Поток - Дэниэл Суарез

– Да, господин директор.

Моррисон подошел к креслу директора и тоже уставился в окно на поддельный Гонконг.

– Мистер Моррисон, кто у нас главный надсмотрщик «Гибернити»?

– Тета-Тета.

– Судя по всему, нам придется сменить тамошнее руководство. И досконально проверить, как там все работает.

– Как им удалось раздобыть наносмог? Это же новейшее оружие.

– Не думаю, что им понадобилось его добывать.

Моррисон непонимающе посмотрел на Хедрика.

– Мин Чжао сидит в «Гибернити».

– Вот как…

– Он довел наносмог до совершенства меньше десяти лет назад.

– Вы правда думаете, что наши узники создают собственные технологии? Это зэки-то?

– Я не знаю.

– Но… – Моррисон всерьез призадумался. – Не понимаю, как такое возможно.

Хедрик по-настоящему испугался. Прежде он даже не подозревал, что может так бояться.

– Ваша первоочередная задача, мистер Моррисон, – найти Джона Грейди. Пока он на свободе, вся наша организация под угрозой. Вряд ли кому-нибудь из нас понравится мысль о том, что гравитационное оружие вроде Кратоса попадет в руки наших врагов.

– Думаю, мы найдем его и поджарим прямо с орбиты.

– Нет. Он все еще нужен мне живым. Если он откажется работать на нас, останется только применить силу. Но, похоже, его мозг уникален. Так что я хочу, чтобы его поймали. Это ясно?

Моррисон кивнул:

– Для тех, кто будет его ловить, потребуется высокотехнологичное оборудование.

– Мне бы не хотелось, чтобы вы, гоняясь за ним, уничтожили несколько городских кварталов. Используйте только нелетальное оружие. И чтобы никакой огласки. Я разрешаю технологии четвертого уровня.

– Четвертого? Едва ли этого хватит, чтобы справиться, например, с официальными властями.

– Значит, будете на этот раз действовать умнее. Я не могу допустить, чтобы у нас из рук уплыла еще какая-нибудь передовая техника. Четвертого уровня достаточно. Это ясно?

Моррисон вздохнул, выражая недовольство, но кивнул и повернулся, чтобы уйти.

– И еще одно…

Моррисон остановился.

– Когда поймаете Грейди, нанесите неожиданный визит в «Гибернити» – с большими силами и во всеоружии.

– Чтобы разобраться с персоналом?

Хедрик взял в руки маленькую модельку первого термоядерного реактора, которая обычно стояла на его рабочем столе:

– Да. А еще я хочу, чтобы вы по головам пересчитали заключенных.

– Это большая работа. Чтобы открыть все камеры, потребуется…

– Я хочу, чтобы вы лично посмотрели на него.

Моррисон испытующе посмотрел на Хедрика:

– Арчибальд Чаттопадхай мертв. Его камера не функционирует уже лет десять. Там нет ни воды, ни пищи. Над ней девятьсот футов сплошной каменной породы.

– Я хочу, чтобы вы на него посмотрели.

– Он никак не мог…

– Просто сделайте это.

Моррисон еще мгновение смотрел на директора, а потом кивнул.

Тут двери кабинета отворились, впуская Алексу. Оба мужчины подняли глаза, при виде вошедшей Хедрик просиял:

– Что ты хотела, моя дорогая?

– ИскИны напали на след нашего мистера Грейди.

Хедрик почувствовал, как в нем волной поднимается облегчение:

– Отличная работа. И где же?

– Вчера ночью агенты ФБР в Чикаго проверяли отпечатки пальцев подозреваемого и обнаружили, что они совпадают с отпечатками Джона Грейди.

Хедрик хлопнул ладонью по столу:

– Значит, они его взяли.

– Нет. А еще агент ФБР сделал в Интернете запрос «Федеральное бюро технологического контроля».

Хедрик нахмурился.

– Этот же агент арестовал Ричарда Луи Коттона. Его, вернее, ее зовут Дениз Дэвис.

Грэм сильно удивился:

– Ты думаешь, Коттон…

– Нет. Коттон кто угодно, но не идиот. И у него все в порядке с инстинктом самосохранения.

Моррисон кивнул своим мыслям:

– Чикаго всего в нескольких часах езды от нас.

Алекса повернулась к Хедрику:

– Эта Дэвис регулярно мелькала в новостях в связи с судом над Коттоном. Вероятно, Грейди увидел ее и решил, что ей можно доверять.

Хедрик сделал нетерпеливый жест:

– Так нам известно, где сейчас Грейди?

– Мы знаем, где он был. – Алекса включила голографическое окно, которое разом показывало тысячу крошечных видеороликов. – По моему распоряжению ИскИны изучили записи всех уличных камер наблюдения, расположенных в центре Чикаго, в радиусе пяти километров от местонахождения агента Дэвис. Они проверяли, не окажется ли там кто-нибудь, имеющий сходство с Грейди. Там много видеокамер, какие-то установил город, какие-то – федеральные власти, так что покрытие оказалось хорошее.

– И?

– Никаких следов Джона Грейди.

Хедрик всплеснул руками.

– Я решила проверить перемещения агента Дэвис. Предположила, что Грейди пришлось некоторое время следовать за ней, прежде чем вступить в контакт. И вот что я нашла… – Она выбрала одно из миниатюрных видеоизображений, развернула его во весь экран и поставила на паузу.

Картинка с обычной видеокамеры по уровню детализации и близко не стояла к той, что давало оборудование БТК, но все же была достаточно четкой. На ней женщина с короткой стрижкой шла по людной чикагской улице в сопровождении нескольких мужчин в костюмах. Ее обрамлял красный прямоугольник.

Однако Алекса указала на одетого в джинсы и толстовку мужчину, который шел за выделенной красным женщиной, отставая от нее на несколько ярдов. Лицо мужчины бросалось в глаза даже в толпе, но было неразличимо из-за заливавшего его слепящего света.

Грэм в замешательстве нахмурился:

– Это что такое? И как можно разгуливать в толпе с такими яркими огнями на физиономии и не привлекать всеобщего внимания?

Алекса посмотрела вверх:

– Варуна, ты можешь объяснить, что у него с лицом?

– Да, Алекса, – раздался бестелесный голос ИскИна. – Это устройство было впервые использовано заключенными тюрьмы «Гибернити». С помощью него они мешали работе нашей предыдущей системы распознавания лиц.

– Оно использовалось заключенными? – сузил глаза Хедрик.

– Верно. Устройство состоит из гогглов, снабженных коротковолновыми инфракрасными светодиодами с излучением примерно восемьсот пятьдесят нанометров, как на обычных датчиках движения. Это излучение не воспринимается человеческим глазом, но соответствует спектральной чувствительности матриц в видеокамерах или других фотодетекторах на кремниевой основе. Если источник такого излучения расположить в районе человеческого лица, это сделает невозможным распознавание его характерных черт, их взаиморасположения и размеров.