Эона. Последняя заклинательница драконов - Элисон Гудман

От открывшейся картины в ушах зашумела кровь. Мужчины в темно-синих туниках кавалеристов развалились вокруг низкого стола; его отполированная до блеска поверхность была заставлена длинношеими графинами и тарелками с едой. Все лица обратились к нам, некоторые были оценивающими, другие плотоядными. И одно удивленным – наверняка верховный лорд Хайо. Ноздри затопил невыносимый запах мужского пота и жареного мяса.

Выдавив улыбку, я поклонилась и завела женщин в комнату. Но поднять глаза на мужчин не посмела. Казалось, они увидят мой страх, будто он черной меткой высечен на лбу. Я опустилась на колени, положила лютню перед собой и пригнулась к полу. Остальные женщины последовали за мной. От циновки несло пролитым рисовым вином, и к горлу подкатила тошнота. Я стиснула челюсти, пытаясь сдержаться. Пион никогда не поддастся нервам и не извергнет рвотные массы на ноги клиентов.

– Поднимись.

Я выпрямила спину и встретила хмурый взгляд верховного лорда Хайо. В его чертах отражались лица двух его старших единокровных братьев. Лоб, как у старого императора, а глаза холодные, как у Сетона, но более близко посаженные. Рот Хайо, однако, был его собственным – маленьким, тонкогубым и в данный момент недовольно поджатым.

– Кто ты? – спросил он.

Секунду в голове металась безумная мысль: «Как меня зовут? Какое имя мне придумали?». Но тут я вспомнила, как Вида огрызнулась на чернозубую.

– Я Пион Удачи. – От облегчения я даже искренне улыбнулась. И снова поклонилась.

– Что ж, я не заказывал такую… Это какая-то уловка, чтоб выманить деньжат?

Слава богам, Момо оказалась права: Хайо настоящий скряга.

– Похоже, произошло недоразумение, мой лорд. – Я кивнула на Виду, склонившуюся рядом. – Нас с сестрой прислали в дар вашему брату, его императорскому величеству. Жест доброй воли от домов Цветочного мира.

Я ощутила тревогу женщин за моей спиной. Мягкую вибрацию их страха.

Хайо крякнул:

– Дар, говоришь?

– И как мы сами не додумались до такого дара? – протянул краснолицый мужчина и чокнулся кубком с соседом. – Может, заслужили бы чуток благосклонности его величества, генерал. А то вечно получаем худших людей и негодное оружие.

Хайо посмотрел на своих офицеров:

– Это точно. – Затем он вытер нос толстым пальцем и оглядел меня с ног до головы. – Я мог бы счастливить брата от своего имени. Ему не обязательно знать, что это дар пришел от Мира цветов.

Мужчины разразились хохотом, я напряглась, а Вида резко втянула воздух.

Я сложила ладони вместе:

– Мой лорд…

– А ты, – Хайо ткнул в меня пальцем, – молчи о том, кто тебя прислал. Или я отыщу тебя и порежу твое милое личико так, что уже никто не взглянет. Поняла?

Я склонила голову.

– Мы могли бы оставить себе Сафлор, – заметил краснолицый, косясь на Виду. – Его величеству хватит и Пиона.

– Оставить? – задумался Хайо.

– Мой лорд, – начала я, стараясь сохранить голос спокойным, – моя сестра – одна из любимиц его величества. Я бы не хотела, чтобы вы по незнанию разозлили своего брата.

– Любимица… – Хайо потер подбородок, одним глотком осушил кубок и хмуро оглядел мужчин: – Плоти хватит на всех, не жадничайте. – Затем с трудом встал на ноги, покачнулся и указал на краснолицего и еще троих подчиненных: – Идемте, доставим моему брату запоздалый новогодний подарок. – Напоследок Хайо обвел оставшихся за столом мужчин пальцем и предупредил: – А вы, псы, не вздумайте начать без нас.

Я покосилась на Виду. Что мы можем сделать? Она чуть приподняла плечо. Ничего. Пока ничего. Я снова поклонилась и подняла лютню. Хотя бы на один хороший удар ее хватит… если мне выпадет шанс. Что вряд ли. Нас окружало пять опытных воинов, а не один-два управителя. Я моргнула, проясняя затуманенное паникой зрение, и заставила себя встать. Все по порядку. Сначала нужно выйти из покоев.

Я обошла коленопреклоненных женщин, Вида не отставала. На секунду я встретилась с широко распахнутыми глазами чернозубой, и в них плескался такой страх… страх за нас.

Хайо раздвинул двери и, шатаясь, побрел в переднюю. Два офицера шли прямо за Видой, отчего мы с ней только ускоряли шаг. Я оглянулась. Они не были пьяны и зорко следили за происходящим, а на поясе у каждого болтались ножны с кинжалом. Я посмотрела на пояс краснолицего. И у него тоже. Наверное, это часть их формы. Я вздохнула и последовала за Хайо к двери, всем существом желая лишь найти и предупредить обо всем Юсо.

Долго искать не пришлось. Он сидел на корточках в конце деревянной площадки в окружении Рико, трангдейнцев и двух прислужников с кухни и бросал кости. Когда Хайо ответил на непристойную шутку краснолицего, капитан резко вскинул голову, его рука замерла, не закончив бросок. Я увидела, как он все понял и поджал губы, и ощутила прилив благодарности за такую сообразительность. Один удар сердца – и кости как ни в чем не бывало полетели вниз, а Юсо распрямился и посмотрел на нас с мрачной улыбкой. Рико казался равнодушным, но пальцы его впивались в бедра. Делы нигде не было видно.

Я развернула к ним лютню и прижала к струнам четыре пальца: «Вооружены». Затем стиснула кулак вокруг деревянной шейки инструмента: «Сетон». Заметил ли кто-нибудь из них знак? Понял ли? Мы уже прошли мимо, и я не посмела оглянуться. Я даже на Виду не рискнула смотреть.

Ночной воздух, похоже, отрезвил Хайо. Пока он вел нас обратно к малому залу по тропинке, освещенной белыми фонарями, что покачивались на веревках между домов, шаг верховного лорда становился все тверже и длиннее. Солдаты, стоявшие во всех углах и дверных проемах, отдавали ему честь, и от их присутствия мой страх усилился. Я наконец осмелилась посмотреть на Виду. Она не поднимала головы, но глазами рыскала по округе, отмечая все и возможности.

Пока что не было ни одной.

Слева вдруг появились два мужских силуэта, и мое сердце встрепенулось – Юсо и Рико! Но нет, совсем другие фигуры. Евнухи. Они низко поклонились.

– Мой брат еще ужинает? – спросил Хайо.

– Да, ваше сиятельство, – ответил старший евнух, сгибаясь еще сильнее.

Мы подняли по мраморным ступеням к золоченым двойным дверям малого зала. Стоявшие по бокам стражники тут же отсалютовали и распахнули створки. Я коснулась лица, покрытого белой краской. Сетон встречал лорда Эона лишь однажды, во время торжественной процессии, где моего учителя отравили. Тогда я пала ниц пред верховным лордом, моля о помощи. Все случилось не так давно. Мог ли он запомнить мои черты и теперь узнать меня под маской Пиона? В ногах пульсировало дикое желание бежать прочь от опасности, но я подавила низменный порыв.

– Верховный лорд Хайо, – объявил другой евнух, когда мы переступили порог и вошли в обеденный зал.

Нежная, трепетная песнь флейты оборвалась, тут и там послышались мужские голоса, но и они вскоре стихли, стоило нам направиться к императору Сетону.