Астро-Чертова Западня - Наталья Шевцова

После этих слов его величества, мои Меркурий и Сатурн — решили и постановили, что мы никогда не выйдем замуж без контракта о раздельном пользовании имуществом! А вот Луна забеспокоилась о папочке, потому что когда моя мамочка узнает, что не только меня, но и мое, даже еще не полученное наследство, и уже используют в государственных целях, то для папочки земля окажется маленькой как остров, в том смысле, что от разгневанной ведьмы — ни сбежать, ни скрыться…

— Папа, но мама… как она посмотрит на это?

— Уже знает, — спокойно отреагировал отец. — Правда, только часть истории; ту, в которой мы с Георгом решили породниться через своих детей. В целом она даже «за», но против поспешной свадьбы и не хочет принуждать тебя насильно. Другими словами, решение, в конечном итоге, за тобой.

Эта последняя фраза папы так понравилось моему Солнцу, что мы с ним вдохновились и заявили:

— Папа, как я это понимаю: я поступаю типа на государственную службу, так ведь?

— Ну как бы, — отец понятия не имел, куда я клоню.

— И мне будут платить зарплату?

На заднем плане то ли недовольно хмыкнули, то ли возмущенно хрюкнули. Ой! Я, кажется, чье-то самолюбие случайно задела! Неужели, его высочество думал, что я соглашусь тратить на него свое драгоценное время — бесплатно! А ведь это не пара часов в день, это целый день, а потом еще один день, и еще один…, ну, в общем, вы поняли. Вот это самоуверенность!

— Ди, ты и так ни в чем не нуждаешься! — возмущенно провозгласил отец.

— Папа, вопрос в принципе! — правда, на самом деле мое восклицание предназначалась скорее тому, который был на заднем плане, чем папе. Судя по тишине, принц, более чем вероятно, в данную минуту делал перевязку своему раненому самолюбию.

— Тебе будут платить зарплату! — решил и постановил король. — Причем зарплату, достойную агента, охраняющего наследника престола.

— Что-о-О-О? Ты ей еще и платить будешь?

— Только если вы хотите жить, ваше высочество! — сладеньким голоском пропела я. — И я, кстати, еще не слышала, что вы обо всем этом думаете!

Тут я приврала, конечно, потому что все я прекрасно слышала, вернее поняла. Не нравится ему это — очень.

— Это потому что я против этой затеи всем своим существом! — принц сузил колючие карие глаза.

— Так о чем тогда весь этот разговор? — непонимающе обвела я глазами всех троих.

— Но при этом, видишь ли, какая штука, жить мне все же охота! — нехотя добавил его высочество.

— Я потому и позвонил тебе только сегодня, потому что до вчерашнего дня, пока он не понял, как именно работает ваша родственная магия, Рауль ни в какую не соглашался привлекать тебя, — подтвердил мой отец.

— То есть, вчера он уже определенно знал, кто я такая, — догадалась об очевидном я, пальнув взглядом в принца. Но правда, зря только запал потратила, мне ответили недоуменно-невозмутимым, надменным взглядом.

— Да, он с момента твоего рождения знает, кто ты такая, — усмехнулся его величество.

А я и не сомневалась ни минуты! — самоуверенно заявила моя Венера. — Такую красоту и не заметить! Это из разряда «совершенно невероятно».

— Я тебя ему все время в пример ставлю! — продолжал откровенничать отец принца. — Источник бесконечной гордости для родителей: добрая, умная, одаренная, ответственная и при этом еще и такая красавица!

— Упс, — запричитал Меркурий, — а вот это он зря делал!

— Но теперь, по крайней мере, понятно почему нас на дух не переносят, — заметила Венера. — А то у меня уже начинал комплекс неполноценности развиваться.

На заднем плане, опять, то ли хрюкнули, то ли кашлянули, но на этот раз уже не просто недовольно или возмущенно, а воинственно-мстительно-агрессивно. И если учесть, что Диана из реальной жизни мало соответствовала тому образу непревзойденной чистоты и совершенства, который носил в сердце мой отец, то у принца было что сказать. Поэтому, я решила, что пришло время вежливо раскланяться, а потом как-нибудь утрясать детали нашего соглашения с принцем, но без свидетелей, столь явно и слепо восхищенных моей особой.

— Ну, я, наверное, пойду… — и я даже уже успела долететь (в том смысле, что уходила я очень быстро) до двери.

— Диана, постой мы еще не все обсудили! — остановил меня король.

— Георг, я же говорил тебе, что моя дочь слишком скромная и ей становится неудобно, когда ее хвалят, — в голосе отца звучали нежность и гордость.

Я так и застыла возле двери, схватившись за спасительную ручку: — О! Нам очень удобно, когда нас хвалят! Мы это очень любим! — возразило папе мое Солнце, правда, только у меня в голове.

Принц опять поперхнулся чаем, который очень опрометчиво пригубил за мгновение до этого, и теперь снова кашлял. Ну, вот ничему его опыт не учит!

— Но только не в присутствии столь опасного и злобного свидетеля, который слишком много о нас знает и горит желанием нас разоблачить, — заговорщицки возразил мой Меркурий.

— Так как вы учитесь на разных курсах, — между тем продолжал его величество, — то получается несколько проблематичным сделать так, чтобы вы были неразлучны…

— Ух! Ты! — мой Юпитер раздулся до размеров Солнца. — Нас сейчас, наверное, переведут на третий курс!

— Поэтому и у тебя и у Рауля в расписании появятся дополнительные занятия! Ректор вашего Университета уже извещен. Мы с Робертом для него это обосновали тем, что принцу, как будущему правителю королевства Звездного Дракона важно очень хорошо разбираться в астрономии, астрологии, астрофизике и зельеварении, которыми он, НАПРАСНО, пренебрегал до сих пор, — его величество сделал акцент на слове «напрасно». — Поэтому он будет вместе со вторым курсом, повторно, изучать все эти предметы. И ты, Диана, будешь его курировать.

— А я что буду изучать? — я с замиранием ждала ответа, слушая, как звенят осколки разбившейся мечты о зачислении меня, впервые в истории нашего университета (да, что там университета, королевства) сразу же с первого курса на третий.

— А ты, Диана… как будущая королева… — отец выдавал слова с такими промежутками, что, казалось, будто он продолжает обдумывать и анализировать. — Должна уметь себя защищать, поэтому ты будешь осваивать боевые магические искусства. И Рауль будет тебя курировать, разумеется.

— Мугу, — одинаково печально и разочарованно в унисон ответили и я и принц.

— Но с третьим курсом! — добавил король.

В моем воображении раздались фанфары, потолок озарился неимоверным фейерверком, а квадратура в очередной уже раз за сегодня растянулась в трин от удовольствия. Но вот на его высочество было жалко смотреть. «Кое-кто совсем не ожидал такого поворота дел! Мне все! А ему ничего!»

— Ну, я пошла! — благо ручка двери все еще была в моей руке, так что я ее нажала, и… — «О! Счастье!», — дверь открылась, выпуская меня на свободу. И… — «О! Счастье!» — меня никто не окликнул. К лифту я не бежала, к лифту я летела. На кнопку я жала так, как будто бы от количества нажатий зависела моя жизнь.