Блондинка в боевой академии. Не хочу жениться! - Анна Одувалова

Я почти не удивилась, когда оказалась в уже знакомой комнате Натаниэля. Он поставил меня на пол посередине гостиной и отступил, уставившись злым взглядом.

— И зачем ты притащил меня сюда? — поинтересовалась я как можно холоднее. Даже руки на груди сложила, демонстрируя неприступность и отстранённость. Я тут чувствовала себя не в своей тарелке. Слишком сильны были воспоминания о том, как сбежала отсюда в последний раз, после того как Натаниэль целовал меня, прижимая сильным обнаженным телом.

— Ты не будешь жить у него! — отрезал куратор и, резко развернувшись, подошел к, висящему на стене шкафу. Достал бутылку и плеснул оттуда немного себе в бокал.

— Ну, здесь я тоже жить не буду. Мне кажется это очевидно, — отозвалась я. — А с девчонками у меня конфликт, который сегодня решать нет ни сил, ни желания. Сейчас я точно туда не пойду. Да и завтра не уверена. Если мне все объявят бойкот, я не стану с боем добираться до своей кровати.

— Послушай, Рина… — начал Натаниэль, сделав большой глоток. — Ты не будешь жить с парнем. Это ясно? Даже, если он твой жених. Как-то быстро он у тебя завелся, не находишь?

— А кто сказал, быстро? — зло заметила я. Натаниэль раздражал. Сначала он говорит, что его не интересуются молоденькие студентки, и я в частности, а потом закатывает сцену ревности. Иначе я это представление обозвать не могла.

— То есть… — Он угрожающе двинулся на меня, и в его глазах вспыхнул настоящий магический огонь. Красиво. Никогда подобного не видела. — Ты целовала меня, но сама встречалась с парнем. Я правильно понимаю?

От него исходила такая ярость, что стало не по себе, и я пискнула:

— Ну а какая разница? Тебе же все равно не понравилось…

— А если бы понравилось? — уточнил он, остановившись прямо передо мной. — Что бы тогда стала делать? Проводить кастинг между нами?

— Неужели тебя не учили, история не знает сослагательного наклонения? Ты сам меня послал, а теперь злишься, что у меня есть жених? Не кажется это странным?

— Не кажется, если учесть, что целовала ты меня накануне его внезапного появления! Я молчу про твоего бывшего жениха, который тоже сделал тебе сегодня предложение. Не много ли на одну капризную блондинку?

— Предложение Адама не моя идея, и даже не его, скорее всего. Это инициатива родителей. Мы не собирались спешить с Сильхом, но раз вышло так… лучше он, чем Адам.

— То есть у вас все несерьезно? — Натаниэль прищурился. А мне стало страшно, нельзя выдать наш с Сильхом секрет.

— То есть мы не планировали спешить, — парировала я. — Мы оба учимся.

— Интересно, его положение и состояние или твое помешает вам жениться и продолжать учиться? Вам вроде как работать не нужно.

— Да, не нужно. Возможно, мы пересмотрим желание не спешить, — покорно согласилась я.

— Рина… — протянул Натаниэль, снова закипая. Вот что ему опять не нравится?

— Ну что? Тебе еще есть что сказать? Если нет, я пошла.

— Куда?

— Я пошла ночевать к Сильху. Он хотя бы мой жених. Спать у куратора еще более странно.

— Не странно, — сказал Натаниэль. — Я уезжаю. Можешь оставаться и ни о чем не переживать.

— Ну, раз ты уезжаешь, то мне никто не даст тут жить. Комнату передадут кому-нибудь другому.

— Я не уезжаю навсегда. Я все еще ваш куратор. Меня не будет неделю, может быть две, не больше, — сказал он. — У меня еще есть дела в академии, я планирую закончить расследование, но сейчас появились неотложные дела в столице. Можешь пользоваться моей комнатой.

— Но это не очень правильно. — Я покачала головой.

— Жить у парня еще более неправильно, Рина. Поверь, для тебя самой в первую очередь.

