Вторая невеста Драконьего Лорда 2 - Любовь Огненная

Одной лапой я так и прижимала к себе восхищенного большим зверем Кирюшу, а вот коготь другой зацепился за кулон, подаренный Рейтаром, что все это время безмятежно висел на моей шее в человеческой ипостаси.

Тонкая цепочка порвалась, не выдержав напора, но поймать огненное сердце я успела. А еще его сердцевина почему-то оказалась пуста. Заключенного в нем пламени словно и не было. Этот факт отчего-то очень сильно меня расстроил.

А впрочем…

Пожалуй, он стал той самой каплей, что пошатнула чаши весов. Усевшись прямо в снег — на этот раз без опасения застудить себе все на свете, — я горько заплакала, прижимая к себе безделушку.

Прекрасно понимала, что она не имела абсолютно никакой ценности. Разве что только для меня как память о нашем приключении, но отчего-то сердце заполнялось болью. Мне было трудно дышать. Казалось, что мир кончился именно в эту секунду, что жизнь потеряла всякий смысл, чего на самом деле, конечно же, не было.

Я просто устала, но остановиться, перестать плакать никак не получалось. Эту истерику я вообще не контролировала, но с каждым ревом, с каждой выплаканной слезой мне словно становилось легче.

— Р-р-р… — притих драконище бессовестный, что размерами по-прежнему был больше меня.

Правда, теперь наши габариты отличались не очень сильно.

— Что «р-р-р»? — рыдала я, размазывая слезы лапами по морде. — Вот что «р-р-р»? Не горит больше, понимаешь? Слома-а-ался твой подарок! Как я теперь без него-о-о бу-у-ду-у-у?

— Уру-ру, — успокаивал меня Кирюша, поглаживая мои чешуйки маленькой лапкой.

В отличие от меня, когти он втягивать уже научился. Может, драконы где-то там в цепочке развития все-таки когда-то были кошками?

— Вот тебе и уру-ру, — громко шмыгнула я сопливым носом, подыскивая, во что бы совершенно беспардонно высморкаться. — А ты не рычи на нас! И без тебя тошно!

— Рай! — закатил этот драконище свои пылающие глаза.

Что означало это загадочное: «Рай!» — догадаться было нетрудно. С видом, будто я абсолютно ничего не понимаю в колбасных обрезках, Рейтар отобрал у меня им же подаренный кулон и повертел его в лапах.

Понюхав, куснув клыком и даже лизнув изделие, он нашел как открыть сердце, а после неожиданно зажег маленький огонек на кончике своего когтя. Это миниатюрное пламя было быстро помещено в центр кулона, а сама вещица со щелчком закрылась, но на этом ювелир не остановился. Тем же пламенем, зажав порванную цепочку между пальцами, он спаял концы между собой.

Передав починенное мне в лапы, дракон замер с невозмутимой мордой победителя. Мол, давайте уже хвалите меня, возносите благодарности и цените мою находчивость.

— Спасибо, — прошептала я растроганно и временно повесила кулон на Кирюшу.

Во-первых, потому, что на мою шею он никак не налезет при всем моем старании, а во-вторых, чтобы не потерять.

Очередное непередаваемое «Ру-ры-рай» я перевела как «Не стоит благодарностей». Ну, меня два раза просить не нужно было. Рейтар однозначно пришел в себя, а потому время для игр закончилось.

— Что делать будем? — поинтересовалась я, пристраиваясь рядом.

Полянка, по которой мы бегали ранее, представляла собой переворошенный снег. С одной стороны, было бы замечательно вновь вернуться в свою человеческую ипостась, а с другой — снова мерзнуть не хотелось абсолютно. Не располагали мои туфли и платье к прогулкам в этих широтах да по таким сугробам.

Глянув на меня искоса, Рейтар окинул задумчивым взглядом ледяные статуи, которыми было напичкано горное плато. Я же смотрела на него. Теперь, когда от неадекватной зверюги не осталось и следа, мне жутко хотелось спросить, как он все-таки умудрился получить своего зверя, но казалось, что сейчас у нас есть дела поважнее.

Например, растопить больше десяти ледышек. Только для начала стоило понять, что именно нам помогло: костер, непродуваемое согретое пространство или тепло драконьих тел.

Пока я думала, Рейтар решил действовать кардинально.

Набрав в легкие побольше стылого воздуха, он выдохнул такой столб пламени, что я как-то сразу поняла: со мной действительно игрались, гоняя по сугробам. Если бы этот дракон захотел, от меня бы даже пепла не осталось.

— Ру-рай, — продемонстрировали мне лапой, что теперь моя очередь.

— Я? — переспросила я удивленно. — А я-то зачем?

— Ру-рай! — скомандовал драконище строго, и Арскиль за ним повторил, тоже нетерпеливо тыкнув лапкой в пленников гор.

— Ну как хотите. Если что, я с себя всю ответственность сразу снимаю, — мысленно перекрестилась я, помянула недобрым словом Святую Мать и таки выплюнула из себя жалкое подобие метели.

Оно даже не долетело до скованных льдом драконов.

Такой результат Рейтара не устроил совершенно. Целых полдня, а то и больше — время здесь вообще шло непонятно даже по внутреннему циферблату, — он учил нас с Кирюшей выдыхать из себя полагающиеся нам, как драконам, чары. Дракошка привычно плевался огнем, теперь пробуя растянуть короткие сгустки до огненного столпа. Я же создавала снежную бурю, будто тут без меня было мало снега.

Когда же у меня наконец получилось, драконище вместе с племянником снова как следует поджарил статуи. После него настала моя очередь, и, только выдохнув из себя настоящую метель, я поняла, зачем он так настаивал на использовании моей магии.

Снег, что вырывался из моей пасти, сразу же таял, едва достигал ледяных статуй, стекая с них самой обыкновенной водой. В серое небо с шипением уходил пар.

Раз, второй, третий… Ледяная корка становилась все меньше, постепенно образуя небольшие сине-голубые кратеры вокруг статуй. В конце концов мы и вовсе услышали тихий треск.

За тем, как тонюсенький слой льда крошится и опадает, мы наблюдали с затаенным дыханием. Первым не выдержал Кирюша, ведь именно его отец оказался тем, кто нашел физические силы бороться с чужой магией с другой стороны.

Я просто не успела поймать малыша. Пронесшись по снегу, он влетел в объятия статного бледного мужчины, который рухнул на одно колено. Было видно, насколько он слаб, но мы с Рейтаром предпочли притвориться, что ничего не заметили. Я вообще тихо рыдала, не имея возможности остановить поток слез.

Вторым тонкую преграду преодолел незнакомый мужчина, что и так стоял на коленях. Он выглядел лет на пятьдесят, но его солидный возраст выдавала седина, затесавшаяся словно опавший снег в чернильные волосы. Эта смесь мне вдруг почему-то напомнила об Эрмосе.

— Лорд Грайверс? — спросила я негромко, чтобы не потревожить горы.

Гулко сглотнув, со свистом втянув стылый воздух, лорд рвано кивнул и закрыл веки, видимо пережидая приступ слабости.

Третьей от ледяного плена избавилась Эльда — мать Арскиля. Ей без сил упасть в снег не дал супруг.

Треск слышался снова и снова. Небо стремительно темнело. Снежные хлопья вновь решили осчастливить нас своим присутствием, но это было даже хорошо. За ними никто не видел моих слез. Никто, кроме Рейтара.