Пара для дракона, или рецепт идеального глинтвейна - Алиса Чернышова

Опасные это были мысли. Она глушила их, как могла, говорила себе, что уж она — баба земная и обыкновенная, что кто-то должен и выпивку великим колдунам наливать, но тихий шёпот сожаления все же пробивался иногда.

Если совсем уж честно, именно потому она и потянулась навстречу Тиру так легко, согласилась, не думая. Не ради титула, в который до последнего не верилось, не ради денег, нет. Но — ради того чуда, которое, казалось, олицетворял собой бирюзовый крылатый зверь, обратившийся в пристройке, ради шанса найти что-то, ей предназначенное, ради шанса обрести любовь, наконец — ту самую, о которой принято слагать стихи, ту самую, которой ей видеть не доводилось.

Ошиблась, конечно, дура великовозрастная. У самой сколько всего за плечами пройдено, сколько мутной воды отцежено, сколько лжи услышано, а вот же гляди ты — сказки захотелось. Вот и жуй теперь свой сказку, вот и гляди теперь на волшебных созданий, пока гляделки не повылазят!

Точно понимая настроение матери, Веточка закапризничала ещё сильнее. Будь у Ирейн силы, она бы, конечно, сходила ко вдове Дорофф, что за поворотом — у той всегда можно было раздобыть свежее молоко. Здоровье, однако, без связи с драконом тут же стало сдавать, да и показательные выступления сказались: она и встать не могла без боли, дыша поверхностно и тяжело. Позвать кого? Но наверняка примчится дракон, а с ним ей и говорить не о чем…

Будто отвечая на её мысли, дверь распахнулась, и в комнату без стука вошёл Казначей. Вот только его Ирейн и не хватало, чтобы почувствовать себя счатливой, да-да!

— Можешь ещё насрать посреди комнаты, — сказал она зло. — Ты же, кажись, перепутал её со своим сортиром, если и стучать нужным не считаешь?

Уголок губ Казначея чуть дрогнул в пародии на улыбку.

— Мой князь сказал прислать к вам Лиз, — сказал дракон. — Но я посмел предположить, что моя кандидатура будет лучше.

— И чем это?

— Ну, для начала на мне есть бельё.

— Не убедил.

— И не старался. Вы мне не понравились с первого момента, моя княгиня.

— Это, знаешь ли, взаимно.

— Знаю.

Они уставились друг на друга, не мигая, как парочка бойцовских псов, пытающихся прикинуть — как бы половчее порвать врагу горло.

— Вы огорчили князя, — сказал в итоге Серый дракон. — Я пришёл обсудить сложившуюся ситуацию.

— И часто ты решаешь проблемы с княжескими бабами?

Смешок.

— Чаще, чем хотелось бы. Впрочем, едва ли мелкие инциденты, решаемые за один день и с минимальными денежными вложениями, можно всерьёз считать проблемами. Но вы — не просто баба, вы — его пара. И да, это — проблема. К слову… Как ваше самочувствие после разрыва связи и демонстративных сцен? Надеюсь, ничего не болит?

Ирейн сцепила зубы. Вот уж ни секунды не следовало сомневаться: драконий слух отлично уловил и хрипы в легких, и затруднённое дыхание, и срывающийся голос, и сбоящее сердце.

— Спасибо за заботу, — сказала она. — Все в порядке. Если это все, позови, будь добр, Лиз.

— Увы, — развёл руками дракон. — Я её уже отправил за молоком — оно едва ли заменит человечье, но, все же, лучше, чем ничего.

— Какие познания о детях! Что, уже не оленья печень? — покривила Ирейн губы. В холодных серых глазах напротив заплясали смешки.

— Я вырастил маленького брата, моя княгиня, и не особенно доверял прислуге — проверял каждый их шаг. Разумеется, я прочёл все, что было в свободном доступе, о воспитании детей разных рас — я привык обстоятельно подходить к вопросу.

— Она могла отравиться.

— Тёмная ведьма? Оленьей печенью, которая лучше всего восстанавливает им силы? Лучше было бы только сердце, да не лесного зверя, а оленя-оборотня, но его под рукой не было, да и печень мягче.

— Страшно представить, каким чудным ребёнком вырос твой брат, — только и сказала Ирейн.

— О, он не вырос. Он бросился на скалы, когда ему исполнилось сто двадцать. В пересчёте на ваш возраст (насколько можно проводить параллели, разумеется) это — лет четырнадцать-семнадцать. Так что нет, мой брат не вырос. Ему не позволили.

Ирейн поджала губы, с которых готовы были сорваться никому из них двоих не нужные сожаления.

— Его пара умерла, как я понимаю?

— Его пара предала его, — усмехнулся Казначей. — Но да, умерла — чуть позже. Я убил её лично.

— Ясно, — что тут ещё добавишь?

— Так вот, пока мы ждём Лиз, я, коль уж вы хорошо себя чувствуете, с вашего позволения расскажу вам одну историю. Точнее, часть новейшей истории Предгорья, которую вам вскоре предстоит изучать — так что, это не будет пустой тратой времени. Для начала, вам стоит знать, моя княгиня, что у драконьих мальчиков-аристократов распространена так называемая система "боевой тройки". Изначально она придумывалась, как боевое построение, но со временем приобрела совершенно иное культурное, политическое и общественное значение. Суть этого обычая в том, что три знатных драконьих дома, дружных между собой, в воспитывают вместе своих драконят, меж которыми разница в возрасте не превышает пятидесяти лет. Раньше мальчиков подбирали по особенностям семьи, чтобы в тройку вошли представители правящего и боевого кланов, чтобы их способности и характеры дополняли друг друга в защите, нападении и планировании. Потом, когда детей-аристократов стало рождаться все меньше, боевую тройку составляли просто из тех, кто подходит по возрасту. Некоторые дома даже заключили мирные договора, чтобы их ребёнок стал частью тройки.

— Интересная история, — сухо сказала Ирейн. — А девочкам тройки не положены?

— Порой бывают и они, но крайне редко — увы, драконицы рождаются статистически реже, потому подобрать им сходных по возрасту союзниц сложнее. В этом случае стараются набирать девочек из прислуги, чтобы позже возвысить их до помощниц, или дракониц из обычных семейств, верных этому знатному дому. К слову, господин Ос уже размышляет над тем, кого ввести в ближний круг госпожи Иветты. К сожалению, нет ни одной знатной юной особы, которая бы хоть примерно подходила по возрасту: за последнюю сотню лет родился лишь один знатный драконий ребёнок, но — мальчик. Да и Медный дом, как ни крути, не в лучших с нами отношениях.

Ирейн подзависла. Какой-то там дракон выбирает её Вете… друзей? Серьёзно?

— Впрочем, я отвлёкся. Важен тот факт, что мне несказанно повезло: когда я родился, в союзных семьях появилось на свет двое маленьких мальчиков, Ис и Тир, с которыми мы и составили боевую тройку. Изначально моя кандидатура вызывала у остальных сторон сомнения — Серый клан не назвать богатейшим, да и история его сомнительна. Однако, моя мать была Золотой драконицей, последней (если не считать одного из Старейшин) представительницей прошлого княжеского рода — это и решило дело.

Ирейн нервно поёжилась.

— Получается, твои предки были князьями?