Чародей - Джин Вулф

— Просто ушел прочь и бросил дас. — Он на мгновение замялся. — Ты хорошо его здаешь?

Тауг прекратил возню с бинтами, чтобы подумать над ответом. Ни темное небо, ни холмистые серовато-коричневые равнины не подсказывали ответа. Наконец он промолвил:

— Мы с ним очень мало общались, но, мне кажется, я знаю сэра Эйбела лучше, чем большинство своих знакомых. Один раз у нас состоялся долгий разговор, а в другой раз мы с ним спасались от разбойников — во всяком случае, мне кажется, они гнались за нами, прежде чем мы оказались в Эльфрисе. Ну и еще разные другие вещи. Одно время я не мог разговаривать, но здесь он помог мне.

— Од колдуд. Тебе известдо?

Тауг пожал плечами:

— Моя сестра говорила что-то такое.

— Сестра права. Герцог приставил бедя к дему в даказадие, полагаю. Так или идаче, сэр Эйбел проклял бедя, когда покидул дас. В смысле — своего слугу и бедя. Его светлость отдали бедя сэру Эйбелу, а сэр Эйбел отдал бедя девидибобу чудовищу.

Тауг, отрывающий очередную полосу ткани от рубашки, замер на месте.

— Что?

— Девидибобу чудовищу. Одо рядоб, только его почти де виддо. Ты бде веришь?

— Нет, — коротко ответил Тауг.

— Я говорю правду.

— Вы хотите сказать, что сейчас поблизости находится невидимое чудовище, которое слышит наш разговор?

Свон поморщился, когда Тауг принялся перевязывать ему шею.

— Тот пес собирался убить бедя, вердо? Гаф, или как таб его зовут. Пес сэра Эйбела.

— Конечно.

— Од превращается в какое-то жуткое существо, когда убивает. Ты давердяка видел.

Тауг промолчал.

— Дубаю, с обычной собакой я бы субел справиться. Даже с большой собакой. Которая де бедяет обличье.

Свон выжидательно умолк, но Тауг ничего не сказал.

— Ты спрашивал про чудовище, действительдо ли одо даходится рядоб. Бой ответ «да». Только это де бое чудовище — де то, которое сэр Эйбел приставил ко бде. Это твое чудовище.

Тауг уставился на Гильфа, потом перевел взгляд на Свона.

— Расскажите мне про свое чудовище. Почему оно не здесь?

— Потобу что я скакал во весь опор. Одо де божет угдаться за быстрой лошадью. До всякий раз, когда я остадавливаюсь, хотя бы да дедь, одо бедя находит. Я пытался вердуться добой, когда сэр Эйбел бросил бедя. Я говорил тебе?

— Да вроде нет. — Тауг оценивающе осматривал свою работу, вытирая руки остатками рубашки.

— Бы даправлялись да север, — объяснил Свон. — Сэр Эйбел должен был стать караулом в гордом ущелье. Когда он бросил бедя, его слуга сказал, что продолжит путь, — дескать, од уверен, сэр Эйбел приедет туда. А я считал, что сэр Эйбел вообще отказался от этой затеи. Да сабоб деле я так де дубал, до сказал, будто дубаю.

— Слугу звали Поук?

Свон резко повернулся к Таугу:

— Откуда ты здаешь?

— Моя сестра была с ним? Моя сестра, Ульфа.

Свон хотел потрясти головой, но разбитый нос не позволил.

— Больдо.

— Разумеется, но я ничем не могу помочь. Так она была там?

— Дет. Только сэр Эйбел, я и слуга. И чудовище, и пес. Я дубал, пес остался со слугой, что бедя вполде устраивало. Я де хотел, чтобы что-дибудь дапобидало бде о сэре Эйбеле. Я де бросал его, это од бросил бедя, и я собирался вердуться добой. Од прислал бы за бной, если бы дуждался во бде. Так я дубал.

Тауг кивнул.

— Вскоре бедя дагдало чудовище. — Свон судорожно сглотнул. — Одид раз я дотродулся до дего. Кажется, до руки: такое ощущедие, будто трогаешь сабую огробную збею в Битгартре.

— Или дракона, — предположил Тауг.

— Вот-вот. Совершеддо вердо. В сабую точку. Тогда-то я и подял, что должед вердуться обратдо. Я спешил, здаешь ли. Старался ехать быстро, до де дастолько, чтобы загдать лошадь. Какое-то вребя я держался впереди чудовища, до вскоре одо дастигло бедя. В горах, где живут такие здороведдые болвады, в пещерах. Ты давердяка видел.

Тауг помотал головой:

— Вы про великанов? Нет, я еще ни одного не видел.

— Дет, де адгриды, а победьше. Просто очедь большие. Представь сабого высокого человека, какого встречал в жизди, — так вот, оди гораздо выше. — Свон раздвинул ладони фута на полтора, показывая разницу в росте.

— Понятно.

— Я задобрил их подаркаби и подружился с диби. Во всякоб случае, я так решил. До когда да дебе высыпали звезды, одид придялся кружить вокруг боей стоядки. Я услышал и крикдул, чтобы од убирался. Од заворчал и вроде как ушел прочь, до демдого погодя вердулся. Чудовище схватило и убило его. Я слышал, как од бьется в агодии, а потоб — жуткий хруст костей. — Свон умолк.

— И потом вы скакали во весь опор?

Свон еле заметно кивнул:

— Встал до рассвета и побчался вскачь. Только сейчас дагнал леди Идд, которая ведет пеший отряд. Ода сказала, что отец впереди со своиби всаддикаби и что с диб одид бальчик… то есть бужчида. Бужчида, который видел гибель сэра Эйбела. Я объясдил, что ищу сэра Эйбела. Я так и де дашел барода с всаддиками. Я… я пытался срезать путь таб, где дорога изгибается широкой дугой.

— Я тоже, — сказал Тауг.

— До я забетил тебя и прискакал сюда. Так ты и есть тот сабый человек, про которого говорила леди Идд?

— Да, — убитым голосом ответил Тауг. — Да, тот самый.

— Ты видел, как он убер? Видел тело?

Тауг помотал головой:

— Он упал в море.

— Здесь? Да быть такого не божет!

— Вы не знаете пределов возможного. — Тауг направился к своему жеребцу, поймал поводья и вскочил в седло. — Вам просто кажется, что знаете. — Воспоминания о Дизири и грифоне нахлынули на него. — Вещи, которые ты считаешь невозможными, случаются каждый день. Леди Идн сказала, что мы собираемся сразиться с великанами?

— Да. — Свон тоже поднялся на ноги, но помедленнее. — Боюсь, да бедя нельзя рассчитывать. Я… я слишкоб слаб сейчас.

— Делайте, что в ваших силах. — Тауг не сомневался, что именно такие слова сказал бы я. — Я поеду вперед взглянуть на великанов. Потом вернусь к сэру Гарваону и лорду Билу и расскажу…

Он осекся при виде Мани, который выступил из высокой травы и остановился, внимательно глядя на него.

— Прошу прощения, — сказал Тауг. — Мне надо ехать.

— Это тот сабый кот? — поинтересовался Свон, когда Мани высоко подпрыгнул и вцепился когтями в крыло седла. — Леди Идд говорила, что потеряла кота. Ты собираешься вердуть его хозяйке?

— Не сейчас. Я просто позабочусь, чтобы с ним ничего не случилось. Вы можете вернуться на дорогу. Как вам угодно.