Забавы агрессоров - Денис Юрин

– Итак, перейдем ко второй теме нашего занятия, – пропел мелодичный голос хозяйки пенсне, симпатичного личика, отменной фигуры и делового костюма с укороченной юбкой.

«Хоть первую часть пропустил, но зато вторую целиком послушаю», – утешил себя моррон, которого давно интересовало, как шаконьесы воспитывают свою молодежь, как им удается удержать шебутных подростков в строгих рамках племенных законов и не дать подрастающему поколению окунуться с головой в омут современных соблазнов: секс, интернет, наркотики.

– Сегодня мы поговорим о роли семьи в человеческом обществе, – прощебетал все тот же прекрасный голос. – Кто хочет начать?

К удивлению моррона, двенадцать из пятнадцати учеников изъявили желание начать дискуссию. В человеческой школе такой энтузиазм среди воспитуемых был редким, хотя и милый разговор в беседке нельзя было назвать штатным, программным уроком. Представители подрастающего поколения шаконьесского рода вели себя раскованно и даже не стеснялись открыто рассматривать оголенные коленки учительницы.

– Прошу, Лана, – наконец сделала выбор учительница из дюжины добровольцев.

– Семья – вторая по величине ячейка человеческого общества, хотя, с другой стороны, ее наличие в современном мире можно поставить под сомнение, – начало бойко вещать рыжеволосое веснушчатое создание в протертых брюках и легонькой рубашке-безрукавке. – Если рассмотреть типичную структуру общественной организации любого разумного вида, то есть «индивидуум – семья – племя или община – коммуна – государство», то структура современного человеческого социума ущербна и сокращена до минимума.

– Поточнее, пожалуйста, – попросила учительница, заметив среди учеников нескольких несогласных с такой постановкой вопроса.

– Ну, то есть родовая основа в человеческом обществе исчезла при возникновении первых государств, – поправилась рыжеволосая. – Государственная система уничтожила племенные взаимосвязи между людьми, а также способствовала развитию городских коммун, которые просуществовали до нашего столетия. Однако...

– Лана, не надо пересказывать материал средней образовательной школы, – прервала учительница занудное бормотание и дала слово другому ученику: – Пожалуйста, Гог, но только ближе к нашей теме.

– Современный мир людей – это мир ханжей, спекулянтов и индивидуалистов, мир, в котором имеют значение лишь деньги и личное благополучие, – уверенно начал бичевать язвы человеческого общества прыщавый парнишка по имени Гог. – Даже при вступлении брак мотивы современных людей существенно отличаются от побуждений их предков. Раньше брак был залогом стабильного удовлетворения полового инстинкта и единственной возможностью продолжения рода. Сейчас же среди людей наблюдается увеличение тенденции невыполнения супружеских обязанностей, чаще всего в одностороннем порядке со стороны жен, и значительное сокращение рождаемости. Основные мотивы женщин, решивших связать себя семейными узами, – улучшение материального благосостояния, нежелание работать и уж только потом удовлетворение материнского инстинкта, притом обычно на одном ребенке они и останавливаются,

– Ага, и начинают отгонять от себя мужа, ссылаясь на вымышленные болезни, – с явным апломбом дополнила Лана.

Притихший в кустах Конт был поражен, он не ожидал, что шаконьесы обсуждают со своими детьми подобные темы и что взгляд на проблему у девочек-подростков трезвый, не затуманенный зарождающимся в недрах юной девичьей души антагонизмом к мужскому началу.

– Конечно, во многом виноваты и сами мужчины, – продолжила Лана. – Они и только они превратили женщину в постельную игрушку и кухарку. Они и создали бытующие ныне разрушительные для общества стереотипы поведения и идеалы женской красоты.

– Что ты имеешь в виду? – задала наводящий вопрос хитрая учительница.

– Тонкая талия, силиконовая грудь и узкие бедра, – тут же ответила бойкая девчушка в джинсах. – Привлекательными считаются лишь худышки, физиологически плохо приспособленные к процессу деторождения. Медицинская статистика показывает, что за последнее десятилетие количество кесаревых сечений возросло на семьдесят восемь процентов...

Конта вдруг обуяла злость. Вызвали ее не слова подростка, а хитрая улыбка, промелькнувшая на губах учительницы. Она была явно в курсе «Проекта 107», но не говорила своим ученикам, что именно они, шаконьесы, ввели для человечества «новые стандарты», изменили у людей систему жизненных ценностей, превратили их в убежденных эгоистов и отменных сволочей даже по отношению к своим близким.

– Достаточно, вы абсолютно правы, – доброжелательно улыбнувшись талантливым ученикам, учительница решила перейти от теории к практической части занятий. – Однако цель наших занятий – не критиковать существующий порядок вещей и не смотреть на мир сквозь розовые очки. Мы должны изучить психологию человеческих индивидуумов применительно к аспектам брака, научиться жить и сформировать в будущем полноценную семью вне зависимости от того, кто ваш партнер: шаконьес или человек. Надеюсь, никому из вас не нужно объяснять, как важны для общего дела смешанные браки с людьми?

– Они дают нам свежую кровь и превращают детей наших врагов в таких же шаконьесов, как мы, – встрял не отрывавший взгляд от учительских коленок Гог.

Моррон в кустах улыбнулся, но улыбка была горькой, скорее она походила на печальную усмешку проигравшего битву полководца. Шаконьесы веками выживали и прятались, но делали это умело и всегда учитывали ошибки людей. Национальная идея существовала в мире людей не одно столетие: герканцы испокон веков презирали филанийцев, а те отвечали им ненавистью; шеварийцы никогда не ладили с виверийцами и т.д. и т.д. Однако пламя национального антагонизма очень редко перерастало в пожар открытых войн. Мешали многие обстоятельства, например смешанные браки и их неприкаянные плоды-полукровки. Любой националист-человек презирает нечистокровного представителя своего вида, а радикалы открыто призывают к физическому уничтожению подобных. Шаконьесы же действуют с точностью до наоборот, они принимают в свои ряды любого, в ком течет хоть малая капля племенной крови. Само понятие «вид» уже давно перестало быть понятием наследственным. Шаконьесский род превратился в общность социальную, состоящую на девяносто процентов из людей, естественно только с биологической точки зрения, и воспитанных в шаконьесских племенных традициях. Конт не сомневался, что ни в одном из присутствующих в беседке нет и сотой доли исходной орочьей крови, но именно такие, как эти подростки, и составляли основную массу мощной шаконьесской организации. Они считали себя шаконьесами, они мыслили как шаконьесы и так же сильно ненавидели людей, прежде всего за то, что среди них приходится жить.

– К сегодняшней беседе, – учительница упорно избегала приевшегося всем слова «урок», – я просила вас ознакомиться с материалами нашумевшего два года назад дела полесского маньяка Русмеро Шикаалоса. Надеюсь, никто из вас не забыл посетить криминальный архив?

Юные шаконьесы все, как один, замотали головами и достали папки с подшивками вырезок из полесских газет двухгодичной давности. Напряг свою память и Конт. Регулярным прочтением прессы он не увлекался, но в самый разгар этого нашумевшего по всему миру процесса он как раз служил в старгородском филиале ГАПСа. Дело известного маньяка-женоубийцы просто не могло пройти мимо его ушей.