Ладья - Дэниел О’Мэлли

«Спокойно, – сказала она себе. – Спокойно. Не все, кто работает в банке, носят латексные перчатки».

И действительно: перчаток ни у кого не было, и никто не обращал на нее внимания.

«Что ж, это до тех пор, пока кто-нибудь не дойдет до ячеек», – подумала она и заторопилась к выходу.

Лестница, по которой ей нужно было спуститься, представляла некоторые проблемы, но водитель заметил, что она испытывает трудности, и помог перенести багаж к машине. Мифани поблагодарила его и скользнула на заднее сиденье.

– Поезжайте, – сказала она. – Прошу, езжайте. – Она слабо откинулась назад и сосредоточилась на том, чтобы выровнять дыхание и не свалиться с сердечным приступом.

«Так, ты в безопасности, – сказала она себе. – Что дальше?»

Она достала конверт из кармана и вскрыла его.

Дорогая ты!

Шансы на то, что ты это прочтешь, близки к нулю. Кто предпочтет новой жизни в богатстве и роскоши неопределенность со смутными предостережениями? Могу лишь предположить, что ты находилась в состоянии сильного стресса, коснулась чьей-то кожи, и этих людей парализовало. Или ослепило. Или лишило способности говорить. Или они обгадились. Или это произвело на них какой-нибудь из других эффектов, которые я не стану сейчас перечислять. Как бы то ни было, я знаю, каково это, когда такое случается в первый раз. Будто открываешь дверь внутри себя, да? Будто тебя сбил грузовик. Не обращать на такое внимание не получается. Даже если бы ты предпочла открыть другую ячейку (в коем случае ты, кстати, прожила бы остаток жизни под именем Джин Сито). Но я рада, что ты сделала именно такой выбор.

Возьми оба чемодана с собой и отправляйся по адресу, который указан ниже. Ключ в этом конверте поможет тебе попасть внутрь, и тогда ты окажешься в безопасности. Официально это место никак со мной не связано. Когда устроишься, открывай следующий конверт. И смотри, чтобы за тобой не следили.

Подписи внизу не было, и на ключе, который лежал в конверте, тоже не оказалось опознавательных знаков. Адрес отличался от тех, что стояли на обратной стороне обоих ее водительских удостоверений, и указывал на некую квартиру. Она спрятала письмо и ключ в карман и назвала водителю следующий пункт назначения, попросив при этом постараться уйти от возможной слежки. Водитель кивнул и принялся следовать по указанному курсу, но со столькими разворотами и резкими сменами направления, что она уже не сомневалась, что никто не мог за ними следить незаметно. Когда она выразила эту мысль вслух, водитель слабо улыбнулся.

– Я к такому привык, мисс. За многими моими клиентами охотятся папарацци.

Задумчиво кивнув, Мифани вынула из кармана ключ и стала вертеть его в руках, глядя в окно. К этому времени они уже выехали из Сити и двигались вдоль очень красивой Темзы, с курсирующими по ней экскурсионными судами. Вскоре они ушли в сторону, сменив полосу и завернув в жилые кварталы. И только когда машина, попетляв, направилась на восток, в Доклендс, случившееся в банке начало укладываться в голове.

Наконец, машина остановилась перед многоквартирным жилым зданием. Водитель отнес ее чемоданы в подъезд. Она, наградив его щедрой надбавкой за превосходное вождение, потащила чемоданы к лифту. На девятом этаже нашлась нужная квартира, и она открыла дверь.

Было заметно, что в ней никого не было несколько недель, а то и месяцев. Занавески были задернуты, но немного света все равно просачивалось внутрь. Она щелкнула выключателем. Все вокруг пахло забвением. Стояла такая тишина, что становилось даже жутко. Она сделала несколько неуверенных шагов, чувствуя, будто вторгается в чужое жилище.

Мифани вошла в гостиную. Мебель стояла в чехлах от пыли, картин на стенах не было. Справа находилась кухня. Открыв холодильник, она обнаружила несколько блоков по шесть бутылок с водой и банок с прохладительными напитками. В морозилке оказались различные полуфабрикаты и пластиковые лотки с замороженным мясом. В одном из ящиков она нашла столовые приборы, а в шкафу – посуду. Переместившись в гостиную, она стянула чехлы с мебели и увидела перед собой большой мягкий диван и темно-бордовые стулья. На стене висел большой телевизор.

«Какой минимализм», – заметила она про себя.

Спальня выглядела так же безлико: большая кровать и еще один пыльный чехол. Стянув его, она обнаружила, что под ним уже имелись мягкие на вид одеяла. От кровати исходил неожиданно приятный запах, и откинув одеяло, она увидела несколько пакетов лаванды. В ванной ее ждали мыло, шампунь и полотенца. Несколько свежих зубных щеток, еще не распакованных, и зубная паста с жидкостью для полоскания рта в шкафу над раковиной. Косметики не было, зато нашлась расческа и, к ее удивлению, пара флаконов краски для волос.

«Только не говорите, что я уже седею в свой тридцать один! – подумала она в ужасе, но тут же заметила, что краски были не ее оттенка. – Наверное, для маскировки».

Также на полке она обнаружила большую аптечку.

Вторая спальня была переделана в некое подобие кабинета с большим компьютером и мудреного вида принтером, также покрытых чехлами. На низкой полке лежали какие-то папки, и она взяла одну наугад и открыла. Внутри оказались документы, похоже, касающиеся аренды квартиры, где она находилась. Вдруг ее осенило, и она вернулась в первую спальню и открыла платяной шкаф.

Внутри было несколько чрезвычайно безвкусных нарядов, в основном черных и серых. Несколько белых блуз, пара костюмов, юбка, две пары джинсов. Все было аккуратно развешено и, очевидно, предназначалось для того, чтобы не привлекать внимания к тому, кто будет их носить.

«Да-а, похоже, вкус у меня напрочь отсутствовал», – подумала она, изумленная невзрачностью предложенной одежды.

Мифани передернуло: что-то тревожное было в том, что эта одежда сидела на ее теле в отсутствие ее нынешнего сознания. Впрочем, прощупывая вещи, она заметила, что на всех сохранились бирки с указанием цены. Она осторожно закрыла дверь шкафа и вышла в гостиную, где раздвинула занавески, впустив больше света.

Из огромных окон открывался вид на реку с ее бурным движением. Мебель вдруг показалась гораздо более уютной, и теперь стало заметно, что все здесь было расположено в наиболее подходящих местах.

«Томас устроила здесь все с умом, – подумала она. – Сделала не просто убежище, а место, где будет комфортно жить».

Она почувствовала прилив симпатии к женщине, жившей в ее теле. Тот, кто приложил все усилия, чтобы ты чувствовал себя как дома, не может не нравиться.

«К тому же, она единственная, кого я знаю», – мелькнула дикая мысль в голове.

Она затащила чемоданы в гостиную и открыла один, в котором были не письма, а предметы в пузырчатой пленке. Она достала один и взвесила в руке. Он был тяжелый, с этикеткой, на которой стояла надпись: «НА ВСЯКИЙ СЛУЧАЙ». Она аккуратно размотала клейкую ленту, сняла пленку и изумленно ахнула. В руках у нее оказался маленький, но зловещий на вид пистолет-пулемет. Она настороженно посмотрела на чемодан – не завалялось ли в нем еще какое-нибудь оружие, – а потом осторожно замотала пистолет и положила обратно, накрыв крышкой.