Бывшие, или У любви другие планы - Татьяна Серганова

— Надо же, — пробормотала я. — Тайный ход.

Удивляться нечему. Замок был древним и логично предположить, что он напичкан подобными вещами. Удивляло другое, почему мне никто об этом не сказал. Ведь многие знали о том, что я люблю здесь отдыхать.

— Мой дорогой двоюродный дядюшка живёт тут недолго. И у меня, в отличие от него, было много времени в детстве, чтобы обследовать каждый уголок этого здания. Я ведь был уверен, что когда-нибудь оно достанется мне. Прошу, герцогиня,

— Клод протянул мне руку.

Помедлив пару секунд, вложила ладошку. А другой рукой бросила на пол маячок. Он вспыхнул голубым цветом, и я невольно затаила дыхание. Но ничего не произошло. Этот свет был доступен лишь искрящим, к счастью, родственник к ним не относился.

Путь был долгим. В темноте, освещаемой лишь тусклым светом магического светильника, который он держал в руке. Его вторая рука крепко держала меня за запястье, не давая вырваться.

Паутина, затхлый запах плесени, который забивался в лёгкие и вызывал сухой болезненный кашель. Холодный камень под ногами и писк крыс, что пробегали мимо нас. Бесконечные повороты, на которых я старалась оставить маячки. Не знаю, как мужчина ориентировался, но я уже понятия не имела, где мы находимся. Оставалось надеяться, что он знал дорогу.

— Почти пришли.

Сначала я услышала шум воды, мелодичный перезвон падающих капель, воздух стал более свежим и чистым, потолок поднялся выше, а вдалеке возник тусклый свет.

Пара шагов и мы вышли к небольшой зале с высоким потолком, который терялся во мраке. В центре неё располагался круглый пруд. А на каменной скамейке, тяжело опираясь плечом о перила и свесив голову вниз, сидел светловолосый мужчина.

— Эйдан!

Мой бывший жених действительно полулежал на скамейке и вздрогнул, услышав крик, который гулким эхом прошёлся по стенам и затерялся в вышине.

— Селина.

Вырвав руку из захвата Клода и подхватив юбки, бросилась бежать вниз, едва не падая на мраморных ступеньках. Мои шаги гулко отзывались в пустом помещении.

Селина, — вновь повторил Эйдан, когда, приземлившись рядом с ним на колени, я принялась лихорадочно ощупывать его, трогать лоб, заглядывать в глаза. — Ты здесь.

— Великие, — выдохнула едва слышно и закусила губу.

Выглядел Эйдан кошмарно: бледный, с впалыми глазами, которые горели тусклым светом. Синяки на лице пожелтели, став неприятного фиолетового цвета. Он похудел очень сильно, скулы выступили, нос заострился.

— Ему нужно к целителю и как можно скорее, — сказала, бросив взгляд на Клода, который не спеша подошёл к нам.

— Ты же понимаешь, что это невозможно.

— Селина. Моя Селина. Ты здесь, — шептал Эйдан.

Счастливая улыбка вызывала дрожь, такой жуткой она выглядела, и я едва сдерживала слёзы.

— Он болен, измучен и замёрз. У него жар, — я вновь коснулась его лба и закусила губу. — Мы не можем его так просто оставить.

— Зачем оставлять? — лениво отозвался родственник.

Засунув руки в карманы брюк, он медленно покачивался туда-сюда на низких каблуках и насмешливо улыбался.

— Что вы имеете в виду?

Эйдан поймал мою ладошку и прижал к сухим губам.

— Я так скучал.

— Я помогу вам выбраться отсюда. Сбежать и начать новую счастливую жизнь, — продолжил тот.

— Что?

— Селина, как я скучал, — вновь зашептал Эйдан. — Я избавлю тебя от этого монстра. Мы будем вместе.

— Я не могу. Я связана клятвой.

Будто в подтверждении моих слов метка на запястье болезненно вспыхнула.

— Любую клятву можно обойти. Ты ведь искрящая и довольно сильная. Значит, найдёшь способ обойти это недоразумение, — равнодушно отмахнулся молодой Корвил.

— Это не так просто. И я не понимаю, — я вновь повернулась к Эйдану, встречаясь с потухшим взглядом мутных голубых глаз. Боги, как же ему плохо! — К чему такая спешка? Всего год, и я буду свободна.

— Он поступил нечестно, — тихо, но твёрдо произнёс виконт. Губы побелели и капельки пота выступили на лбу, хотя здесь было прохладно. — Он чуть не убил меня на дуэли.

Да, выглядел он очень плохо, но я знала и другую правду.

— А должно было быть наоборот? — тихо спросила у него, глядя прямо в глаза, ловя каждую реакцию. — Эйдан, ты сговорился с моим братом и пытался опоить Архольда.

Да.

Я поняла это по вине, промелькнувшей в его взгляде, по тому, как быстро он отвернулся от меня.

— Я не мог иначе.

Я сжала кулаки и покачала головой:

— Мог, но ты пошел другим путём. Нечестным.

— Что я должен был сделать? Он сильнее и проворнее меня. Я не мог отдать тебя без боя.

— А вышло так, что ты едва жив, а я на целый год привязана к Архольду. Ты должен был поговорить со мной, прежде чем решаться на такое безумие. Должен был. А ты решил провести всё тайно.

— Прости, — виконт вновь поймал мои ладони и прижал к груди. — Прости меня. Я так устал. Такой сложный путь. Прости меня, прошу.

— Как виконтесса тебя отпустила? Тебе надо было отлежаться.

— Я лежал. Всё хорошо. Просто немного устал. А матушка не знает. Это наша жизнь, Селина. Только наша. Мы сбежим.

— Куда? — горько усмехнулась я. — Правители двух государств договорились о нашем союзе с Архольдом. Ты хочешь пойти против них?

«И против воли Великих», — подсказало сознание.

— Против всего мира. Мы же вместе. Я люблю тебя.

Я прислушалась к своему сердцу и не почувствовала ничего. Нет, жалость, тоска и боль по ушедшему были. Но не любовь. Ничего не осталось. А было ли? Может, я так хотела избавиться от воспоминаний о Дереке, что пыталась заполнить их чувствами, выдавая их за реальные?

— Послушайте, голубки, времени у нас мало, — раздраженно вмешался Клод, — так что давайте быстрее.

Надо было сказать правду. Надо было отказаться, но я смалодушничала.

— Мне надо вылечить Эйдана, — произнесла едва слышно.

— Времени нет.

— У него жар, горячка, здесь очень холодно. Я не могу рисковать его здоровьем.

— Вылечишь потом.

— Сейчас!

— Селина, нам пора, — попытался вмешаться виконт, но я покачала головой.

— Ты теряешь сознание. Еще неизвестно, что будет дальше.

— Передумала, герцогиня? — схватив меня за руку и рывком поднимая с колен, рыкнул родственничек.

— Пустите, — процедила я.

— Богатство и титул вскружили голову?