал, что доведется погладить ирбиса и остаться в живых, – Макс продолжил с удовольствием трепать Мура, и тот перебрался поближе и устроился в ногах у своего благодетеля.

– Слушай, а что ты говорила про Врата Перерождения? Это еще что за беда?

Несколько часов рассказывала Максу о том, как мы рождаемся, как растем и проходим обучение, как получаем свой дар… и прочее, прочее, прочее. Он слушал внимательно и очень серьезно, будто примерял на себя жизнь моего мира. Иногда просто качал головой, иногда засыпал меня вопросами. Мы проговорили почти до утра. Отвлекалась только на то, чтобы связаться с родителями, о чем предупредила Макса. Он так пристально за мной наблюдал, будто само это действие могло научить его общаться мысленно. Кажется, именно эта часть нашего обихода привлекала его больше всего.

Когда вернулись в лагерь, над морем уже занимался рассвет. Пожелала Максу спокойной ночи и тихонько прокралась в палатку к Антону и Але. Впрочем, кралась напрасно – ребята не спали.

– Уф, мы уже переживать начали! – сказала Аля, – Все в порядке? Куда вы пропали?

Я уселась рядом:

– Если коротко, то Макс меня поцеловал, потом чуть не утонул, потом я его спасла, и после этого он меня раскрыл и бросил в меня огненным шаром. А потом я ему рассказала про наш мир, и Макс гладил Мура.

– Что? – в один голос воскликнули друзья.

Пришлось рассказывать подробно и по порядку. Меня даже не перебивали – настолько были ошеломлены известиями. Когда закончила рассказ, Аля молчала, а Антон подвел итог:

– Что же, думаю, все к лучшему. Так будет гораздо проще. Да и шансов у нас прибавилось, как я полагаю. Ты все сделала правильно.

Аля согласилась. Единогласно решили, что все развивается в правильном направлении. Вдохновленная, я даже связалась с Захаром и разбудила его – так ему и надо! Когда и наш зануда подтвердил, что миссия продвинулась, хоть и развивается не по плану, окончательно успокоилась и даже приободрилась. Даже испытала невероятное облегчение оттого, что больше не надо врать Максу. На этой волне мы залезли в спальные мешки и уснули так быстро, что нам позавидовал бы любой земной студент во время сессии.

Утром спешно привели себя в порядок и стали собирать лагерь – на этот день мы планировали новое путешествие. Когда начали подъем к парковке, меня догнал Макс и попросил немного отстать от группы. Я послушалась. Когда ребята оторвались от нас, Макс заговорил:

– Раз уж ты мне призналась, что тебя послал мой отец, то и я буду с тобой откровенен. Серега на тебя не запал.

– Чего? – даже понять не могла, при чем тут вообще он.

– Ты не злись на Старого, он тут вообще не при чем. Это я его попросил тебе досаждать.

– Что? Но зачем?

– Ты только не обижайся, ладно? У нас это отработанная схема. Один изображает чудовище, а второй спасает даму в беде.

– И дама, конечно, бросается в объятия своего спасителя?

– Конечно. Еще раз: извини. Просто хотел быть с тобой честным. С сегодняшнего дня Серега будет вести себя нормально.

Злость затмила мое сознание:

– Ох, какое облегчение! Тогда и я буду с тобой честна. У меня есть парень.

Лицо Макса исказила гримаса разочарования и обиды. Не дав ему опомниться, набрала скорость и стала догонять ребят. Конечно, Макс догнал меня быстрее.

– Мира, не злись ты так! Ты, между прочим, тоже хороша! У тебя есть парень, а ты тут со мной шашни крутишь!

Я остановилась:

– Ничего я не кручу. Если ты не забыл, то я тут по просьбе Его Величества, и уж точно не по своей инициативе с тобой заигрывала. И еще кое-что, запомни раз и навсегда: со мной отработанные схемы не работают. Ни одна!

– Да понял я уже, понял! Не кипятись! Что мне сделать, чтобы ты меня простила?

– Отправиться со мной к твоему отцу, вот что.

Макс рассмеялся:

– Хорошая попытка, Мира!

От его смеха на душе стало светлее. Конечно, он поступил некрасиво, но ведь и я не лучше! Злость схлынула также быстро, как и накатила. Теперь оставалось надеяться, что и Макс остынет так же быстро. Может, и не стоило ему говорить про Рэма, но на душе после этого стало гораздо легче.

Низкое рычание мотоцикла и скорость вытеснили остатки страхов и волнений. С каждым днем все больше привыкала к этому миру, и он все сильнее очаровывал меня. И возможность увидеть его новый кусочек была для меня самым большим подарком. Мы заехали домой, сбросили туристическое оборудование и отправились в новое место. Как говорили ребята, нельзя приехать в Севастополь и не посмотреть Балаклаву. Моя память молчала об этом месте, так что поверила им на слово. Как оказалось, не зря!