Мужчина из научной фантастики - Наталья Косухина

Естественно, привести себя в порядок нам никто не дал, и, выйдя вся грязная из здания, я только сейчас заметила, что уже темнеет.

Везти меня в таком виде не захотело не одно такси, а если учесть, что они все роботизированные, то даже двойную цену не предложишь ― всё равно бесполезно.

Я не прохожу, видите ли, по стандартам гигиены! Что б у них масло потекло!

Делать было нечего и пришлось идти пешком, за неимением лучшего. По дороге у меня три раза служба контроля попросила документы, а некоторые гуманоиды показывали пальцем.

Надо ли говорить, в каком настроении я зашла в квартиру?

В очень, очень плохом, и оно стало еще хуже, когда меня вышли встречать Женька и мама, выглядывающая из-за нее. Выражение ужаса на их лицах сказало мне, что практически засохшая грязь не прибавляет мне шарма.

— Я в душ!

И сбежала с места предполагаемой битвы.

Но, видимо, плохо я знала свою родительницу, потому что она, встав за дверью в ванную комнату, всё то время, пока с меня смывалась эта грязь, читала мне мораль, заранее напридумывав себе всяких ужасов.

Выйдя из душа и увидев упрямое выражение на ее лице, мне стало ясно, что разговора не избежать.

— Дочь, нам нужно поговорить!

— О чем?

— О твоем безответственном поведении. Твоя затея…

— Мам, может достаточно уже опеки? Я совершеннолетняя, и помешать мне поступить в Звездную Академию ты не можешь. Поэтому разговор окончен.

— А я хочу тебе напомнить, кто тебя содержит, и если ты завтра пойдешь на это собеседование, то я больше не хочу тебя видеть. Обеспечивай себя сама!

Вот, значит, как. Мы решили использовать мою финансовую зависимость, чтобы навязать мне свое мнение. Столько лет со мной прожила, а так и не заметила главного: чем сильнее она пытается на меня надавить, тем упрямее я становлюсь. Решения мне всегда давались нелегко, но если я их принимала, то заставить меня их изменить было практически невозможно.

— Договорились. Завтра заберу вещи. Всё, Жень, я спать.

Взглянув на подругу, поняла, что ей очень неудобно, оттого что она стала свидетелем нашего небольшого скандала.

— Феоктиста! ― вскричала мама, получив не тот результат, на который рассчитывала.

Но я уже не слушала, закрывая дверь своей спальни и начиная готовиться ко сну.

Ее тотальный контроль в последнее время стал непереносим. С каждым годом я становилась всё независимее, а она ― всё настойчивее в том, чтобы я поступала так, как хочется ей, потому что была уверена, что лишь ее решения принесут мне счастье.

Вот с такими мыслями я и уснула.

А наутро на кухне меня ждала растерянная побратима, которая не знала, куда девать глаза.

— Прости. Когда она вчера пришла, то попросила войти согласно нашим традициям. И только я хотела спросить о цели визита, как пришла ты.

— Не переживай. Я ее знаю. Ради того, чтобы добраться до меня, она не погнушалась бы даже скандалом.

— Может, ты зря была с ней так резка вчера?

— Знаешь, Жень, я очень люблю своих родителей, но всякое терпение имеет границы. Я, как могла, старалась оградить ее от переживаний. Но прожить свою жизнь за меня никому не позволю ― она у меня одна. К тому же то, что мама опустилась до шантажа и угроз… Нет. Ей придется смириться с тем, что я стану самостоятельной и независимой от нее.