Позвольте представиться, Маргарита Васильевна – попаданка! - Татьяна Бродских

– Ну же, поцелуй своего героя, женщина. Р-р-р.

Я не сдержалась и просто неприлично заржала, поневоле открыв глаза. Мстислав тоже смеялся, уткнувшись своим лбом в мой. Уверена, зайди в этот момент кто-нибудь в палату, и слухи о нашем сумасшествии разнеслись бы по всей академии. Все произошедшее и без того вызвало различные домыслы среди преподавателей и студентов, так что плодить дополнительные сплетни не хотелось. Но в одном Мстислав прав – он герой! Во всяком случае, для меня. Ведь это именно он спас меня от незавидной доли пленницы или участи стать ужином для какой-нибудь твари.

Я плохо помнила, как нас спасли. Последнее, что отложилось в памяти, это как налетела на остановившегося Мстислава.

– Теперь все будет хорошо, Риточка, – не дал он мне упасть, подхватив на руки. – Из аномалии мы выбрались, маячок заработал, можно и отдохнуть.

Эти слова как будто выключили во мне то самое второе дыхание, которое поддерживало организм в сознании. Перед глазами поплыло, разум фиксировал дальнейшее отдельными кадрами: рассвет; первые лучи солнца выхватывают нас с Мстиславом на краю леса; поле с пожухшей травой; стог сена; неприятный запах прелой растительности; шорох сухой листвы и писк мышей. Не знаю, как у любимого мужчины хватило сил донести меня до того стога, но факт остается фактом – не только принес на руках, но еще и вырыл нору в сене, создавая для нас уютное гнездо.

– Не смей меня лечить магией, – неожиданно даже для самой себя потребовала я от Мстислава, обнимая его. – От простуды я не умру, зато побуду твоей грелкой.

– Рит, не говори глупости, – попытался возразить он. – Жар это не шутки…

– Спи, – прикрыла ему рот рукой, устраивая свою тяжелую голову на плече мужчины. – Героям тоже нужен отдых.

Засыпала я под бормотание Мстислава, сокрушавшегося по поводу моего характера, который даже под гнетом болезни и обстоятельств не сдает свои позиции. Еще он заявил, что я – как алхимическая бомба широкого спектра действия, и ради блага страны меня надо было оставить в руках «друзей» из соседней державы, чтобы у них пропало время и желание шпионить. Смешной, сам возмущался, но при этом крепко обнимал, время от времени касаясь губами моего лба. Потом вздыхал, гладил по спутанным пыльным волосам и обещал, что все у нас будет хорошо. Вот только надо запереть меня дома и никуда одну не отпускать…

А может, это все бред моего уставшего сознания? И ничего этого не было? Как и голоса Ветра, который на грани сна опять активизировался и начал требовать, чтобы я сообщила о своем местонахождении. Я его мысленно послала подальше, не стесняясь в выражениях и оправдывая свою грубость тем, что наглая галлюцинация сама виновата – нечего лезть в голову к больной уставшей женщине.

Следующий проблеск сознания был уже в машине, меня разбудили тряска и тихий мужской спор.

– Мстислав, не доходи до идиотизма. – Даже раздраженного, Эдуарда было приятно слушать, тембр голоса, интонации. – Целитель Марго осмотрел, все, что надо, сделал. Она спит. И тебе не мешало бы отдохнуть, а не держать пострадавшую на руках.

– Я сам разберусь в наших отношениях, – хмуро ответил Мстислав.

– Какие отношения?! Тебя кидает в очередную крайность. Забыл, чем это закончилось в прошлый раз? Почему ты постоянно находишь себе какие-то трудности? Сначала тебя угораздило влюбиться в огневичку, если бы не я, тебя бы уже лет двадцать не было. Потом ты увлекся девушкой, у которой магов в роду вообще не было. Сколько ты на нее потратил времени? Пять или семь лет? И каков результат? Она тебя бросила, променяв на обычного парня, за которого вышла замуж и родила ему двоих детей…

– Натали не виновата, мы оба знали, чем все закончится, – устало произнес Мстислав и погладил меня по щеке.

– Конечно, не виновата, это ты наступаешь на одни и те же грабли. Например, как сейчас…

– Эд, – твердо перебил монарха любимый, – я тебя как друга прошу, не лезь.

– Вроде умный мужик, но такой дурак, – раздраженно вздохнул Эдуард. – Да положи ты уже Марго, разбудишь же.

Зря он так переживал, наоборот, я уснула крепче, ведь рядом был Мстислав, а значит, все хорошо.

Вот и как на него можно обижаться? Подумаешь, не дал выспаться, мне уже и спать не хотелось, а вот поцеловать его очень. Что я, собственно, и сделала, обняв мужчину и притянув к себе еще ближе.

– Я же говорил вам, ваше величество, пострадавшие идут на поправку и скоро их можно будет перевести на амбулаторное наблюдение, – раздался равнодушный голос целителя. Похоже, он на своем веку такого насмотрелся, что целующиеся пациенты его совершенно не удивили.

– Когда планируете? – спросил Эдуард ничего не выражающим голосом, будто спрашивал не о здоровье друга, а о покраске стен в палате. И самое главное, истинное его настроение уловить не удавалось, только незначительное раздражение и легкую злость.

Мстислав, не суетясь, отстранился, перевернулся на спину и обнял меня так, чтобы я лежала на его плече. Судя по его довольной улыбке и наглым искоркам в глазах, он наши отношения скрывать не собирался и не стеснялся их. В отличие от меня. Было неловко в такой интимной ситуации перед посторонними людьми.

– Доброе утро, ваше величество. Господа, – склонил голову в приветственном поклоне Мстислав. Помимо Эда и целителя в нашу палату вошли два телохранителя. И, самое любопытное, я не могла бы с уверенностью сказать, охраняют короля одни и те же люди или разные. Магия? – Чем обязаны столь раннему визиту?

– Как глава государства я хотел бы объявить благодарность за раскрытие известного вам преступления. Ввиду того, что дело носит секретный характер, освещать в прессе его не будут. Но я хочу, чтобы вы знали – стране необходимы такие герои, как вы! – толкнул короткую речь монарх, опустив долгие словоизлияния о значимости и важности патриотизма.

– Лучше бы премию дали, – буркнула я, тихонько отбиваясь под одеялом от руки Мстислава, которой он вознамерился проверить натуральность моей груди.

– Хорошая мысль, полностью ее поддерживаю, – с серьезным видом заговорил мой мужчина, а сам продолжал игры под одеялом. – Маргарите Васильевне как гражданскому лицу положена компенсация за физический и моральный ущерб, понесенный в ходе данной операции.

– Пусть пишет прошение, – скривил губы монарх, окидывая нас недовольным взглядом. – Только, Мстислав, пожалуйста, пиши реальные цифры. Ты же знаешь, в казне нет лишних денег. Маргарита Васильевна, выздоравливайте. Надеюсь увидеть вас на следующей неделе в добром здравии.

– Постойте! – практически крикнула я вслед королю, который успел развернуться и устремиться на выход. – И это все?!

– У вас есть еще какие-то просьбы, Маргарита Васильевна? Если так, можете их озвучить Игнату Михайловичу, он их обязательно учтет, если позволит программа вашего лечения, – приторно-вежливо проговорил Эдуард, на несколько секунд приоткрыв свое истинное отношение к ситуации и ко мне. Волна разочарования, нахлынувшая на меня, заставила изумленно округлить глаза, а потом прийти к выводу, что король еще тот вредный тип.