Пламя в твоих руках - Марина Эльденберт

— Я не представлял, что ты дотянешься до Ррайза и что он ответит. Чуть с ума не сошел, когда он устремился к тебе. Отвечая твоему пламени.

Сердце билось гулко.

Сильно.

В такт его словам.

— Тем более не мог подумать, Леона, что так скоро увижу твой огонь. Не догадывался о том, насколько он силен на самом деле.

Последнее он выдохнул хрипло, и от этих интонаций по телу прокатилась волна мурашек. От голоса, одуряющей близости иртхана, от воспоминаний о том, что произошло на этом самом сиденье и как это было…

Горячо. Безрассудно. Неистово.

Рэйнар коснулся пальцами щеки, и она вспыхнула — точно огонь теперь не дожидался приглашения, чтобы расцвести под его лаской. Перехватила его руку, не желая уступать. Коснулась губами ладони и дернулась: дыхание перебило от желания мести. От желания зарычать, впиться поцелуем в жесткие губы. Подчиниться, соблазнять и провоцировать до тех пор, пока он не сойдет с ума от желания. Обладать им так же, как он обладает мной, безраздельно.

Подчинить.

Властвовать.

Рванулась к нему, утонула в поцелуе. Вскрикнула, когда иртхан сгреб мои волосы в ладонь, заставляя запрокинуть голову. Огонь уже не просто рвался к нему — он бесновался, готовый смести все и вся на своем пути. Испепелить, если не получит желаемого, долгожданного слияния со своей нарой. Заколка под его пальцами жалобно треснула, хвостик приказал долго жить. Пряди рассыпались по плечам и спине, по обивке сиденья, и с губ Рэйнара сорвался не то хриплый выдох, не то рычание:

— Я должен был понять сразу. Еще у тебя в квартире. Как ты отозвалась на поцелуй…

Губы ожег укус, как напоминание, в ритм словам. И продолжение, точь-в-точь как тогда, на кухне: сумасшедше-пьянящая ласка, острая — скольжение кончика языка по чувствительному до дрожи месту. Хрипло застонала, выгибаясь в его руках, впиваясь ответным поцелуем-укусом в жесткие, привыкшие подчинять губы. Наши языки переплелись вместе с дыханием, меня опрокинули на сиденье, а под его ладонями снова занимался огонь.

— Ч-что это? — выдохнула хрипло, глядя, как наши пальцы обтекает единое пламя. — Почему мне хочется тебя укусить?

— Твоя драконица проснулась окончательно. — Он скользнул губами по губам, разводя мои бедра. — И не желает мне подчиняться. Пока…

Сказано это было с сумасшедшим пламенем в глазах. С азартом, которым хлестнуло наотмашь, а после затопило волной пламенной силы. Смутно помню, как мы добрались до его дома. Когда холодный воздух скользнул по разгоряченной коже и меня рывком выдернули из салона на верхней парковке, я едва держалась на ногах. Пьяная от огненных поцелуев, с горящими губами и без курточки, которая осталась во флайсе. Впрочем, его пальто тоже потерялось, это я поняла, когда мы перешагнули порог и оказались на втором этаже. Пара шагов — и меня толкнули к стене. Сдернули джинсы вместе с бельем.

Выпуталась из сковывающей движения одежды и с силой дернула не желающий поддаваться ремень. Вскрикнула, когда меня подхватили под бедра.

Теперь уже зарычала я, вцепилась ногтями в сильные плечи, рванулась, и тут меня захлестнуло силой.

Мощной, подчиняющей, беспощадной.

Удар в моем теле отозвался хриплым выдохом. И ни с чем не сравнимым чувством полного слияния, когда он оказался во мне.

Так глубоко, так жестко, так сладко.

Кажется, я кричала. Или рычала. Или и то, и другое вместе.

Сходила с ума от безумного, идущего по нарастающей наслаждения от мощных, сильных ударов внутри. Царапала его спину, чувствуя, как перекатываются под пальцами литые мышцы, задыхалась от жадных поцелуев, выпивающих меня до дна. Тонула в алом пламени и возвращала свое.

Наслаждение на грани, когда кажется, что уже не выдержишь.

Движения — резкие, сильные, уносящие за грань реальности.

Сладкая, томительно сладкая судорога пронзила низ живота.

Одна, вторая, третья…

Всхлипнула, сжимаясь на нем, и задохнулась от взгляда в упор.

Огненная волна прокатилась по всему телу, отзываясь внутри пульсацией.

Моей и его.

Сжала пальцы на дрожащей, мокрой от пота спине, теряясь в бешеном наслаждении, разделенном на двоих. Захлебнулась криком, который Рэйнар принял в себя в глубоком, бесконечно яростном поцелуе. Поняла, что падаю — к счастью, в его руки. К счастью, мне упасть не позволили. По телу прошла сладкая дрожь, от болезненно-странного ощущения, когда он меня освободил. А когда подхватил на руки, закружилась голова.

Сладко и неправильно, но уже иначе.

По коже прокатывались волны огня, пламя из сцепленных ладоней перетекало в сердце… или в наши сердца, которые бились с оглушительным грохотом.

По крайней мере, в моей голове звучал не один ритм, а два.

В унисон, сводя с ума.

Во мне дрожало все — от кончиков пальцев ног до ушей, дрожало и таяло в жаркой истоме. Зато кусаться больше не хотелось.

Я подалась вперед и уткнулась лицом ему в плечо.

Мы прошли спальни и оказались рядом с балконом, на котором завтракали. Напротив него была еще одна дверь, как выяснилось, ведущая в огромную… нет, правда, без преувеличения огромную ванную комнату. Просторный зал, где можно было проводить занятия по аквааэробике в мини-группах. В центре на возвышении — не ванна, не джакузи, а настоящий бассейн. Ну ладно, с бассейном я загнула, возможно, но к нему даже вела лесенка: белые ступени, обтекающие эту красоту. Вид из красоты открывался на город. Конечно, панорамное, во всю стену затемненное окно, всегда можно прикрыть экраном, но зачем? Ведь с той стороны все равно ничего не разглядеть.

— Вау, — тихо сказала я.

Всю жизнь мечтала о таком. Но если установка джакузи может обойтись в приличную сумму, в гораздо более приличную сумму обойдется возможность принимать ванну даже раз в месяц. Поэтому у нас дома только душевая кабина с фильтрами и ограничителем, который всегда предупреждает, если норма воды за месяц приближается к критической отметке.

— Почему ты мне это сразу не показал? Я бы здесь жить осталась.

Сказала и тут только поняла, что ляпнула. Ладно, шутки шутками, но…

— Жалею, что не показал сразу.

Внимательно посмотрела на него, но Рэйнар даже бровью не повел: попробуй разбери, что творится в его иртханьей голове! Поставил меня на пол, и босые пятки согрело теплое дерево. По которому не хочется скакать вприпрыжку, если забыла тапочки. Даже сейчас, после такого умопомрачительного единения, я чувствовала, как внутри искрит огонек. Под пальцами, легко касающимися сильных плеч, на губах, все еще горящих от поцелуев.

Дабы не искушать ни себя, ни Рэйнара, вывернулась из объятий и огляделась. Здесь не было ничего лишнего, только столик-подставка для полотенец, баночек, флаконов и дистанционных пультов. Справа на стене — огромная плазменная панель. За стеклянными автоматическими дверями устроились умывальники, на вешалках висели халаты, а чуть подальше застыли полочки, где можно оставить одежду.