В комплекте - двое - Галина Долгова

— Правильно понимаешь. И что дальше?

— Собери сумку с тем, что тебе нужно, но много не бери, на Оссэро есть все, что нужно. Да, технику не бери, розеток ты там не найдешь. Я приеду через два часа, и мы сегодня же уйдем на Оссэро. Вопросы?

— Нет.

— Отлично. Жди, дорогая, я еду.

Угу, едет он. Почему-то мне казалось, что в течение всего разговора он ехидно улыбался. Так, Полина, спокойнее, выбора у тебя все равно нет. Я обвела взглядом комнату. И что прихватить с собой? Жаль, технику брать нельзя. Плеер, книга и телефон остались сиротливо лежать на столе рядом с ноутбуком. Боюсь, я там со скуки умру. Тогда что взять? На лице сама собой возникла ехидная улыбка, и я зарылась с головой в шкаф. В большую дорожную сумку полетело белье, чулки и шелковые ночные рубашки. «Раз там средневековье, то и панталоны должны быть», — хихикнула я. Потом положила пару блокнотов, ручки, карандаши, спички, ножницы, косметику, средства гигиены и прочие женские штучки, последней легла фотография родителей. Я переоделась и села ждать. Когда раздался телефонный звонок, сердце предательски вздрогнуло. Неужели Арт сейчас скажет, что не приедет? А самочувствие-то пока не улучшилось.

— Алло?

— Ты… ты дрянь!

— Марина?

— Нет, королева Зимбабве, блин! Как ты могла? А еще подруга! Ты всю жизнь мне завидовала! Думала, я не знаю? Да на тебя никто даже на трезвую голову не взглянет! Что, юбку задрала и довольна? Так не надейся, таких, как ты, у него десятки!

— Марин, да ты о чем? — Сказать, что я была в шоке, это ничего не сказать.

— Не прикидывайся идиоткой! — взвизгнула подруга. — Он мне сказал, что вы с ним уезжаете! Это правда?

— А… — Я замялась. — Да, правда, Арт сделал мне предложение, — промямлила я.

— Что? — Секунду она молчала. — Никогда не думала, что ты на такое способна, — прошипела Марина. — Я его заметила, он ко мне подошел, я приехала тебе помочь, а ты соблазнила моего парня. Ты дешевая дрянь! И мне больше не подруга! Надеюсь, он тебя поимеет и бросит! Прощай!

В трубке раздались гудки.

Проклятье! И что ей сказать? Правду? Она не поверит, да и не станет слушать, к тому же оправдываться мне не в чем. В душе поднялась ярость. Так вот, значит, как она обо мне думает. Подруга! Это же надо, столько лет притворяться, а на самом деле… Было больно и обидно, хотелось зареветь, но слез не было, просто сухое жжение в глазах и тяжесть на сердце. Плевать! На все плевать! Меня уже сегодня здесь не будет! И Маринку я больше не увижу, пусть ищет себе независтливую подругу и мужика побогаче! Вот так жизнь и меняется в один миг.

В квартиру позвонили. С трудом поднявшись и подхватив сумку, я вышла в коридор. Открывшая дверь мама настороженно смотрела на стоявшего на пороге Арта. Выглядел он не особо хорошо — синяки под глазами, бледные губы, на виске бьется жилка, но едва он шагнул в квартиру, мне стало легче. Ощущение, как если в жару встать под вентилятор и сделать глоток воды, — облегчение, освежение, легкость. Я глубоко вздохнула. Как же хорошо.

— Добрый вечер. — Он обаятельно улыбнулся. — Я Артур, жених Полины.

— Жених? — переспросил вышедший из комнаты папа.

Таких глаз у родителей я никогда не видела, даже хихикнула непроизвольно.

— Да. Мы можем поговорить?

— Ну проходите, — процедил папа, бросив на меня взгляд исподлобья.

Дальше произошло что-то непонятное. Родители и Арт сели за стол друг против друга. Повисло молчание. Я с удивлением заметила, как зрачки Арта сузились, а сапфировая радужка затопила глаза. Папа и мама, казалось, перестали дышать, а потом закрыли глаза и уронили головы на стол.

— Что ты сделал с ними?! — Я бросилась к ним.

Он пожал плечами:

— Ничего. После изменения памяти необходим сон, чтобы информация лучше усвоилась. Они проснутся через час в уверенности, что ты уехала с женихом в Австралию. У тебя все хорошо, и ты счастлива.

— А я смогу как-нибудь с ними связаться в течение года?

— Хм… — Он прищурился. — Вообще-то можно. Где твоя комната?

Я отвела его в свою комнату. Там, подойдя к зеркалу, Арт начал делать перед ним какие-то пассы, а потом достал из кармана белый камень и руками вплавил камень в раму зеркала.

— Знал, что ты попросишь, вот и подготовился, — прокомментировал он. — Теперь через это зеркало ты сможешь общаться со своими родителями. Они будут уверены, что вы разговаривали по «Скайпу».

— А как они узнают, что я их вызываю?

— Их будет тянуть сюда, кроме того, они услышат звонок «Скайпа». Если они будут рядом с зеркалом, то сразу подойдут к нему, а если нет, то, когда придут в комнату, дотронутся до камня, и уже ты услышишь вызов и сможешь ответить. Не волнуйся, ни разбить, ни сломать, ни продать зеркало, ни забыть о нем они не смогут. Ну все. Идем?

— Идем, — вздохнула я, последний раз окинув взглядом дом, где я прожила всю жизнь.

Арт подхватил мою сумку и галантно открыл дверь. Меня еще штормило, хоть я и чувствовала себя значительно лучше. Перед подъездом стоял дорогой автомобиль, на его черных лаковых боках алели всполохи огня. За рулем, очаровательно улыбаясь, сидел тот самый второй парень из кафе.

— Привет! Я Кайлир, добро пожаловать в семью!

— Привет. — Я смутилась, пытаясь осознать странно прозвучавшую фразу. Словно я стала частью чего-то важного, большого…

Мы выехали за город, в темноту и неизвестность. Ехали долго, пока не оказались в лесу, перед деревянной сторожкой. Увидев маленький ветхий домишко, я удивленно вскинула брови и вопросительно взглянула на спутников.

— Это просто ориентир, перевалочная база и схрон, — прояснил Кайлир. — И пусть тебя не вводит в заблуждение внешний вид, поверь, этот домик даже из пушки не прошибешь.

— Пойдем. — Арт протянул руку, и я ухватилась за нее.

Изнутри эта развалюшка выглядела не более надежной, чем снаружи. Щели в прогнивших досках, скрипящие половицы, дряхлая печка, пара запыленных веников… Я изумленно огляделась, пытаясь понять, что из этого может выдержать залп. Но тут Кайлир нагнулся и поднял крышку не замеченного мною ранее люка. Вниз в темноту вела крутая лестница без перил. Меня с двух сторон подхватили под руки, и мы начали спускаться. На последней ступеньке Арт резко развернул меня и, ухмыляясь, достал из кармана черный платок.

— Извини, дорогая, пока мы не поженимся, тебе не стоит знать наших секретов. Все после свадьбы! — шепнул он мне на ухо.

Ну что сказать? Бархатные нотки голоса вкупе с завязанными глазами — ощущение было сильным.

Они вели меня не меньше десяти минут, петляя как зайцы. Не удивлюсь, если мы все это время ходили по кругу. Наконец остановились. Когда Арт снял платок, я резко зажмурилась, ослепленная ярким светом. Осторожно открыла глаза. Какая-то комната с голыми, сложенными из камня стенами, абсолютно пустая. Я оглянулась на мужчин.