— Я не собиралась у него жить, — наконец призналась я. — Просто переночевать сегодня, а завтра помириться с девчонками. Ну, если не помириться, то хотя бы установить временный мир. Я же не виновата, что они меня выгнали. Я устала и хочу спать.

— Вот и спи сегодня тут, — сказал он удивительно спокойно. — Только не трогай мое вино. Поняла?

— Да, как скажешь, — отмахнулась я, а он кивнул и пошел к выходу, оставив меня одну.

— И Рина… — Натаниэль остановился, взявшись за ручку двери. — Не делай глупостей, пожалуйста.

— Хотела бы пообещать, но не могу, — с усмешкой заметила я. — Вы вроде бы знаете меня уже достаточно, чтобы понять: это не в моих силах.

— Ну, хотя бы постараться ты можешь?

— Постараться могу, — согласилась я, и он ушел.

Сразу стало пусто и странно. Это место без Натаниэля не воспринималось. Не покидало ощущение, что я пробралась сюда тайно и не имею права тут находиться. Я не могла заставить себя пошевелиться. Все здесь слишком напоминало его. Запах дорого и очень мужского одеколона. На наших мальчишках он чувствовался бы странно, слишком тяжело. Я не могла представить с ним Сильха, которому подошло бы что-то свежее и морозное. С ним совершенно бы глупо выглядел Адам. Но этот запах прочно ассоциировался у меня с Натаниэлем.

На тумбочке у кровати лежала открытая книга. Я не утерпела и заглянула, пытаясь понять, что он читает, и удивилась. Я эту историю прочитала летом. Нашумевшая новинка одного известного путешественника. Его приключения, описанные хорошим языком с определенной долей вымысла, но все же основанные на реальных событиях. Не думала, что Натаниэль интересуется таким.

Но почему-то от этого открытия потеплело на душе. Я почувствовала себя немного лучше и потихоньку начала изучать комнату Натаниэля. С трудом заставила себя не соваться в шкафы, но заглянула в ванную комнату. Обнаружила там свежие полотенца и халат, подумала немного и поняла, что не могу и дальше оставаться в вечернем платье и с волосами, на которых скопилась вся пыль из-под кровати Сильха. Было неловко принимать душ в комнате Натаниэля, я чувствовала себя на редкость странно и, пожалуй, неуютно. А вдруг к нему придет кто-то из коллег, что я скажу? А завтра как буду смотреть в глаза парням? Своим девчонкам? Двое предложили руку и сердце, а ночевала в комнате куратора! Ужас и стыд. А ведь Адам обязательно настучит родителям. Даже думать не хочу. В любом случае сегодня я ни за что не выйду отсюда. Слишком устала и морально, и физически. Вот зря Натаниэль напомнил мне про бар. Теперь безудержно хотелось выпить, хотя я совершенно спокойно относилась к алкоголю. В семье у меня было не принято выпивать, особенно детям, даже если они достигли порога совершеннолетия. Конечно же, я не собиралась лезть в бар гранд-мэрша. Но мысли о вине не давали покоя. Надо было ложиться спать, чтобы этот день быстрее закончился, но я не решалась забраться в его кровать. Одна мысль об этом заставляла нервничать. Коленки подкашивались, руки дрожали, а сердце начало биться часто-часто. Я бы так стояла и медитировала на мягкие с виду подушки, если бы меня не вывел из оцепенения стук в дверь. Я подпрыгнула на месте и заметалась по комнате, уже почти снова настроившись нырнуть под кровать. Но я была только что из душа и очень не хотела собирать по второму разу пыль. К тому же первый раз меня нашли, а значит, укрытие должно быть более надежным. Я метнулась к шкафу, а стук повторился снова и на этот раз настойчивее. Если бы я просто стояла, можно было бы сделать вид, будто в комнате никого нет, но я растерялась, запаниковала, уронила стул, выругалась, так как он упал на ногу, и поняла, что открывать придется, а заодно и объяснять, что делаю в халате в комнате гранд-мэрша. Этот день просто не мог закончиться иначе. Интересно, кого принесла нечистая, и что меня ждет, когда я открою дверь? Может, все же не стоит?