Навсегда - Катерина Лазарева

Чуть не задыхаюсь от такой наглости. Сердце тревожно подскакивает в груди.

— Так давай совершим ещё одну ошибку, — встретив мой наверняка недоумённый взгляд уверенным своим, предлагает Мэтт.

Его голос звучит непривычно чувственно и хрипловато. Взгляд становится горящим.

Всё это, включая его странное предложение, заставляет моё сердце колотиться ещё быстрее.

Я не успеваю сориентироваться, когда вдруг ощущаю его губы на моих. Эндрю никогда не позволял себе подобного. Максимум, он прикладывался лёгким поцелуем к моей руке или щеке, но чтобы так…

Слишком откровенно. Слишком чувственно. Слишком неожиданно. Слишком…

По телу разливается странный трепет, когда я чувствую, как руки Мэтта перебирают мои волосы и нежно поглаживают кожу щеки. А губы, тем временем, настойчивее касаются моих губ, сминают и слегка посасывают. А потом он и вовсе раздвигает мне губы языком и ласкает нёбо.

Подсознательно понимаю, что должна хоть как-то сопротивляться. Но эта мысль теряется за новыми ощущениями, когда язык Мэтта накрывает мой.

Я даже не представляла, что это происходит так. Ничего не знала о поцелуях — мне казалось, что они не отличаются от тех невинных прикосновений губ к щеке, которые проделывал Эндрю. Правда, в моих представлениях, поцелуи в губы длились дольше и были смелее уже за счёт того, что казались более интимными; чем в руку или щёку.

А теперь я непроизвольно внимаю новым ощущениям. Не отвечаю, но неосознанно стремлюсь навстречу. Податливо шевелю губами… Его нежные ласки окончательно опаляют разум.

Странно, но никогда ещё мне не было так хорошо. И с каждым мгновением это только усиливается. Скоро я бездумно кладу руку ему на плечо, а второй обнимаю, касаясь голой спины. Прижимаюсь ближе, притягиваю его к себе. Приличия исчезают, я не сомневаюсь и не думаю ни о чём. Будто не только физически, но и мысленно погружаюсь лишь в одно — в странное, ни с чем несравнимое и незнакомое прежде удовольствие.

Не сдерживая себя, отвечаю ему. Подстраиваюсь под его действия, подхватываю темп. Поцелуй углубляется. Это больше не смущает меня: я совсем растеряла прежние осторожность, неловкость и страх. Остаётся только желание, необъяснимое и неконтролируемое. Я даже не понимаю, к чему именно так стремлюсь сейчас. Чувствую одно — это может дать только Мэтт.

И он хочет этого. Я точно знаю. Это не часть игры. Это реальность.

Его прикосновения становятся всё более откровенными. Он уже приспускает мою сорочку, обхватывает ладонью грудь. На задворках подсознания я ощущаю сигнал тревоги, будто вот-вот, и случится что-то непоправимое. Но несмотря на зарождающееся беспокойство, не могу его остановить. Более того, чувствую, что хочу продолжения. Что бы за этим ни стояло. Постыдное желание почувствовать его прикосновения на своей обнажённой коже стучит в висках… Он ведь уже трогает меня там, где прежде никто не касался. И это очень даже приятно.

Я перестаю за себя отвечать, а потому неизвестно, к чему в итоге всё приведёт. Но Мэтт словно улавливает эту мысль. Со странной осторожностью и трепетом поглаживая моё тело, становится намного сдержаннее. Будто отдаляется.

— Если мы продолжим, — неожиданно заговаривает он с необычными нотками в голосе, — то дойдём до конца.

Каким-то интуитивным образом я понимаю, что он имеет в виду. Его потемневший и горящий взгляд говорит больше, чем слова.

Но Мэтт даёт понять, что оставляет выбор за мной.

Это мгновенно включает мне голову. Какого чёрта я творю!

Тут же отталкиваю полуголого мужчину на себе и вскакиваю с кровати. На этот раз мне ничто не препятствует: он легко отпускает меня. Так, будто ему это ничего не стоит. Что всё-таки странно, учитывая, как Мэтт целовал совсем недавно…

Вспомнив об этом, слегка дрожу. Как же стыдно. Вела себя, как распутная девка. Я иногда слышала такое выражение и не совсем понимала его смысл. Но теперь внутренним чутьём сознаю, что так можно назвать и меня.

Замираю возле двери, лихорадочно размышляя. Во всём надо видеть пользу — по крайней мере, Мэтт убедился, что я пришла только ради этого. Вряд ли даже на секунду задумается о других причинах.

Вот только нельзя допустить, чтобы он в будущем пользовался тем, как я себя сегодня вела. Вдруг решит, что, раз я настолько распутна, со мной можно допускать вольности? Да так он быстро испортит мне репутацию! Особенно, если даст кому-то понять о случившемся здесь…

Да уж. Просто уйти и уповать на судьбу будет неправильно. Стоит хотя бы попытаться уладить ситуацию.

— Вряд ли я имею право просить вас об этом, но… — нерешительно начинаю, не поворачиваясь, а так и глядя на дверь перед собой. — Давайте забудем этот инцидент. Я была бы очень вам признательна. Что бы вы обо мне ни думали, я буду верна Эндрю. А расторгнуть наш брак будет ошибкой. Мама и так едва справляется с навалившимися новостями.

Если в нём есть хоть какое-то сочувствие — он не сможет не пойти мне навстречу. Но я сильно сомневаюсь в наличии таких качеств у Мэтта, а потому моя речь звучит вымученно и робко. Всё-таки он с самого начала бросал мне вызов и вёл себя странно. Словно у него уже были планы на меня.

Я не вижу его лица сейчас, но каким-то образом точно знаю — он улыбается.

Это не назвать ответом. Да и вообще, странное действие. Разве я сказала что-то забавное?

Снова становится не по себе.

Не выдержав, я просто выхожу. В коридоре осматриваюсь, проверяю обстановку. Не похоже, что кто-то выходил из ближайших комнат и мог увидеть меня. Но не стоит терять бдительность. Украдкой, но как можно быстрее, двигаюсь к себе в комнату.